Эпоха модерна считается уходящей. Она открывает дорогу так называемому постмодерну.  Тем не менее, заложенные в прошлом конструкты во многом определяют развитие современных реалий.

В системе социальных знаний принято выделять два типа модернизации. Речь идет о первичной (или оригинальной) модернизации, характерной для стран Запада, где этот процесс шел веками в ходе индустриального развития общества и его демократизации, и вторичная, так называемая неорганическая, догоняющая, отраженная модернизация. Последняя формируется как ответ на внешний вызов со стороны «развитых» стран и осуществляется, как правило, в виде заимствования чужих технологий в сфере организации производства и общества. Основной механизм здесь – имитация. В конечном итоге модернизация, разрушая традиционные общества, утрачивающие свою идентичность, превратилась в инструмент глобализации, призванной унифицировать мировое разнообразие.

С исчезновением биполярной политической системы и разрушением социалистического блока была вновь востребована для практики «теория модернизации», которая ранее много критиковалась как ненаучная и устаревшая. Основу ее составили известные идеологические постулаты, в соответствии которыми развитие всего мира определялось следующей схемой: отдельные «передовые» государства занимают образцовое положение, а все прочие их догоняют, стремятся следовать заданным образцам, имитируя пройденный лидерами путь. Либеральная демократия при этом провозглашалась европейскими идеологами естественной формой политической организации современного мира. Формой хозяйствования становилась рыночная экономика, а культура, избавленная от духовных ценностей, утверждалась как секуляризированная культура. В конечном итоге повсеместно должен был утвердиться «либеральный рай» - капитализм англосаксонского образца.

В 90-е годы Россия была реформирована («модернизирована») именно по этой схеме. Вектор «развития» усеченной страны свидетельствовал о главной цели трансформации: из сверхдержавы – в догоняющее государство третьего мира. Причем главное условие «теории модернизации», если она не дает сбоев, заключается в том, что «третий мир» никогда не должен догнать «первый». Фактически в России конца ХХ века под видом модернизации и возвращения на столбовую дорогу мировой цивилизации произошла демодернизация, дезорганизация страны и ее разрушение.

Спустя два десятилетия после распада России чужеродная для нее модель государственного «развития» не претерпела существенных изменений. И тем не менее в стране объявлена стратегия «модернизации» и инновационного пути развития. Есть ли какие-то предпосылки к этому?

Позволим себе рассуждения по данному вопросу. Что собой представляет политическая элита РФ – главный мотор российского реформирования. Она овладела державной риторикой, однако вместо возвращения к традиционным истокам и корням продолжает с утроенной энергией свой затянувшийся бег по монетаристскому кругу. В России идет целенаправленное разрушение имевшей мировое признание системы отечественного образования через включение его в Болонский процесс, внедрение безграмотных учебников и ЕГЭ. Однако и это не предел. В 2010г. был утвержден закон, направленный на создание монетизированных школ и такого же медобслуживания. Обязанность государства – учить и лечить - призвана постепенно перейти в разряд коммерческих услуг. Причем уровень доходов населения новой России предопределяет появление целых поколений, не способных к полноценной социализации, а значит – ни к творческому труду, ни к обороне страны.

Новый министр образования (назначен в мае 2012г.), в самом начале своей деятельности, прекратил общественную дискуссию по вопросу базовых предметов, которые планируется финансировать из госбюджета. Они сведены до минимума. Физика, химия и прочая образовательная «роскошь» планируется отодвинуть за порог бесплатного обучения. Закон должен быть внесен в Государственную Думу РФ. А, она, как известно, умеет без задержек (голосами преимущественно «Единой России») принимать антисоциальные законы.

В июне 2012г. Россия приняла решение выделить 10 млрд евро для МВФ на спасение еврозоны от кризиса. (Причем полумеры подобных денежных вливаний не оставляют никаких сомнений). Такую «благотворительность» трудно понять российским согражданам, перед которыми нависла перспектива доплачивать за образование собственных детей.

Ко всему вышеизложенному необходимо добавить такую угрозу национальной безопасности, какой является для России ювенальная юстиция, постулирующая приоритет прав государственных чиновников над правами родителей. Безумная практика изъятия детей из семьи уже на фоне пилотных проектов привела ко множеству трагедий в России. И дело не только в этом. Внедрение направленных на конфронтацию детей и родителей ювенальных технологий, - явление невиданное для традиционного общества, каким всегда была Россия. Речь идет об изъятии у народа важнейшей христианской заповеди - "Чти отца своего…" и отменяет послушание и уважение к родителям, педагогам и шире - к старшим. Заметим при этом, что лозунг – «Дорогу молодым…» довольно двусмысленно звучит в современной России.

Есть еще одна характерная деталь в сфере ювенальных технологий, внедряемых в России. Так, лоббисты ювенальной юстиции в РФ одновременно пытаются узаконить легализацию легких наркотиков, полового просвещения и прочих утех, следствием которых будет дебилизация и одичание еще совсем недавно обладающей авторитетными научными школами, самой читающей и образованной страны мира. На фоне разворачивающихся в РФ перспектив этого зловещего института (вспомним Евангельское – «И восстанут дети на родителей … » , Мф. 10:21), когда вместе с «правами ребенка» юные граждане получат право на разврат и доносительство (в первую очередь, - на педагогов и родных), мы будем иметь окончательно разрушенную систему образования. Высокие технологии осваивать будет некому. Девиантное поведение станет нормой для России, еще совсем недавно обладавшей авторитетнейшими научными школами, самой читающей и образованной страны мира. И какое отношение к этим существующим реалиям имеют разговоры о высоких технологиях и «модернизации»?

Естественный инстинкт самосохранения делает граждан России, во многом сохранивших здоровую основу, все более активными и в неприятии проводимой социальной политики в целом, и ювенальной юстиции - в частности. Начиная с конца 2009 г. против введения ювенальных технологий в России начались массовые протесты – митинги, пикеты, родительские стояния. Стали создаваться родительские организации и общественные комитеты в защиту семьи, детства и нравственности. Именно Россия являет собой очаг серьезного сопротивления ювенальной угрозе. Причем главная опора общества в этом вопросе – совершенно определенная позиция Церкви, отвергающей ювенальные практики, разрушающие все мироустроение русской жизни. К сожалению, российские «верхи» плохо улавливают импульсы, идущие снизу. Не общество, а власть не умеет использовать механизм социальных амортизаторов. И именно она делает перспективы современной РФ весьма туманными.

***

Либерализацию как вектор развития страны давно отторгает ее население. И теперь прикрытием все того же политического курса, разрушающего субъектность России и вписывающего ее в глобальный проект, выступают разговоры об инновационном развитии страны. Последние, видимо, можно рассматривать как заявку на очередной виток либеральной модернизации РФ с учетом того, что либерализм как вектор развития страны остается прежним.

Если оставить в стороне намеченную новую волну приватизации крупных предприятий с долевым участием государства и остановиться на социальной сфере, то здесь под прицелом новых реформаторских атак могут оказаться еще сохранившиеся жизнеспособные сегменты в системе науки и образования. Каков будет вектор нашей научной и образовательной политики иллюстрируют заявления нового министра образования и науки РФ Дмитрия Ливанова, который заменил на этом посту отторгаемого обществом Андрея Фурсенко. Но, к сожалению, система воспроизводит себя и рекрутирует на этот ответственейший пост людей, последовательно разрушающих складывавшуюся столетиями, имевшую культурную преемственность систему российского образования и науки. Не успев вступить в должность, новый министр уже успел сделать ряд высказываний, вызвавших серьезную тревогу в отечественной блогосфере (о сокращении числа бюджетных мест в вузах, о пользе ЕГЭ, отвергаемого профессиональным сообществом, выступил с критикой в адрес РАН и пр.),.

Симптоматично выступление Д. Ливанова еще в 2008г. на одной из конференций, посвященной проблемам образования, где он обрисовал свое видение образовательного процесса в России : «… стоит задача изменения содержания технического образования, — заявил Ливанов. — Готовить надо не разработчиков технологий, а специалистов, которые могут адаптировать заимствованные технологии». Все откровенно - ни Ломоносовы, ни Курчатовы новой России не нужны. Главное – уйти от творческой личности, готовить незатейливых адаптеров зарубежных технологий.

Несомненно, знаковым является назначение в сентябре 2008г.председателем правления государственной Российской корпорации нанотехнологий господина А. Чубайса. На сайте «Движение за возрождения отечественной науки» дан анализ деятельности руководимого им ведомства, из которого следует, что речь идет не о развитии инновационного процесса, а об обычном поиске зарубежного заказа субподрядчиком, работающим в стране с дешёвой и незащищённой рабочей силой, какой является РФ. Именно о таком понимании задач, стоящих перед возглавляемой им корпорацией, А.Чубайс рассказал в интервью на нанотехнологическом форуме в Хьюстоне (США): «Логика нашего бизнеса такова: мы не представляем проекты, а, скорее наоборот, мы запрашиваем проекты, просим приходить к нам с заявками на исполнение проектов. Это и есть особенность нашего бизнеса...». То есть ни о какой комплексной организации высокотехнологичного производства в России при такой постановке вопроса не может быть и речи. Владельцем результатов будет именно зарубежный заказчик, который реализует их в своей стране. Характерная деталь: при обсуждении в Государственной Думе РФ поправок в бюджетный кодекс выяснилось, что средства, выделенные Фонду нанотехнологий, идут в основном на зарплату руководителей, а не на научные проекты. Закономерное недоумение вызывает также предложение руководителей «Роснанотеха» финансировать за счёт российской госкорпорации разработки нанотехнологий в Израиле. Правда, к 2015г. ведомство А.Чубайса запланировало довести ежегодный объём выпуска нанотехнологической продукции в России до 900млрд руб. Однако, по мнению экспертов, сделать это при умелом обращении довольно просто, подверстав под понятие «нанопродукции» большинство высокотехнологичных изделий, выпускаемых без какого-либо участия «Роснано», в частности большую часть микроэлектроники и пр. Даже (на тот момент) президент Д.Медведев на Совещании по вопросам модернизации и технологического развития экономики вынужден был признать, что, «никаких существенных изменений в технологическом уровне нашей экономики не происходит» . И это, несмотря на наличие в РФ «Российской корпорации нанотехнологий».

К сожалению, неоднократно возгреваемый в прессе информационный шум по поводу грядущих технологических прорывов новой России воспринимается массовым сознанием как легальный способ освоения новых финансовых потоков в интересах определенного круга лиц («выигравших» от российской катастрофы). Есть еще и оборотная сторона все той же медали. Призыв к внедрению нанотехнологий и прочего – это пиарпроект, цель которого – позиционировать РФ не как страну, для которой определяющее место по всем параметрам принадлежит «трубе», а заявить о ней, хотя бы формально, как о государстве, ориентированном на науку и модернизацию.

Попутно заметим, что инновационные лозунги и призывы далеки от постановки реальных проблем, связанных с развитием фундаментальной науки и сферы ее реального приложения. Даже не искушенный в политике российский обыватель не верит в возрождение страны на путях олигархического капитализма, а значит и не разделяет оптимизма модернизационных устремлений российской элиты. Сошлемся на авторитетное мнение: «… отсутствие отечественного потребителя наукоёмкой продукции, разрушение отечественного образования, науки и высокотехнологичной промышленности, засилье коррумпированной бюрократии, утечка мозгов обрекают Россию на роль сырьевого придатка и закрывают возможность перевода страны на инновационный путь развития». Добавим к этому, что отток научных кадров из страны способствует инновационному развитию экономик, в том числе и военного потенциала, совсем других стран, причем, как правило, из числа геополитических соперников России.

Что касается состояния современной науки, то следует отметить, что кладезь научных кадров - Российская академия наук (РАН) – постоянно испытывает негативное давление со стороны госчиновников. Она как нелюбимая падчерица российской власти, плохо вписывающаяся в проекты коммерциализации России, подверглась беспрецедентным массовым сокращениям, урезается ее финансирование, нет постановки государственных задач.

И еще, может быть, в данном случае самое печальное: создаются параллельные традиционалистским структуры, которые будут рассадником всякого рода пагубных нововведений. В РФ любое реформирование по сути связано с разрушением целых направлений жизнедеятельности страны. Осуществлять на пустом месте проект «Сколково», имея еще сохранившиеся наукограды – это значит ставить совсем иные задачи, далекие от декларируемых. И в этом контексте «Сколково» - очередная новация, которая со временем будет противопоставлена РАН, вопреки смехотворному финансированию позволяющую себе «роскошь» поддерживать фундаментальную науку в стране. Новый проект станет рассадником новых кадров, нацеленных на слом традиции и на вытеснение из поля науки носителей этих традиций. Все это, спровоцирует дальнейшее разрушение устоявшихся и оправдавших себя во времени способов организации отечественной науки, где еще (преимущественно на энтузиазме) сохраняются уникальные кадры и уникальные знания.

Заметим попутно, что прилежно осваивая новые финансовые потоки, «силиконовая долина» России пока что громко заявила о себе лишь известной «золотой дорогой», построенной на деньги налогоплательщиков. К тому же чудо-дорога в инноград «Сколково» пришла в негодность, не прослужив и года. Вот очень уместное высказывание по этому поводу известного эксперта, доктора экономических наук Н.Кричевского:

Что такое дорога в Сколково? Это визитная карточка инновационного будущего России ... Эта дорога не ведет к инновационному храму – она ведет в современную Россию, которая погрязла в коррупции и воровстве.”

 

* * *

Поднимая тему модернизации, необходимо иметь в виду идеологию, целеполагание указанного процесса. Национальные или корпоративные интересы закладываются в основу программы модернизации? Позволим себе небольшой исторический экскурс. Прошлая, советская модернизация, удалась. Критерии оценки налицо. Соединив собственную традицию с мировыми технологическими достижениями, опираясь на внутренний потенциал, Россия достигла выдающихся успехов. Она стала сверхдержавой и страной-победительницей во Второй мировой войне. Обрела статус самостоятельного силового полюса, центра притяжения и влияния для многих государств мира.

И еще: видимо, уместно было бы напомнить о успешной модернизации, которая была связана с индустриализацией послевоенной Центральной и Юго-Восточной Европы, которая после Второй мировой войны оказалась в зоне ответственности Советского Союза. В этом регионе, освобожденном от фашизма, был воплощен с помощью СССР грандиозный проект консервативной модернизации. Эти страны европейской периферии за короткий срок превратились в серьезные индустриально-культурные центры, во многом самодостаточные. Сегодня происходит там обратный процесс – деиндустриализация, деградация науки и образования. Сошлемся на авторитетное мнение. В своей монографии «С Россией и без нее. Восточноевропейский путь развития», сотрудник Института славяноведения РАН, доктор исторических наук Н.В.Коровицына, подчеркивает, что период 1970-1980-х годов оказался наиболее благоприятным для возрождения в странах Восточной Европы национальных традиций и их социальных носителей. «Революция потребителей», сопровождавшая либеральную трансформацию, радикально изменила вектор восточноевропейского пути развития».

И что главное - при той социалистической модернизации для стран, скажем условно, Восточной Европы сохранялся во многом привычный жизненный уклад и связанные с ним традиционные ценности. Тем самым обеспечивалась преемственность и связь поколений. Вот свидетельство священнослужителя: «…социалистический мир был все-таки миром консервативным и, в значительной своей степени, стоявшим на христианских нравственных позициях… Но мир этот рухнул, и ему на смену пришло либеральное язычество в чистейшем виде … наихудших языческих эллинистических традициях».

Современная трансформация европейских социалистических государств связана с явлением деиндустриализации, мутацией инфраструктурных и жизнеобеспечивающих систем. Кроме того, навязываемые западноевропейские ценности во многом входят в конфликт с устойчивой ментальностью населения этих стран. Все это порождает массовую скрытую оппозицию и … ностальгию. Через «модернизацию» или, как принято считать, «трансформацию» вошедших в Евросоюз новых стран запущен процесс демонтажа национальных экономик и национальных государственных институтов. Тем самым ликвидируется основной базис воспроизводства национально-государственных культур и национальных ценностей. Их заменили агрессивные западные стандарты.

В ответ на эти явления оформился мощный запрос на консервативные ценности в общественных настроениях восточноевропейских стран. Не случайно среди государств, новых членов ЕС, прочно утвердилось явление «ностальгии», о котором мало говорят эксперты и публицисты. Тема почти табуирована. Но явление есть. И оно не вписывается в идеологию общего «европейского дома», вобравшего под свою крышу «пострадавших от тоталитарных режимов» новоселов, что, естественно, не предполагает никакой «ностальгии».

Как известно, идеология евроцентризма, претендующая на универсальность, привела ориентированный на европейскую парадигму мир в закономерный тупик. С наступлением системного мирового кризиса такая условная западноевропейская парадигма, как «теория модернизации» оказалась совершенно девальвирована. В мире задумываются об альтернативных алгоритмах общественного развития. И этот иной путь может предложить именно Россия с ее традиционалистским видением мира и умением сохранять в истории разнообразие народов и культур. Для подлинной модернизации России нужны не либеральные, а традиционные ценности и апробированные подходы. Следует использовать тот опыт в лучших его проявлениях, который уже имела наша страна в своей истории, и не в последнюю очередь, этот опыт связан с Советской Россией.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив