Вечером 26 января 2011 г. в Москве внутри здания аэропорта «Домодедово» в зоне встречи авиапассажиров международных авиалиний совершен террористический акт, в результате которого погибли 35 человек из числа прилетевших в Москву и встречавших их людей. Кроме того, 180 человек получили ранения и травмы различной степени тяжести. Само здание аэровокзала не пострадало.

По предварительным данным, в «Домодедово» террорист-смертник привел в действие начиненное поражающими элементами безоболочное взрывное устройство, в котором в качестве взрывчатки был использован пластит. Мощность (тротиловый эквивалент) взрывного устройства специалисты оценивают от 5 до 7 кг тротила.

Предыдущие крупные террористические акты на воздушном транспорте в России были совершены 24 августа 2004 года. Тогда женщины-смертницы из Чечни провели два террористических акта в воздухе: взорваны самолет Ту-154Б2 авиакомпании «Сибирь» на маршруте Москва-Сочи и вылетевший в Волгоград самолет Ту-134А авиакомпании «Волга-Авиаэкспресс» (в имиджевых целях компания после этого случая была вынуждена поменять свое название). В результате этих террористических актов в общей сложности погибло 93 человека.

Последние крупные террористические акты в Москве на объектах транспорта были совершены 29 марта 2010 года на станциях московского метро «Лубянка» и «Парк культуры радиальная». В результате тех террористических актов, исполненных женщинами-смертницами из Дагестана Марьям Шариповой и Джаннет Абдурахмановой, погибли 39 пассажиров, ранения различной степени тяжести получили 72 человека.

Террористический акт в аэропорту «Домодедово» вызвал большой общественный и политический резонанс. По моему мнению, это обусловлено следующими причинами.


План размещения основных зон и служб азропорта «Доиодедово

Во-первых, террористический акт произошел на охраняемом стратегическом объекте (крупнейший аэропорт страны), на который, казалось бы, должно было сложно провести террориста-смертника с пятью и более килограммами взрывчатки. И если такое возможно в аэропорту, на авиационном транспорте, то что тогда говорить о других местах массового посещения их людьми? Получается, что место проведения террористического акта (вернее – массового убийства людей) зависит от выбора и решения самого террористического подполья. В большинстве своем люди не знают и не понимают всех сложностей борьбы с терроризмом, и поэтому каждый террористический акт, особенно подобный домодедовскому, воспринимается ими как признак полной недееспособности государства и свидетельство собственной трагической незащищенности.

Во-вторых, среди жертв террористического акта оказались и иностранные граждане – восемь человек из разных стран. Это затронуло интересы других государств и, кроме того, скомпрометировало российскую сторону и один из лучших аэропортов страны, оказавшихся неспособными обеспечить безопасность людей в подлежащей особой охране международной зоне аэропорта. Россия принимает на своей территории немало международных форумов, спортивных мероприятий, фестивалей и т.п. Авторитет всех подобных мероприятий в первую очередь зависит от эффективности обеспечения безопасности их участников.

В-третьих, на фоне регулярных докладов силовых ведомств президенту страны об успехах в борьбе против террористов и их пособников теракт в «Домодедово» показал, что картина борьбы с терроризмом, пишущаяся силовыми структурами, далеко не так благостна и оптимистична, как это может показаться после выслушивания всей этой «брехни» (оценка президента Д.Медведева). В этой ситуации общество начинает сомневаться в способности государства покончить с кровавым молохом терроризма и обеспечить своим гражданам безопасность. Между тем, у российских силовых структур имеется и опыт борьбы с терроризмом и немалые успехи в этой борьбе. Но все это обществом мгновенно забывается, как только происходит террористический акт, подобный домодедовскому.

В-четвертых, свой немалый вклад в усиление общественно-политического резонанса от террористического акта вносят российские средства массовой информации и политическая оппозиция. Вместо того, чтобы поддержать российские власти в трудную минуту и призвать граждан страны к оказанию помощи пострадавшим и к отпору идеологии терроризма, все российские средства массовой информации и записные критики и обличители исполнительных органов власти подобно своре бешенных псов бросились на израненное тело российской государственности и грызут, грызут и грызут его. Сколько пережевывания одних и тех же событий и фактов! Сколько неоднократно озвученных слухов, сколько интерпретаций и провокационных заявлений! А это только и нужно идеологам и организаторам террора, преследующим цели запугать людей, вызвать у них ощущения незащищенности и деморализовать власти страны, сделав их податливыми в отношении выдвигаемых идеологами террора требований.

В-пятых, большой общественный резонанс, вызванный терактом в «Домодедово», обусловлен и тем, что для граждан России, получившим широкие возможности для выездов за пределы страны для отдыха и по делам бизнеса, пользование услугами авиационного транспорта стало жизненно необходимым. Поэтому вопросы безопасности для них – далеко не отвлеченное понятие.


Авиапассажиры в ожидании регистрации

Террористический акт в «Домодедово» требует ответов и на вопросы о том, почему он стал возможным именно на этом объекте и о том, насколько эффективны принимаемые в стране меры по предотвращению и пресечению посягательств на жизнь и здоровье людей и безопасность государства в целом. Многие из нас неоднократно летали за рубеж через «Домодедово», и поэтому ответы на эти вопросы актуальны для многих граждан, регулярно пользующихся воздушным транспортом. Не на все эти вопросы сегодня можно ответить полно и внятно. Я не ставлю перед собой задачи искать ответы там, где их нет. Но ответы на некоторые из них находятся, что называется, на поверхности.

Первое. Что касается мер безопасности в аэропорту «Домодедово», то они там есть, и довольно жесткие, но не во всех зонах аэропорта. Так, в зоне вылета, от паспортного и пограничного контроля и до посадки в самолет, эти меры строгие, а персонал - требовательный и бескомпромиссный. Однако доступ отъезжающих, провожающих и других лиц в здание аэровокзала то контролируется, то нет. После очередного теракта в воздухе или, скажем, в московском метро, чтобы попасть в здание аэровокзала, надо было пройти все процедуры проверки багажа и ручной клади и пройти через рамку металлоискателя. О сигнализаторах на предмет наличия в багаже или на человеке взрывчатых веществ или их следов даже и речи не шло. Однако через некоторое время меры контроля на входе в здание аэропорта отменялись. Так что пройти в холл аэропорта можно было совершенно свободно и с чем угодно. То есть, в наиболее людных зонах аэропорта меры безопасности практически полностью отсутствовали. Поэтому и неудивительно, что террористический акт осуществлен именно в неконтролируемой и в то же время наиболее людной зоне аэровокзала.

Почему такое отношение к мерам безопасности и кто за это отвечает, вам никто не объяснит. Конечно, можно придумать и запустить самые изощренные меры контроля, такие, что и мышь не проскочит. Но ведь речь идет не об этом, а об элементарных мерах. Очевидно, что все упирается вообще в наличие всеохватывающей и стабильной системы контроля, в менталитет и ответственность руководства транспортного узла, в исполнительность персонала и условия для исполнения им своих обязанностей. Здесь непочатый край работы.

Второе. Все то, что находится за входами в здание аэровокзала (подъезд к аэровокзальному комплексу, зона высадки и посадки пассажиров и провожающих, стоянки автомобилей и др.) находится вне зоны какого-либо контроля. Здесь контролируется только получение вами талона за въезд в оплачиваемую зону аэровокзального комплекса, своевременность и полнота оплаты за автостоянку. Там, где деньги, там и контроль. Между тем, не должна подлежать сомнению необходимость введения в интересах обеспечения безопасности граждан жестких и недвусмысленных правил контроля доставки пассажиров в аэропорт и эвакуации из аэропорта после их прилета откуда бы то ни было. Причем, сделать это нужно так, чтобы всем было и удобно, и безопасно. Необходимо найти пути пресечения доступа в зону аэровокзального комплекса посторонних лиц.

Третье. Одним из важных уроков теракта в «Домодедово» должно стать понимание необходимости заблаговременного принятия мер безопасности на объектах и в зонах повышенного риска – в метро, на стадионах, в киноконцертных залах и в других местах одновременного массового скопления людей, на рынках и в торговых комплексах. И эти меры должны применяться до тех пор, пока в стране будет оставаться хотя бы один террорист.

Четвертое. Государство ни на минуту не должно отдавать на откуп кому-либо другому вопросы формирования политики в сфере безопасности на транспорте и в других сферах, критичных с точки зрения их привлекательности для проведения террористических актов. Это не означает, что везде должны находиться представители государства и обеспечивать спокойную, сытую и безопасную жизнь для владельцев и акционеров охраняемых объектов без какой-либо ответственности с их стороны за безопасность обслуживаемых ими людей. Раз уж государство и его граждане согласились с тем, что кто-то владеет пароходами, самолетами и объектами недвижимости, пусть этот кто-то несет полную ответственность за положение дел на своем участке, а не только получает прибыль и уводит ее в иностранные банки в оффшорных зонах. Роль государства должна сводиться к формированию политики в сфере обеспечения безопасности от терроризма и бандитизма, к принятию адекватных законов, разработке соответствующей нормативной документации и к бескомпромиссному контролю за исполнением хозяйствующими субъектами возложенных на них обязанностей.

Пятое. Каждый новый террористический акт в том самом месте, где он произошел, как правило, является для граждан и властей неожиданным событием. Это говорит о том, что инициатива в выборе места и времени их проведения пока находится в руках организаторов террора. Это требует от государства и всех нас проявления бдительности, предусмотрительности и неукоснительного соблюдения всех норм законодательства и установленных правил в сфере борьбы с терроризмом.

На этом фоне особенно непримиримым должно быть отношение государства, общества и всех законопослушных граждан к тем людям, которые «играют в терроризм», рассылая записочки с «предупреждениями» о подготовленных «взрывах», организующих соответствующие анонимные телефонные звонки с «предупреждениями» такого рода и т.п. К таким «шутникам» следует относиться как к прямым пособникам террористов и применять к ним жесткие меры. Очевидно, что эти меры должны быть прописаны в законах. А расследование этих фактов должно вестись вплоть до установления авторов и исполнителей таких «предупреждений» и их наказания. В любом случае правоохранительные органы должны вести учет и картотеку всех таких случаев, что очень важно для анализа этого явления и соответствующей профилактики. Это также должно быть уроком в организации и ведении борьбы с терроризмом.

Недавно в США судом к шести годам заключения был приговорен американский гражданин, направивший президенту Обаме письмо, в конверт которого под видом отравляющего вещества был всыпан безобидный белый порошок. Свои шесть лет американец получил несмотря на то, что был признан человеком, страдающим психическим расстройством. Т.е. болезнь человека не должна быть смягчающим обстоятельством, освобождающим его от ответственности только за демонстрацию угрозы.

Шестое. Все сказанное выше имеет отношение к относительно узкому кругу вопросов, связанных с обеспечением безопасности на воздушном транспорте. К тому же речь идет о наборе неких пассивных технических и организационно-административных мер сугубо оборонительного и профилактического характера. Между тем террористическим угрозам подвергается значительно более широкий круг объектов, на которых каждый день и час может присутствовать большое число людей. Кроме того, диверсионно-террористическим угрозам подвержены жизненно важные для страны и общества объекты промышленной и транспортной инфраструктуры, экономики, жизнеобеспечения и др.

Смотрите, что получается: в ходе внешней военной агрессии противник стремится в первую очередь нанести максимальный ущерб таким объектам, чтобы ускорить решение своей главной задачи – победы в войне. В случае же с актами терроризма или действиями, квалифицируемыми как пособничество терроризму, мы ограничиваемся лишь тем, что фиксируем сами эти события, оцениваем ущерб, стараемся раскрыть преступление и по возможности привлечь его участников к ответственности. То есть, в нашей стране терроризм и все его проявления рассматриваются в основном как отдельные внутренние события, не объединенные ни единой стратегией, ни общим замыслом, как это имеет место в случае внешней военной агрессии. Мы уходим от того, чтобы называть все эти вещи своими именами.

На сегодня уже имеется достаточно оснований, чтобы квалифицировать терроризм как особый вид войны против нашего государства. Об этом говорят и масштабы террористической активности, и ее направленность, и характер связей террористических группировок с зарубежными подрывными центрами и странами. Поняв и признав это, Россия должна перестроить всю систему борьбы с терроризмом адекватно масштабу создаваемых им угроз: не только оборона, но и активное наступление; ведение активной разведки сил, намерений и планов противника; ликвидация террористического подполья и базы поддержки и пособничества терроризму; решительное пресечение вмешательства во внутренние дела нашей страны из-за рубежа.

Только ведя организованную, непрерывную, всеобщую и беспощадную войну против терроризма на своей территории, Россия может победить это зло и обеспечить своим гражданам безопасность и условия для созидательного развития.

Седьмое. Многие из записных российских демократов, псевдоаналитиков и «доброжелателей» все настойчивее советуют (а то и требуют) от российских властей прекратить активную борьбу с террористическим подпольем, искать контакты с его лидерами и договариваться об условиях примирения а, по существу, о разделе политической власти с ними в стране. К каким негативным последствиям для страны и е граждан может это привести, говорит весь многолетний опыт и самой России, и других стран. Переговоры с террористами могут вестись только с позиции силы. Ни при каких других условиях пойти на окончательную мировую они не согласятся Это еще один урок, который следует извлечь по следам теракта в «Домодедово».

Какой видится стратегия и политика российской власти в вопросах борьбы с терроризмом? Это должен быть комплекс масштабных, последовательных и взаимно обусловленных мер политического, административно-правового, экономического и силового характера, предпринимаемых в интересах пресечения деятельности на территории Российской Федерации террористического подполья, идеологов, организаторов и пособников терроризма, ликвидации общественно-политических и социально-экономических условий существования в стране и культивирования идеологии терроризма, вскрытия и блокирования антироссийской деятельности зарубежных подрывных центров и их преступных связей с террористическим подпольем в России.

Представляется, что сегодня и на ближайшую перспективу в стратегии организации противодействия терроризму в России обязательно должны быть учтены следующие моменты.

 

  1. В стране должен быть один орган, наделенный всеми необходимыми полномочиями и ресурсами для разработки и периодического уточнения стратегии и принципов организации противодействия терроризму, а также общего планирования этой работы. Однако это вовсе не означает, что борьбу с терроризмом должен вести только этот орган. Это задача всей страны, всех ее граждан, всех силовых структур. Но единый орган необходим в первую очередь как Генеральный штаб для Вооруженных сил, как Государственный комитет обороны во время Великой Отечественной войны, как орган, выше которого по статусу и ответственности в деле борьбы с терроризмом нет никого.
  2. Первостепенное внимание в стратегии противодействия терроризму должно уделяться сбору информации, ее изучению и анализу в интересах выявления и оценки уровня и характера террористических угроз и стоящих за ними сил, а также для разработки общих рекомендаций для политического руководства страны и уполномоченных силовых структур по борьбе с терроризмом.
  3. Необходимо нарастить и усовершенствовать законодательную базу в сфере противодействия терроризму. В ней должна быть четко определена ответственность за осуществление террористических актов, их подготовку, пособничество терроризму и моральную поддержку ему, сокрытие сведений о планах, намерениях и потенциальных исполнителях террористических актов. По-видимому, следует подумать и об усилении коллективной ответственности за непринятие мер по предотвращению террористических угроз (ответственность семей и ближайших родственников террористов, глав местных органов власти и других лиц).
  4. Ввиду того, что уже сегодня терроризм по своим целям, масштабам, применяемым приемам и средствам приобрел характер особого вида войны против государства, отношение ко всем участникам террористического подполья, активистам и пособникам терроризма должно быть таким, как на войне.
  5. В стратегии борьбы с терроризмом должно быть учтено, что современный терроризм (например, на Северном Кавказе) имеет международный характер, так как является плодом длительной и целенаправленной подрывной деятельности против России, СССР и Российской Федерации со стороны других стран и поддерживаемых ими подрывных центров. Масштабы подрывной деятельности против России будут нарастать. Поэтому борьбу с терроризмом необходимо вести с нарастающей активностью по все направлениям и не прекращать ее ни на минуту. Необходимо помнить, что это борьба за Россию и за будущее проживающих в ней людей.
Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив