Дипломаты отличаются от лоббистов только заказчиком.

Дипломатию и лоббизм подчас отделяет крайне тонкая грань, которая незаметна даже тем, кто ее пересекает. В российской и международной практике есть целый ряд примеров, когда бывшие дипломаты и политики, постоянно контактировавшие с иностранной державой, используют свои связи для продвижения политических и экономических интересов — но уже на коммерческой основе.

Традиционный жизненный путь дипломата после ухода с государственной службы — это научная карьера в вузе или вхождение в состав государственных благотворительных организаций, активно работающих с иностранными партнерами. В этом контексте переход бывших сотрудников МИДа в структуры, продвигающие те или иные политические и экономические интересы, часто вызывал вопросы.

Круг знакомств, который приобретают государственные служащие, по долгу службы плотно сотрудничающие с иностранными партнерами, трудно переоценить с точки зрения лоббиста. Дипломаты, особенно публичные, имеют самые широкие возможности для продвижения интересов собственной страны. И когда после завершения карьеры в структурах МИДа некоторые из этих людей находят другие, более выгодные пути применения былых связей, скептики видят в этом если не предательство национальных интересов, то по меньшей мере неразборчивость в связях.

Впрочем, сами дипломаты парируют эту критику традиционно отточенными фразами. Бывший американский посол в Канаде Дэвид Уилкинс, только что зарегистрировавшийся в конгрессе США в качестве лоббиста канадской инвестиционной ассоциации IIAC, заявил в мае: «Я не вижу здесь конфликта интересов. В качестве посла я продвигал развитие американо-канадских отношений. Сейчас я делаю то же самое, но в частном секторе».

«Переход дипломатов и политиков в качестве экспертов или лоббистов в частный сектор — распространенное явление. Правилами большинства западных стран, и России в том числе, такая практика не запрещается», — рассказал «МиП» Юрий Рубинский, бывший дипломат, долгое время работавший во Франции, ныне руководитель Центра французских исследований Института Европы РАН.

Главное, чтобы это не вызывало конфликта интересов, за которым на Западе строго следят.

Европейские симпатии

Ярчайший тому пример — история бывшего канцлера Германии Герхарда Шредера, который грамотно конвертировал свои теплые отношения с Россией, и в частности с президентом Владимиром Путиным.

Шредер поставил яркую точку в своей политической карьере — в сентябре 2005 года во время визита Путина в ФРГ стороны подписали соглашение о строительстве газопровода «Северный поток». Это событие произошло буквально за 10 дней до проведения досрочных выборов в германский бундестаг, которые Шредер назначил сам еще в мае, за год до официального истечения срока его полномочий федерального канцлера.

Его партия СДПГ, как и ожидалось, проиграла. Однако для Шредера это означало новый виток карьеры: вскоре после отставки в декабре 2005 года он занял пост главы Комитета акционеров North European Gas Pipeline Company, компании-оператора «Северного потока».

В Германии переход экс-канцлера на высокооплачиваемую должность в консорциуме с доминирующей долей «Газпрома» не остался незамеченным. В адрес Шредера даже полетели обвинения в коррупции, но экс-канцлер добился судебного решения, запрещающего лидеру Свободной демократической партии Германии Гидо Вестервелле впредь повторять подобные обвинения. Впрочем, критика в адрес Шредера утихла лишь отчасти. Его противники неоднократно обвиняли бывшего канцлера в том, что он замешан в легализации российских активов сомнительного происхождения: со стороны история с новым назначением Шредера выглядела как классическая ситуация, где интересы государства и личные интересы канцлера вступали в конфликт.

Кроме того, когда соглашение по «Северному потоку» было подписано, Путин опубликовал статью, в которой рассыпался в похвалах в адрес мудрой внешней политики своего коллеги и друга. «Независимая внешняя политика — это один из важнейших элементов суверенитета любой страны. Все мы хорошо понимаем и знаем, что далеко не все государства и их лидеры как в прошлые времена, так и сегодня в состоянии проводить такую политику. Шредер смог. А реалии сегодняшнего мира таковы, что от добрых отношений между Россией и Германией зависит не только надежное снабжение Европы энергоносителями, но и — в самом широком смысле этих слов — стабильность и безопасность в мире», — писал Путин.

Западные СМИ слова российского президента не убедили, и обвинения экс-канцлера в «политическом предательстве» и кумовстве до сих пор в Германии остаются общим местом.

Большой британский стиль

Не меньше скепсиса у европейской общественности вызвала карьера лейбориста Тони Блэра, ушедшего с премьерского поста в Великобритании в 2007 году. Он стал дипломатом, получив должность главного представителя «ближневосточного квартета» (в него вошли ЕС, Россия, США и ООН), который до сих пор и без особого успеха занимается урегулированием арабо-израильского конфликта. Эта позиция открыла для Блэра море лоббистских возможностей, так как в круге его контактов появились практически все политические и бизнес-лидеры Ближнего Востока.

Связи политика начали привлекать внимание СМИ с 2008 года, когда Блэр стал консультировать инвестиционный банк JP Morgan Chase, а также страховую компанию Zurich Financial Services. В 2010 году британская пресса узнала о существовании банковского чека, который выписала Блэру корейская нефтяная компания UI Energy Corporation, в то время пытавшаяся занять часть иракского рынка углеводородов.

К сегодняшнему дню Блэр управляет целым рядом благотворительных фондов и организаций, большинство из которых занимается финансированием проектов в странах третьего мира и на Ближнем Востоке, а также борьбой с климатическими изменениями. Политик, кроме того, возглавляет Tony Blair Associates — консалтинговую компанию, уже по названию похожую на американскую Kissinger Associates, которую создал бывший госсекретарь США Генри Киссинджер в 1982 году. Цели у обеих компаний также одинаковы — предоставлять богатейший дипломатический и политический опыт крупным клиентам, которые в этом опыте нуждаются.

В 2012 году компания Блэра подписала контракт с властями Казахстана на выстраивание политической стратегии. Казахская газета «Республика», опубликовавшая об этом статью и обвинившая Блэра в помощи диктатору — президенту страны Нурсултану Назарбаеву, — была закрыта властями в конце того же года.

Бывший глава британского МИДа и видный представитель партии лейбористов Дэвид Милибенд, по-видимому, решил пойти по пути своего влиятельного однопартийца. Закончив дипломатическую карьеру в 2010 году и решив не участвовать в борьбе за главенство в партии, Милибенд вошел в состав организации International Rescue Committee (IRC) со штаб-квартирой в Нью-Йорке. Она тоже занимается финансированием проектов, направленных на улучшение благосостояния населения тех стран, где происходят конфликты. Основная специализация IRC — тот же нефтеносный Ближний Восток. Представители IRC уже объявили, что британец возглавит ее в сентябре 2013 года.

Лоббизм за анархию

Британские дипломаты рангом поменьше также успешно ведут лоббистский и консалтинговый бизнес. Например, Карн Росс, бывший сотрудник британского МИДа, в 1990-х и начале 2000-х годов работавший в британском постпредстве при ООН и стоявший за международными переговорами по Афганистану и Ираку, в 2004 году бросил дипломатическую карьеру и основал компанию Independent Diplomat (ID). Его консалтинговая компания занимается лоббированием интересов непризнанных и спорных государств в ООН. ID консультировала руководство Косово, Сомалиленда и фронт Полисарио в Западной Сахаре, пока те отстаивали свое право на независимость.

Росс утверждал в одном из интервью: современная дипломатия уже давно дискредитировала сама себя. «Когда ты погружаешься в культуру дипломатии, тебя вынуждают перестать воспринимать себя как личность и начать воспринимать свое "я” как нечто не отличимое от дипломатической структуры, — говорил Росс в интервью американскому Фонду Карнеги. — Дипломат должен в буквальном смысле стать воплощением интересов государства. И это мне кажется фатальной установкой. Это главная причина, по которой я сегодня считаю себя анархистом. Я убежден, что государство сегодня глубоко аморально, поскольку намеренно лишает личность, и особенно личность дипломата, ощущения моральной ответственности за принимаемые решения».

Пафос британского дипломата сводился к тому, что свою компанию ID он создал для того, чтобы сделать дипломатию более моральной. В 2004 году Росс был одним из двоих дипломатов, знакомых с внутренней кухней британского МИДа, который свидетельствовал во время парламентских слушаний против Блэра и его решений поддержать западную интервенцию в Ирак. Кроме того, в 2011году ID поддерживало движение Occupy Wall Street, в котором объединились до сих пор разрозненные интернет-пользователи, возмущенные несправедливостью финансовой системы США.

Впрочем, выбор клиентов лоббиста Росса вызывает вопросы. Представители Косово, Южного Судана и Сомалиленда, по его словам, «прошли тест на демократичность, законопослушность и уважение к правам человека», и поэтому ID подписала с ними контракт, а власти российской союзницы Абхазии, с которой контракт тоже обсуждался, почему-то не прошли.

Представить всех

Американские коллеги Росса по лоббизму, работавшие в Госдепартаменте США, напротив, государство не критикуют и много говорят об американских интересах, продвигая своих клиентов. Помимо бывшего канадского посла Дэвида Уилкинса, работающего ныне на канадских инвесторов, заметной фигурой является военный командир в отставке и бывший замминистра обороны и заместитель госсекретаря США Ричард Армитаж.

Он работал в командах президентов-республиканцев начиная с Рональда Рейгана, ушел на покой в 2006 году, когда Джордж Буш-младший, вопреки слухам, так и не назначил его главой ЦРУ или Министерства обороны. Армитаж основал консалтинговую фирму Armitage International и начал сотрудничать с представителями военного бизнеса. Действуя в интересах американского производителя разведывательного оборудования L-3 Communications Corporation, Армитаж, пользуясь своими обширными связями в Юго-Восточной Азии (он сделал себе имя во время войны во Вьетнаме), лично убеждал многих политиков Тайваня, включая премьер-министра, не торопиться с покупкой американских самолетов Lockheed P-3C и присмотреться к другим машинам. В 2010 году Армитаж вошел в руководство Американо-турецкого совета, укрепляющего связи между бизнесом двух стран.

О деятельности бывших дипломатов, ставших лоббистами, властям США известно практически все. Из-за четко отрегулированного законодательства любой продвигающий чужие интересы на коммерческой основе обязан зарегистрироваться как лоббист, взяв на себя целый ряд обязательств — в том числе обязательство раскрывать максимальное количество информации о своих клиентах.

Американское общество построено на балансе интересов, и не признавать, что каждая социальная группа имеет право отстаивать и продвигать свои устремления, — не только нелепо, но и путь к диктатуре, утверждают все американские руководства по лоббизму «для чайников». Одно из самых свежих приводит цитату из речи французского генерала Шарля де Голля: «Я пришел к выводу, что политика — слишком важная штука, чтобы отдавать ее политикам».

Под знаменем мира

В России же лоббизм развит далеко не до такой степени — более того, этот термин вызывает однозначно негативные ассоциации. Впрочем, из некоторых высокопоставленных дипломатов, ушедших из отечественного МИДа, получились эффективные лоббисты, причем далеко не всегда работавшие против интересов российского государства.

Один из таких примеров — карьера ветерана отечественной дипломатии Юлия Воронцова. В последние годы своей жизни (Воронцов скончался в 2007 году) он возглавлял созданный для продвижения российских интересов в США Российско-американский совет делового сотрудничества (РАСДС). Организация должна была стать по масштабам своей деятельности чуть ли не аналогом американской USAID, прекратившей работу в России в 2012 году из-за вмешательства в политические процессы (так объяснил ситуацию МИД РФ).

Воронцов начал свою дипломатическую карьеру в США, в 1954 году его направили работать в постпредство СССР в ООН. В конце 1970-х годов его назначили послом в Индии, позже он возглавлял советские представительства во Франции и Афганистане. В 1990-е годы Воронцов вновь вернулся в США, сначала в качестве постпреда СССР и России в ООН, а с 1994 до конца 1999 года он продолжил работу в ранге посла. В 2000 году Воронцов по личному приглашению Генерального секретаря ООН Кофи Аннана стал его заместителем и координатором по возвращению кувейтских пленных и имущества из Ирака. Одновременно с этим дипломат был председателем правления Российско-американского инвестиционного банка.

Уже во время президентства в РАСДС Воронцову не могли не пригодиться эти связи. Официально РАСДС должен был сопровождать российский бизнес в США, но в Кремле для организации ставили более широкие задачи — наладить прочные связи с ключевыми представителями американского политического истеблишмента и деловых кругов, впоследствии эта структура должна была стать базой для российского лобби в США.

Для укрепления статуса РАСДС к работе организации привлекли не только высокопоставленных чиновников, но и представителей крупного бизнеса. Членами попечительского совета были глава МИДа РФ Сергей Лавров, экс-помощник президента по международным вопросам, а теперь глава Аппарата Правительства РФ Сергей Приходько, глава «Сбербанка» Герман Греф.

Особые надежды Кремль возлагал на эту лоббистскую компанию в 2006 году, когда в отношениях Владимира Путина и Джорджа Буша наступил период охлаждения. Как раз тогда РАСДС и возглавлял Воронцов. Эта лоббистская деятельность начала приносить плоды уже после смерти дипломата: в 2009 году в Белый дом пришел Барак Обама, и в отношениях между Москвой и Вашингтоном началась «перезагрузка». РАСДС же переориентировался с политических на чисто деловые функции. Руководить организацией стали уже не дипломаты, а бизнесмены — председатель РСПП Александр Шохин и глава компании «Вимм-Билль-Данн» Давид Якобашвили.

Баварский связной

Бывший генеральный консул России в немецком Бонне Федор Хорохордин, ранее поработавший в Берлине, Гамбурге и австрийской Вене, после завершения более чем 30-летней службы в МИДе не менее эффективно использовал свои связи с крупнейшим европейским экономическим партнером России. Он перешел на работу в представительство германской федеральной земли Бавария в России и теперь помогает налаживать связи и получать выгодные контракты немецким и российским бизнесменам.

Он не скрывает, какой именно ресурс использует для продвижения интересов немецкого бизнеса в России. «Вступлению в эту должность во многом способствовала моя прежняя дипломатическая карьера, — гласит текст официального обращения Хорохордина на официальном сайте баварского представительства. — Деятельность на внешнеполитическом поприще позволила неплохо изучить страны, в которых говорят на немецком языке, и приобрести достаточно большой опыт в сфере выстраивания российско-германских отношений».

Это выстраивание в последнее время проходило успешно — Хорохордин возглавил представительство в конце 2010 года, а по итогам 2011 года объем торговли России именно с Баварией вырос до 12,5 млрд евро. Особые отношения Хорохордин наладил с московским правительством, во время прошедших в мае Дней Москвы в Баварии глава Департамента внешнеэкономических и международных связей города Сергей Черемин рассказал, что уже половина представленных в столице немецких компаний имеют штаб-квартиру в Баварии. «У нас сложились теплые и дружественные отношения, за минувшие годы они неоднократно проходили проверку на прочность, — заверил Черемин. — Фирмам из этой федеральной земли удалось не только закрепиться в Москве, но и успешно развивать там начатый бизнес. Они прочно лидируют в российско-германском экономическом сотрудничестве».

Зов Востока

Успешная дипломатическая карьера экс-посла России в Китае Сергея Разова (сейчас он назначен послом в Италии) пошла на пользу его сыну Сергею. В начале 2013 года, всего за три месяца до отставки отца, тот был назначен главой представительства «Роснефти» в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Разов-младший переехал в Китай вместе с отцом и получил образование по посольской квоте в китайском вузе. До назначения в «Роснефть» Разов-младший не имел подобного опыта работы и, по некоторым данным, был известен как управляющий одного из пекинских ресторанов. Тем не менее его назначение одобрил лично Игорь Сечин. В «Роснефти» появление в руководстве компании 24-летнего сына посла комментировали скупо, отмечая, что он «обладает достаточной компетенцией по региону АТР».

Реальные причины неожиданного кадрового решения «Роснефти» эксперты связали с тем, что госкомпания заинтересована в дипломатических связях Разова-старшего. Он был послом в Китае с 2005 по март 2013 года, до этого он три года работал на должности замминистра иностранных дел, был послом в Монголии — «нефтяном посреднике» между Россией и КНР.

Так или иначе, буквально через месяц после прихода нового главы азиатского представительства «Роснефти» она договорилась с крупнейшими китайскими компаниями CNPC, Sinopec и CNOOC о совместной разработке и добыче на шельфе Баренцева и Печорских морей. Позже вице-премьер Аркадий Дворкович заявил, что «Роснефть» может получить от Китая кредит в 30 млрд долл., а взамен увеличит поставки нефти в два раза против нынешних 15 млн т в год.

Предшественник Разова в Китае Игорь Рогачев, один из авторитетнейших ветеранов советской и российской дипломатии, не менее успешно использовал свои знания вне МИДа. В 2005 году Рогачев, 13 лет прослужив послом в КНР, вернулся на родину и стал сенатором Совета Федерации от Амурской области.

Несмотря на то что бывший дипломат к моменту назначения не был в Амурской области полвека, он был уверен, что быстро вникнет в проблемы дальневосточного региона. «Я намерен использовать потенциал КНР, где у меня хорошие связи, для того чтобы привлечь инвестиции в Амурскую область и развивать сельское хозяйство», — обещал Рогачев депутатам местного Законодательного собрания в 2005 году, когда они единогласно проголосовали за его кандидатуру.

За время сенаторства Рогачева в Амурской области успели смениться три губернатора, и все это время инвестиции из Китая текли в регион рекой. С 2005 года объем торговли с КНР начал стремительно увеличиваться. Если в 2004 году Амурская область наторговала с южным соседом на 100 млн долл. с небольшим, то к 2008 году товарооборот между регионом и Поднебесной превысил 500 млн долл. Рогачев представлял интересы Амурской области в Совете Федераций до самой смерти весной 2012 года, и результаты его работы заметны до сих пор.

Губернатор Амурской области Олег Кожемяко после смерти сенатора говорил, что он до конца своих дней занимался «наведением мостов» между Россией и Китаем, а также другими азиатскими странами и внес огромный вклад в привлечение иностранных инвестиций в регион.

В самом Китае, между тем, истории с послами-лоббистами практически невозможны, заявил «МиП» главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ломанов. «Все послы КНР — это лояльная номенклатура Коммунистической партии Китая. За этим в стране очень следят. Кроме того, бывшим дипломатам просто не позволено занимать должности с лоббистским потенциалом», — заявил эксперт.

По его словам, ветеранам дипломатической службы власти КНР обычно предлагают либо научную карьеру, либо высокие позиции в китайских общественных или международных организациях. «Все эти должности хорошо оплачиваются, так что бывшие сотрудники китайского МИДа, как правило, вполне довольны жизнью, и у них нет причин искать коммерческое применение своим связям», — добавил Ломанов.

 

Авторы: Анастасия Новикова, Игорь Крючков