Украинские события ныне вызывают массу вопросов, главный из которых звучит следующим образом: «Какого черта у них вообще происходит и что это значит для России?» Вопрос не праздный — Украина для России традиционно много значит. Чем бы не закончился «Евромайдан» (а похоже он закончится изменениями политического ландшафта на Украине), в российском истеблишменте или, выражаясь по-украински, «политикуме» будет сделано множество выводов. 
События 2004 года, также именуемые «оранжевой революцией» в России породили молодежные движения типа «Наших», панический страх перед «революцией» и «патриотическую» истерию. Победа Януковича в 2010 году вызвала к жизни харьковские соглашения, которые в просторечии именуются «газ в обмен на флот». Соглашения, надо сказать, так и не были реализованы полностью, но Черноморский флот остается за Россией, а газ... Ну газ — он и есть газ. Украинская политика вообще сильно завязана на московскую улицу Наметкина, где сидит «Газпром».

Нынешнее украинское противостояние уже заставляет Москву шевелиться. Телеканал «Россия-1» меняет сетку вещания — телекиллеры поведают населению все о вреде революций. К делу подключили Аркадия Мамонтова и Владимира Соловьева, а значит процессы в сопредельном государстве нашу общественность волнуют ой как сильно. Даже пугают.

Далее возможны варианты. Ведь что произошло на Украине: слизанные под копирку «репрессивные» законы не прошли. В России их принимали, чтобы потом не применять, но на Украине их не стоило даже принимать. Именно их появление спровоцировало наиболее острую фазу конфликта власти и оппозиции, уничтожив надежду на то, что все само как-нибудь «разрулится».


Далее: в очередной раз российской оппозиции и российской власти показали, что добро должно быть с кулаками или (на киевский манер) в бутылках с чем-то горящим. Продемонстрировали непрочность позиций власти, желающей облагодетельствовать народ вопреки его воле. И объяснили, что «креативный класс» может смести власть за пару недель, если власть не способна раздавить его танками.

У российских властей тут появляется страшное искушение — устроить площадь Тяньаньмэнь, а не чахлую Болотную. Деморализовать противников в рамках веселой кровавой бойни. Да еще и задавить репрессиями. У оппозиции искушение не меньшее — радикализовать протест и устроить собственную улицу Грушевского.

Но это дела внутрироссийские, вопрос же еще и в том, как нам дальше с Украиной жить. Тут ничего страшного как раз не произошло. Кто бы не пришел к власти у наших соседей, он не будет ни пророссийским (как не был пророссийским Виктор Янукович), ни антироссийским (как не были антироссийскими Виктор Ющенко и Юлия Тимошенко). Кличко и Яценюк — два наиболее вероятных на сегодня кандидата в президенты — оба комфортны для Москвы. Да, они станут заложниками собственных «евроинтеграционных» обещаний, но жизнь жестче и им придется умерить пыл своих сторонников, договариваясь с Москвой. В конце концов экономический кризис пока никто не отменял и долги Москве отдавать придется. Или объявлять дефолт, что в отношениях с Москвой им делать совершенно не стоило бы.

Пространство для взаимодействия у наших государств есть, да еще какое. Те же харьковские соглашения включали не только газ и флот. Но еще и кооперацию в области авиастроения, атомной и электроэнергетики. Де-факто эти соглашения пока не исполнены, но ради будущего обеих государств они должны быть доведены до логического завершения.

Европейский выбор Украины — это, разумеется, всерьез. С этим нужно и должно считаться даже Владимиру Путину. Но вот в чем хитрость: Россия свой европейский выбор сделала едва ли не при Петре Первом и с тех пор по сути от него не отказывается. И по всей видимости, нам придется в Европу «вступать» вместе с Украиной. Вопрос только в формате, если уж Таможенный союз или какой-то иной союз этому не помеха.

Наши страны — часть одной технологической цепочки и единое экономическое целое. Советские НПЗ стоят вдоль советских границ: два в Белоруссии и шесть на Украине. Трубопроводы тянутся в Европу через наших соседей. «Украинские» самолеты едва ли не на 80 процентов производятся из «российских» комплектующих (в отличие от «российского» «Суперджета»). Как соседи, мы связаны друг с другом сильнее, чем могло бы показаться. Это не считая культурной близости и общих — пока — репрессивных законов.

Именно поэтому российские власти так напряженно следят за украинскими делами: прикидывают, а что делать им, если народ вдруг откажет в доверии. Однако в российско-украинских отношениях вряд ли что-то всерьез изменится. На смену условно пророссийскому Януковичу придет условно западный Яценюк или безусловно западный Кличко. И тут же начнет «разводить» Москву на деньги. Янукович мог — и эти смогут. А деваться им будет некуда, поскольку больше им денег никто не даст. Ну не Европа же, в самом деле, где и своих PIGS хватает.
Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив