Данная статья базируется на моей статье на английском языке: Ernest Raiklin, "On Inconsistencies in the Modern Definition of Jewishness,” International Journal of Sociology and Social Policy,” Volume 13, Number ½, 1993, pp. 18 – 63. Автор статьи просит читателя набраться терпения и подождать, чтобы понять, почему слова «еврей», «еврейка», «еврейство», «еврейский», «еврейская» и другие, подобные им, как, правило, пишутся в кавычках и лишь иногда без них.

Эпиграфом для данной статьи может послужить мысль Аристотеля в Метафизике, которую можно перефразировать так: когда люди в одно и то же понятие вкладывают разное содержание, тогда исчезает возможность общения между ними (людьми).

Такова ситуация, например, связанная с определением слова «еврей» в современном мире. Однако люди, называемые «евреями», продолжают называться такими, несмотря на двусмысленность и противоречивость этого термина. Такое положение, ведущее к несоответствию между восприятием и реальностью «еврейства», и является предметом этой статьи.

Вступительные замечания

Но прежде чем приступить к анализу, необходимо подчернуть следующее.

Во-первых, как показывают события, происходящие в современных проблемных районах мира (а их не перечесть), такое расхождение между тем, что провозглашается, и тем, что есть в действительности, не относится только к «евреям».

Во-вторых, причина такого раздвоения лежит в самой природе взаимоотношений между восприятием действительности и самой действительностью. Ибо, поскольку то, что мы наблюдаем (предмет, событие), постоянно изменяется, оно всегда оказывается впереди нашего понимания его. Как следствие, в то время как вполне возможно, что мы сами в состоянии оказать влияние на то, что наблюдаем, тем не менее, мы вынуждены продолжать наше наблюдение даже после того, как изменение такого характера имело место.

Конечно, социально-экономические и политические факторы, далекие от того, чтобы быть статичными, могут ускорить или замедлить нескончаемый процесс достижения реальности нашим восприятием. Эти факторы могут привлечь наше внимание к тем чертам наблюдаемого предмета или явления, которые больше не существуют или которые давно трансформировались в нечто иное. Или же эти факторы могут побудить нас проигнорировать те свойства предмета или явления, которые мы не хотим видеть, даже если они (свойства) существуют в реальности.

Но, как бы ни было сильно влияние социально-экономических и политических факторов на сужение или расширение расхождения между реальностью и ее восприятием, они (эти факторы) не в состоянии поколебать фундаментальный принцип несоответствия между отстающим знанием и «убегающей» реальностью, между определением и тем, что должно быть определено.

Наконец, в-третьих, автор данной статьи не хочет оставить у читателя впечатление, что так называемый «еврейский вопрос» является одной из наиболее важных проблем современного мира. Человечество продолжит свое существование независимо от того, будут ли существовать люди, обозначаемые как «евреи», и восприятие их, или нет.

Сложность проблемы

Решающим моментом в попытке разрешения проблемы реальности и восприятия «евреев», или того, кто может считаться «евреем», является следующий: а судьи кто?

Вопрос этот совсем не бесполезный. Ибо ответ на него во многом зависит от того, кто на него отвечает: человек, считающийся «евреем», или человек, таковым не считающийся. К тому же, даже среди людей, считающихся «евреями», существует более чем одно толкование «еврейства».

Как правило, в определении, к какой группе относится тот или иной человек, участвуют двое «судей»: (1) «судья», принадлежащий к группе рассматриваемого человека; (2) «судья», не принадлежащий к группе рассматриваемого человека.

Понимание «еврейства» только «евреями»

На наш взгляд, определение «еврейства» еврейским религиозным законом чрезвычайно двусмысленно и противоречиво. В этом определении слышатся два «мотива». Рассмотрим их в отдельности.

Мать-«еврейка» как источник «еврейства» человека

В данном случае человек считается «евреем», если у него мать «еврейка». Иными словами, здесь настоящее данного «еврея» объясняется прошлым «еврейством» другого «еврея» (матери). Получается тавтология, в которой «еврейство» одного объясняется «еврейством» другого.

Ибо что такое мать-«еврейка»? Ее «еврейство» может иметь либо религиозное, либо расовое, либо этническое содержание. В любом случае, тавтологический ответ рождает следующие проблемы: неопределенность, непоследовательность и противоречивость.

Проблемы, связанные с отождествлением «еврейства» матери и иудаизма как религии

Начнем с того, что в других религиях вера человека есть именно его собственная вера. То есть, человек является христианином (мусульманином) не потому, что его родила мать-христианка (мусульманка), а потому что христианство (мусульманство) было его собственным выбором, когда (в зрелом возрасте) и если (существование в стране проживания свободы религиозного выбора) у него была возможность выбирать. В таком случае, не имеет значения, является ли его мать христианкой или мусульманкой.

Например, при рождении человек проходит обряд крещения. Однако в зрелые годы этот человек (опять же, при наличии свободы выбора) может продолжать оставаться христианином или перестать быть таковым, или стать атеистом.

Кроме того, согласно христианской традиции, мать и отец человека могут считать себя евреями в религиозном смысле этого слова (то есть, иудеями). Однако решение, оставаться ли в том же вероисповедании или стать, например, христианином, – это решение данного человека.

Но в определении «еврейства» человека как религии его матери у человека отнимается право исповедовать (или не исповедовать) ту или иную другую религию. Человек «обречен» навечно унаследовать иудаизм, хочет он того или нет.

Существует вторая проблема с определением «еврейства» человека как следствие иудаизма его матери. Предположим, что его мать не была «еврейкой», когда он родился. Предположим далее, что после его рождения (когда, не имеет значения) его мать перешла в иудаизм. Сделает ли такой переход этого человека автоматически «евреем»? Или же этот человек свободен оставаться тем, кем он был до перехода его матери в иудаизм?

Если строго придерживаться определения «еврейства» как унаследованного от матери при рождении, то ответ очевиден: в таких обстоятельствах человек не может считаться «евреем» Тогда «евреем» будет человек, у которого мать не-«еврейка».

Наконец, нельзя исключать и третью проблему. Вернемся назад, в религиозное прошлое: человек – «еврей», потому что его мать «еврейка». Мать человека «еврейка», поскольку ее мать (бабушка человека) была «еврейкой». Бабушка человека-«еврея» «еврейка», ибо ее мать (прабабушка человека-«еврея») была «еврейкой». И т.д.

Если человек-«еврей» продолжит эту свою материнскую линию все далее в прошлое, то он подойдет к тому времени, когда его пра-пра-пра-...- (до Авраама, согласно библии) бабушка(и) была(и) язычницей(ами). Это означает, что когда-то в прошлом какая-то язычница родила дочку, которая стала «еврейкой».

Если бы Бог (а мы анализируем сейчас еврейскую религиозную интерпретацию проблемы) сделал бы женщину первой еврейкой, тогда ссылка еврейского религиозного закона на иудаизм матери была бы понятна. Но ведь Бог выбрал не женщину, а Авраама, мужчину, от которого и от мужских потомков которого пошли все три великие религии: иудаизм, христианство и ислам.

Почему же произошла такая метаморфоза от мужского определения еврейства в древние времена до женского в наше время? На наш взгляд, это случилось вследствие этнической (расовой) необходимости, что приводит нас ко второй проблеме определения «еврейства».

Проблемы, связанные с определением «еврейства» матери с расовой точки зрения

Несмотря на очевидное мужское определение еврейства человека в библейский период, участие женщины в определении еврейства человека не было незначительным. Ветхий Завет абсолютно ясно заявляет, что женитьба мужчины-еврея на нееврейке не приветствуется. Но в то же самое время Ветхий Завет не впадает в крайность и не становится на защиту «еврейской» (в этнически-расовом смысле этого слова) чистоты.

Такой взгляд на смешанные браки явился следствием изменений, произошедших в жизни племен, составлявших «еврейский» народ, религией которого в течение многих столетий был иудаизм. Но когда иудаизм родил сначала христианство, а затем мусульманство, для того, чтобы сохранить «еврейство» человека, одного провозглашения своего «еврейства» стало недостаточным. «Еврейство» должно было быть доказанным этим человеком. Казалось, что наиболее принятым, гарантированным и простым способом сделать это было положиться на «еврейство» матери этого человека.

Но тогда немедленно возникла очень серьезная проблема: «еврейство» сделалось понятием, отличным от еврейской религии, или иудаизма. Фактически идентификация «еврея» потеряла свой религиозный характер и, вместо этого, приобрела чисто расовый характер.

Если кто-то станет протестовать против такого вывода, давайте спросим протестующего: если такое определение «еврейства» человека не является расовым; если оно чисто религиозного свойства, - почему бы тогда не считать обоих «еврейских» родителей человека источником его «еврейства»? Почему предпочитать его мать его отцу? Не потому ли, смеем мы предположить, что женщине можно доверять лишь как матери, но не как жене, так что ее всегда подозревают, что ее муж не является отцом ее ребенка? Иными словами, не потому ли, что на каждую женщину, даже будь она «еврейкой», мужчины, даже если они «евреи», глядят как на потенциальную шлюху?

(Сознавая эту проблему, реформистский иудаизм признает «евреями» детей «еврейских» отцов и не»евреек» матерей. Однако, у консервативного и ортодоксального иудаизма по-прежнему преобладает определение «еврейства» по матери-«еврейке».)

В любом случае, расовое определение «еврейства» дает очень сильное оружие тем, кто, по той или иной причине, ненавидит «евреев» и хотел бы смести их с лица земли. Ибо, если «еврейство» человека расового происхождения, с этим он ничего поделать не может. Откажется ли он от иудаизма, перейдет в другое вероисповедание или станет атеистом, не будет иметь никакого значения: биологически, по крови, этот человек остается «евреем», а потому от такого человека как «еврея» избавиться можно лишь насильственным путем.

Усложнение проблемы, связанной с определением «еврейства» матери с расовой точки зрения

Двойственность понятия «еврейство», которое сводится к иудаизму как религии, с одной стороны, и которое приравнивает «еврейство» матери человека с ее расовым происхождением, с другой, неизбежно ведет к противоречиям, которые не исчезнут, пока эта двойственность не устранена. Противоречия, о которых идет речь, сводятся к следующему.

Если «еврейство» даже не религиозного «еврея» нельзя отделить от религиозного начала (иудаизма), так что светское «еврейство» просто исчезает, кем считать тех, кто отказался от своей приверженности к иудаизму?

Это далеко не праздный вопрос. Ибо среди считающих себя «евреями» (как в Израиле, так и в «еврейской» диаспоре) много тех, кто либо вообще никогда не был религиозен, либо придерживается другой, не-«еврейской» веры. Кем же считать тех, кто (в подавляющем числе), пользуясь политической, экономической и религиозной свободой, предоставляемой современным капитализмом, избежал духовную тюрьму иудаизма? И что же случится с «еврейским» религиозным происхождением «отступников»? Должно ли оно полностью исчезнуть, как будто его никогда не существовало? Или должно ли оно «воскреснуть» в новом качестве, так что считающие себя «евреями» будут рассматривать бывших «евреев» как атеистических «евреев», христианских «евреев», мусульманских «евреев», буддистских «евреев» и т.д., в зависимости от того, какой нерелигии или религии эти бывшие «евреи» теперь придерживаются?

Полное исчезновение, конечно, невозможно. Ибо религиозное или атеистическое прошлое человека будет существовать во вновь приобретенном религиозном опыте в настоящем. Естественно, что возраст «еврейского» «отступника» будет фактором, прямо определяющим форму и степень интенсивности такого наличия прошлого в настоящем.

Поэтому похоже, что внимания заслуживает второй случай. Т.е. похоже, что люди, ушедшие от иудаизма, но кто, тем не менее, неспособен освободиться от его остатков, обречены быть не«еврейскими» «евреями», атеистическими «евреями», христианскими «евреями», мусульманскими «евреями», буддистскими «евреями» и т.д. в строго духовном смысле этого слова. Но так ли это?

Ибо, если быть атеистическим, христианским, мусульманским, буддистским «евреем» и т.д. означает, что бывший последователь иудаизма потерял в него веру, в такой потере и в новом приобретении нет ничего невероятного. Потеря и приобретение теперь просто идентифицируют бывшего еврея путем комбинирования его прошлого духовного восприятия с его нынешним восприятием.

Если, однако, образовавшаяся смесь понимается как искусственное смешение «врожденного», «естественного» «еврейства» с «чужеродными» не»еврейскими» атеизмом, христианством, мусульманством, буддизмом и другими, тогда понятие не«еврейского» «еврейства» (атеизма, христианства, мусульманства, буддизма и т.п.) полностью теряет свою иудаистскую (т.е. религиозную) одежду. Тогда люди, называющие себя «евреями», отказываются от какой-либо претензии на религиозное происхождение «еврейства». Тогда последнее понимается лишь в одном смысле: как биологическое (расовое) происхождение при рождении.

Когда христианин или мусульманин перестает верить, он просто становится агностиком, атеистом, неверующим, и точка. Никакому человеку в здравом уме не придет в голову называть его нехристианским христианином или немусульманским мусульманином только потому, что он раньше был христианином или мусульманином. И, когда этот человек переходит из одной религиозной деноминации, например, из христианства в мусульманство (как, например, делают некоторые афроамериканцы в США), никто не назовет такого человека христианским мусульманином или мусульманским христианином, несмотря на его прошлую религиозную принадлежность.

Это потому, что, на наш взгляд, такие понятия, как нехристинский христианин, немусульманский мусульманин, христианский мусульманин или мусульманский христианин понятия, абсурдные по своему содержанию. И никто никогда не припишет какое-либо содержание к христианству или мусульманству, кроме, как религиозного.

Но люди, причисляющие себя к «еврейству», возразят, что здесь нет никакой непоследовательности и что правильно для не-«еврея», не обязательно подходит для «еврея». Последний, согласно людям, причисляющим себя к «еврейству», навсегда останется «евреем», кем бы он себя ни называл или кем бы он ни хотел себя видеть.

В результате, создается двойная система ценностей. Одна для не-«евреев», которые свободны стать, кем бы они хотели быть: христианином, мусульманином, буддистом, евреем, атеистом и т.д. Другая для тех, кого люди, считающие себя «евреями», называют «евреями», становящимися поэтому рабами прошлого, чье «еврейство» - это Божье желание.

Такое объяснение «еврейства» принимает существование Бога и Его договора с людьми Израиля как непреложный факт, а не как гипотезу. Это объяснение игнорирует взгляд другой монотеистической религии: христианства. Не отрицая, что Бог выбрал евреев для великой и благородной миссии, христианство считает, что, отвергнув Христа (Сына Божьего), евреи, тем самым, разорвали соглашение с Богом.

Если христианство право в своем мнении, то «еврейство» человека больше не может быть объяснено «еврейством» его предков.

Переход в иудаизм как другой источник «еврейства» человека

Современный иудаизм (в отличие от прошлого) не только не отторгает переход в него из других вероисповеданий, но фактически нуждается в новообращенных.

Теперь предположим, что бывший христианин, мусульманин, атеист или кто-либо другой переходит в иудаизм. Если последний приравнивается к еврейству, тогда такой человек становится евреем. Он делается евреем в чисто религиозном смысле этого слова, а не потому, что «евреями» были его предки. Он совершенно свободно становится евреем: его еврейство есть его собственный духовный выбор.

Если теперь сравнить определение еврейства человека как результат его перехода в иудаизм с определением «еврейства» человека как следствие «еврейства» его матери, то немедленно выявляется неравенство двух определений. Они не равны в силу следующих причин.

Проблемы с определением еврейства в результате перехода человека в иудаизм

Как правило, существует большая разница между тем, что должно быть согласно закону, и тем, что есть в реальности. В «еврейском» вопросе это происходит вследствие двойного стандарта: одного в отношении еврея, ставшего таковым в результате перехода не«еврея» в иудаизм, и другого в отношении «еврея» (биологически унаследовавшего свое «еврейство» от матери-«еврейки»), покидающего иудаизм.

Во-первых, люди, считающие себя «евреями», игнорируют не-«еврейское» прошлое, когда не-«еврей» (христианин, мусульманин, буддист, атеист) переходит в иудейство. Но в глазах тех же людей, считающих себя «евреями», «еврейское» прошлое остается навсегда в «еврее» по матери, когда он переходит в не-еврейство (христианство, мусульманство, буддизм, атеизм).

Во-вторых, люди, считающие себя «евреями», резко меняют свое отношение к бывшему не-«еврею», перешедшему в иудаизм, когда этот человек решает поменять приютивший его иудаизм на христианство, мусульманство, буддизм, атеизм. Ибо, будучи лишь «духовным сыном Авраама», бывший не-«еврей», перешедший в иудаизм, волен распоряжаться своей судьбой, как ему вздумается.

Но, напоминают нам люди, считающие себя «евреями», такая воля не дана «естественному», «натуральному» «еврею» (по матери). Когда и если он возвращается в лоно иудаизма, этот шаг никак не влияет на его еврейство: с самого начала не ему было дано решать, является ли он «евреем» или нет.

Таким образом, перешедший в иудаизм не-«еврей» рассматривается людьми, считающими себя «евреями», как существо более низкое, и они не относятся к нему с таким же уважением, как относятся они к «естественному» «натуральному» «еврею» (по матери). (Интересно, что бы сказал по этому поводу патриарх Авраам, первый язычник, перешедший в иудаизм?)

Та же двусмысленность наблюдается и в отношении смешанного брака. Если относиться серьезно к переходу в иудаизм не-«еврея», тогда следует ожидать, что люди, считающие себя «евреями», не будут классифицировать брак перешедшего в иудаизм и «натурального» «еврея» («еврейки») как смешанный (в религиозном смысле) брак. Но реальность далека от такого ожидания: с точки зрения людей, считающих себя «евреями», такой брак носит смешанный характер.

Как видно, оба рассмотренных нами определения «еврейства», предлагаемого людьми, считающими себя «евреями», являются не только двусмысленными, неясными, неопределенными, противоречивыми, двустандартными по своему характеру. Логически развитые, они не оставляют никакого сомнения в том, что, в конечном счете, люди, считающие себя «евреями», относят к «евреям» этническое, расовое, кровяное, биологическое, национальное происхождение человека (по матери-«еврейке») и в гораздо меньшей степени его религиозную принадлежность.

Понимание «еврейства» как «евреями», так и не-«евреями»

Под обоими фактическими определениями «еврейства» (и их степенью), даваемыми людьми, считающими себя «евреями», подпишутся и не-«евреи». Соответственно оба определения требуют, в первую очередь, объяснения таких терминов, как раса, национальность и этничность. Мы проанализируем каждый термин отдельно.

Является ли «еврейство» расой?

В общем и целом, существуют три определения расы. Согласно первому, раса – это группа людей с определенными внешними чертами: европейская раса, монголоидная раса и негроидная раса.

Согласно второму определению, раса – это группа людей с определенным цветом кожи: белая, желтая, черная и красная раса.

В соответствии с третьим взглядом, раса – это группа людей, объединенных такими культурными элементами, как язык и религия (французская или еврейская раса).

Попробуем применить каждое определение расы к концепции «еврейства».

«Еврейство» как раса в первом смысле этого слова

Принадлежат ли «евреи» к только одной, общей для них расе? Нет: среди людей, считающих себя «евреями», можно найти представителей всех расовых групп, и не только европейской. Существуют также африканские «евреи» (негроидная раса), азиатские и американо-индейские «евреи» (монголоидная раса).

Могут возразить: а как же быть с древне«еврейским» происхождением тех, кого считают «евреями» по материнской линии? Не правда ли, что такое происхождение не может не служить биологической и генетической основой, на которой и зиждется понятие «еврейства» как расы?

Проблема в том, что: во-первых, несмотря на религиозное определение, не существует научного доказательства единого древне«еврейского» происхождения современных «евреев»; и, во-вторых, даже если такое доказательство и было бы найдено, от него было бы мало пользы, поскольку нет чистого генетического «еврейского» типа.

Кроме того, конкретные люди существуют не как типы, а как индивидуумы. Так что в свете прошедших тысяч лет, кто и как может подтвердить заявление данного, конкретного человека, что он «еврей» потому, что его предками были люди древнего «еврейского» племени? И, если найдется подтверждение, что этот человек происходит от этого племени, где гарантия того, что где-то в прошлом не было разрыва в его «еврейской» материнской линии, так что он в действительносто происходит от не- «еврейского» племени его отца?

По крайней мере, в настоящее время нет ответов на такие вопросы. Поэтому, на наш взгляд, определение человека его расовым происхождением рассматриваемого типа не может служить доказательством его «еврейства».

«Еврейство» как раса во втором смысле этого слова

«Евреи» пребывают во всех цветах кожи. Для того, чтобы в этом убедиться, надо, например, посетить Израиль. Поэтому всякое упоминание о единственно типичном «еврее» может лишь вызвать усмешку у непредубежденного человека.

«Еврейство» как раса в третьем смысле этого слова

Начнем с языка. Это слово здесь может иметь два основных значения: (1) как общее средство общения внутри определенной группы, независимо от манеры речи людей, составляющих эту группу; или же (2) как манера речи людей, составляющих группу, независимо от того, на каком языке они говорят.

С точки зрения языка в первом смысле этого слова, евреи являются членами семитской группы. Это значит, что их языком должен быть иврит (который вместе с арамейским, арабским и эфиопским относится с подгруппе афро-азиатской языковой группы).

Отсюда «евреи», родным языком которых не является иврит, не могут считаться семитами. А поскольку слово «семит» понимается, как языковое определение расы, то «евреи», для которых иврит не является родным, не будучи семитами, не могут считаться таковыми («евреями»).

Поскольку около 72 процентов тех, кто считает себя «евреями», живет за пределами Израиля (в диаспоре) и поскольку для подавляющего большинства из них иврит не является родным, постольку логично заключить, что в мире не так уж много людей, расовая принадлежность которых (в третьем понимании этого слова) позволила бы квалифицировать их как «евреев».

Язык есть выразитель души человека. А так как у каждого народа свой язык, то для людей, считающих себя «евреями» и в подавляющем большинстве разбросанных по всему земному шару, не может быть другого выразителя их души, чем язык народа, в котором они («евреи») живут. В противном случае, люди, считающие себя «евреями», не смогли бы общаться с представителями этого народа.

Все это означает, что, поскольку не существует универсального «еврейского» языка, то не может быть и универсальной «еврейской» манеры речи. Это, конечно, далеко не значит, что такая манера не может иметь региональный, локальный, местный характер.

Перейдем теперь к религиозному определению расы. Поскольку вопросы, касающиеся религии, не могут быть предметом настоящей статьи, постольку для целей нашего анализа можно сделать лишь следующие весьма общие замечания.

Деление христианства на протестантскую, католическую, православную и другие ветви; ислама на шиитскую, суннитскую, вакхабитскую и другие ветви; иудаизма на реформистскую, консервативную, ортодоксальную и другие ветви показывает, что религия не может быть общей расовой почвой ни для христиан, ни для мусульман, ни для евреев. Отсюда вытекает, что «еврейство» как религия «еврейской» расы просто не существует.

Но, конечно, то, что неверно в общем, не обязательно должно быть таковым в частности. С более узкой точки зрения, каждая из трех великих религий содержит в себе ядро общности.

Для христиан любой ветви это вера в тройственную природу Христа и в Его отношение к личности. Для мусульман любой ветви это вера в Аллаха, чьим посланником и проповедником был Магомет. Что касается евреев любой ветви, так это их вера в особые договорные отношения с Богом, который регулирует жизнь каждого еврея с помощью законов Талмуда.

Что же остается в отношении еврейства (без кавычек)? Остается иудаизм как свободно выбранная религия человеком для себя, и никем больше.

Такое определение еврейства категорически отрицается людьми, считающими себя «евреями», за его, с их точки зрения, узость и, следовательно, неточность. Отрицается потому, что, в соответствии с точкой зрения людей, считающих себя «евреями», иудаизм отличается от других религий.

Что же делает иудаизм отличным от других религий? Иудаизм, утверждают люди, считающие себя «евреями», это не просто религия; это религия определенной национальности и нации. Это подводит нас к выяснению, что такое национальность и что такое нация.

Является ли «еврейство» национальностью (этничностью)?

Существует много определений национальности. Для наших целей достаточно будет двух: (1) общность происхождения, традиций, языка и способности создать национальное государство; (2) этническая группа как часть нации.

«Еврейство» как общность происхождения

Понимается ли «общность происхождения» в библейском адамо-евовском смысле или же как дарвинская обезьянья научная гипотеза, остается признать, что у «евреев» нет никакого особенного «общего происхождения», могущего сделать их национальностью.

Если «еврейство» понимается в более узком смысле как биологическое происхождение по матери-«еврейке», тогда такое понимание имеет в виду генетическую связь не человека с обезьяной, а человека с человеком. Но так как «евреи» - это люди, состоящие из многорасового генетического материала, то их генетическая общность чрезвычайно проблематична и не может быть доказана.

Но, если «еврейство» понимается в религиозном смысле как иудаизм, тогда должно быть общее религиозное происхождение у евреев, христиан и мусульман. Тому две причины.

Во-первых, каждая из трех великих мировых религий вышла из язычества. Во-вторых, так как иудаизм является матерью двух других религий, то он есть источник их общего происхождения.

В любом случае оказывается, что нет никакой особой религиозной общности, которая делала бы «еврейство» национальностью.

Могут представить добавочные аргументы в пользу общего, а потому национального характера «еврейства»: гонения евреев как религиозной группы (но этому подвергались и временами все еще подвергаются и последователи двух других религий); преследования и физическое уничтожение «евреев» нацистами как, согласно нацистскому мифу, особой расы; наличие определенной территории (но на которой большинство «евреев» не живет уже более двух тысяч лет).

Все это ведет к одному заключению: единственным элементом происхождения еврейства является иудаизм как религия. Ибо именно иудаизм объединяет евреев (без кавычек), в противном случае не имеющих ничего общего друг с другом ни в культуре, ни в языке, ни в привычках, ни в верованиях и т.д., таких, как эфиопских евреев, евреев американского Гарлема, иранских евреев, русских евреев, мексиканских евреев и т.д.

«Еврейство» как общность традиций

Какое бы определение традиции мы ни взяли, сутью его является подчеркивание фактора преемственности привычек, верований и т.д. Но о какой «еврейской» преемственности может идти речь в отношении людей, которые, считая себя «евреями», не исповедуют иудаизм, следуют традициям

народов, среди которых они живут в течение столетий, и чьи дети, внуки и пра-... во все большем числе вступают в брак с не-«евреями»?

Таким образом, если и существует общность традиции среди людей, считающих себя евреями, то она пересекает не-«еврейские» национальные границы вдоль иудаистской религиозной линии. Как таковая, такая общность религиозной традиции не имеет ничего общего с «еврейством» как национальностью.

«Еврейство» как общность языка

Как было отмечено выше, уже более двух тысяч лет отсутствует единый «еврейский» язык. Этот факт еще раз подтверждает аргумент против существования единой нерелигиозной (не иудаистской) культурной традиции среди людей, называющих себя «евреями». Почему? Потому что язык является одним из наиболее важных элементов культуры.

Данный аргумент приобретает еще большую (ударение на «о») силу благодаря тому факту, что даже та крошечная часть евреев, которая сохранила «еврейскую» лингвистическую традицию, делится на тех, кто говорит на совершенно различных «еврейских» языках: идише (верхне-рейнском диалекте немецкого языка), ладино (языке испанских «евреев», иврите (государственном языке государства Израиль) и т.д.

«Еврейство» как общность способности создать национальное «еврейское» государство

Очевидно, что отсутствие общности происхождения, традиций и языка исключает определение «еврейства» как национальность или этническая группа (или национальность меньшинства). Единственная общность, объединяющая евреев, - это их принадлежность к иудаизму как религии.

Способна ли такая религиозная группа основать нацию и национальное государство? Если способна, то где же это политическое образование?

Чтобы ответить на эти два вопроса, необходимо дать определение слову «нация». Этот термин понимается как сообщность людей, состоящая из одной или более национальностей и обладающая более или менее установленной территорией и правительством (Websters, 1979, стр. 758).

Поскольу национальное государство базируется не на религиозных группах, а на национальностях, логично будет сделать вывод, что еврейство, имеющее лишь религиозное значение (иудаизм), не может служить почвой для создания национального государства.

Тем не менее, с 1948 года существует государство, которое черпает свою «еврейскую» легитимность как на религиозной (иудаизм), так и на национальной основе. Речь идет о государстве Израиль.

Является ли «еврейство» нацией, а государство Израиль «еврейским» национальным государством?

Когда авторитетные люди, считающие себя «евреями», настаивают на национальном характере «еврейства», они имеют в виду Израиль. Этим подчеркивается, что, поскольку Израиль – это «еврейское» национальное государство, то он служит доказательством способности «еврейства» образовать «еврейскую» нацию и быть такой нацией.

Ранее мы попытались доказать, что люди, считающие себя «евреями», хотя открыто и провозглашают «еврейство» как религию (иудаизм), в действительности (т.е. косвенным образом) понимают «еврейство» с биологической точки зрения. Но, так как биологическое определение «еврейства» не может быть доказано, то тогда можно сделать вывод, что люди, считающие себя «евреями», в реальности сводят «еврейскую» сущность государства Израиль к иудаизму как религии.

Израиль, конечно, национальное государство, но это не «еврейское» национальное государство. Это страна определенной нации, израильтян, которые в подавляющем большинстве ничего общего не имеют с иудаизмом.

Заключение, касающееся русских «евреев»

Оставим Израиль и обратимся к России. До Февральской революции 1917 г. в ней существовала так называемая черта оседлости, в которой жили люди, считавшиеся евреями по двум признакам: языково-культурному (родной язык – идиш, специфическая одежда, еда, обычаи и т.д.) и религиозному (религия – иудаизм). Иными словами, в Российской империи евреем был человек, исповедовавший иудаистскую религию и говоривший на идише как на родном языке.

Постепенно, в результате исторического процесса, эти люди перестали быть евреями. В массовом порядке это произошло вследствие сначала Февральской революции, отменившей черту оседлости, а потом Октябрьской революции того же года, давшей возможность евреям покидать местечки (находившиеся в черте оседлости) с их проблемами занятости, бедности и безысходности и мигрировать в большие города, где индустриализация вызвала большую нужду в рабочей силе.

Местечковые евреи (как этническая группа в досоветской России) не сразу делались русскими (как национальность в советской России): сказывалось влияние еврейских родителей. Но, покидая местечки и поселяясь в больших городах, они постепенно ассимилировались в русской среде по языку, привычкам, воспитанию, одежде, образу жизни и т.д. А их потомкам (детям, внукам и т.д.), уже родившимся в больших городах, не было нужды ассимилироваться: со дня рождения их впитывала в себя русская языково-культурная среда яслей, детского сада, школы, армии (если они в ней оказывались), техникума или института (если они туда поступали), работы.

Кроме того, на помощь языково-культурному поглощению еврейства русскостью приходило и чисто физическое их поглощение в форме смешанных браков.

Тем не менее, перестав быть «евреями», эти люди в своем огромном большинстве в настоящее время продолжают считать себя принадлежащими к «еврейской» национальности и категорически отрицают, что они стали русскими (по национальности). Процесс этот, однако, необратим: бытие определяет сознание не сразу, а через временной лаг.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив