Верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи отверг идею прямых переговоров между США и Ираном, конфронтация в отношениях двух стран возвращается на привычно враждебный уровень.

Как известно, 6 февраля США задействовали очередной транш еще более жестких санкций против Ирана, направленных на сокращение доходов ИРИ от продажи нефти. Вашингтон сокращает список стран, которые, не нарушая режим односторонних американских санкций, могут импортировать нефть из Ирана. Очередные ограничения, кроме этого, затрудняют Тегерану финансовый доступ к средствам, вырученным от продажи нефти за рубеж с тем, чтобы торговые партнеры Тегерана не могли отправлять товары в Иран без разрешения Вашингтона. Налицо стремление Белого дома усилить подчинение стран остального мира внутреннему американскому законодательству, которое противоречит нормам свободной международной торговли. Новые санкции, как и прежде, призваны продолжить курс на оказание парализующего влияния на иранскую экономику, спровоцировать волнения и беспорядки внутри Ирана.

Само по себе содержание очередных санкций не было большим сюрпризом для Тегерана, новые американские запретительные инициативы, по-прежнему, преследуют цель лишить Иран финансовых ресурсов, получаемых от продажи нефти. Разочарованием для иранских руководителей стал сам факт введения очередных враждебных мер в первые дни начала работы новой администрации президента Обамы. Ведь, иранцы не скрывали того, что допускают позитивные перемены в отношениях с США во второй срок президентства Обамы, активно сигнализировали об этом своими публичными одобрениями ряда новых назначений в Белом доме, пошли на беспрецедентное для себя приглашение американцам сесть за стол прямых переговоров. Об этом в ноябре прошлого года говорил президент ИРИ Ахмадинежад, который, по сути, предложил Вашингтону признать правительство ИРИ легитимным, чтобы можно было найти дипломатическое решение иранского ядерного вопроса, начать процесс восстановления отношений.

Напомним, что США и Иран с 1979 года не поддерживают дипломатических отношений, обе страны относятся друг к другу с большим подозрением, недоброжелательностью, часто переходящей в открытую враждебность. Да, Иран научился жить и работать в условиях санкций, но их тормозящее влияние на динамику экономического и индустриального развития страны в Тегеране не отрицают. Как справедливо отмечают иранские экономисты, без санкций Исламская Республика уже опередила бы Турцию, а, возможно, стала бы ведущей экономической региональной державой. В то время как хозяйственники в иранском руководстве находят все новые пути и способы обхода санкций, прагматики во внешнеполитическом ведомстве ИРИ нацелены на выход из конфронтации с США, с оговоркой на «приемлемых условиях», акцент на которые в этот раз, похоже, публично не делался. Не получилось. Американцы в очередной раз, продемонстрировав неизменность своей воинственной дипломатии и высокомерное пренебрежение к зарубежным партнерам, просто принудили иранское руководство к ответным, недружественным по отношению к США, шагам.

Парадокс американских действий в том, что практически одновременно с объявлением новых санкций против Ирана вице-президент США Джо Байден, выступая 2 февраля на Мюнхенской конференции по безопасности, завел речь о непосредственных переговорах с ИРИ и предложил план, который, по его мнению, может привести к дипломатическому урегулированию иранского ядерного вопроса. Создается впечатление, что американцы, запуская новую волну международных ограничений, все же решили бросить щепку тонущему, по их представлениям, в море санкций Ирану, чтобы он не очутился на дне экономического коллапса в обмен на сговорчивость и не только в вопросе ядерной программы. Однако, как показала реакция Тегерана на предложение Байдена, Вашингтон снова ошибся. Иранский ответ был дан на самом высоком уровне. Глава Ирана аятолла Хаменеи однозначно отверг идею прямых переговоров между США и Ираном, поставив точку в многомесячных надеждах наивных, по его же оценке, иранских чиновников.

По словам Хаменеи, США предлагают Ирану вести переговоры «под дулом пистолета», продолжая угрожать применением военной силы и не прекращая вводить все новые и новые экономические санкции. Хаменеи объяснил американцам, что любые переговоры о нормализации отношений впредь могут проходить только после отмены американских санкций, введенных против Ирана. Эту же точку зрения в ходе своей речи в Тегеране по случаю 34-ой годовщины Исламской революции повторил Махмуд Ахмадинежад, который следом за духовным лидером Ирана подтвердил, что переговоры не могут проводиться под давлением, и что американское правительство должно «убрать дуло пистолета от лица иранского народа». В западных СМИ предпринята попытка исказить высказывания Ахмадинежада и дезинформировать мировое сообщество о намерениях возглавляемого им правительства пойти на прямые переговоры. По сообщениям Reuters и Associated Press, иранский президент, якобы, вопреки решению главы государства заявил о желании Ирана провести прямые переговоры с США по поводу ядерной программы Тегерана. На основе этого ложного посыла сделан вывод о том, что отношения между духовным лидером и светским главой Ирана в последние месяцы президентства Ахмадинежада осложнились, а в иранском руководстве нет единства в вопросе дальнейшей политики в отношении Соединенных Штатов. Однако это не так, дословно Ахмадинежад в адрес американской стороны сказал следующее: «Как только вы (США) – уберете пистолет от лица иранского народа, я лично начну переговоры с вами». Не о каком расколе речи нет, президент, как и духовный лидер ИРИ, для начала предлагает Соединенным Штатам доказать свои добрые намерения в отношении Ирана, прежде чем иранцы согласятся на будущие переговоры с Вашингтоном. Таким образом, сейчас уже можно с большой степенью уверенности констатировать, что на ближайший период вопрос проработки прямых переговоров с США для иранской дипломатии закрыт.

По крайней мере, следуя позиции духовного лидера, в соответствии с которой переговоры возможны только тогда, когда Иран убедится в искренности и доброжелательности противной стороны, иранцы будут ожидать от США понимания того, что с помощью силы и давления на Тегеран они ничего не добьются. В позиции Хаменеи обращает на себя внимание не только антиамериканская тональность и акцентированный отказ от диалога с американцами в нынешних условиях, но и его стремление представить США в качестве проигравшей от отмены прямых переговоров с Ираном стороны. Хаменеи считает, что сейчас для США переговоры с Тегераном нужны в качестве последней «козырной карты», поскольку вся политика Вашингтона на Ближнем Востоке терпит крах. Действительно, американский внешнеполитический курс на доминирование в регионе сталкивается все с большими трудностями, традиционные партнеры Вашингтона из числа монархий Персидского залива явно уступают по силе своего влияния и авторитета Тегерану, арабские коалиции с их участием не в состоянии обеспечить интересы США. Вопрос поиска новых партнеров для Соединенных Штатов становится не просто актуальным, а жизненно важным в условиях сложившейся неопределенности в Ливии, Египте, Сирии, Ираке, Афганистане. Иран способен, как и прежде, продолжать вставлять в американские колеса свои палки практически во всех этих странах. К примеру, в Афганистане даже в коалиции с НАТО и присоединившимися к альянсу странами Соединенным Штатам без Ирана не удалось добиться поставленных целей, угроза распространения религиозного экстремизма и международного терроризма со стороны талибов остается, поток наркотиков увеличился во много раз.

Сомнений в том, что официальный Тегеран на всех уровнях принял к исполнению решение руководителя государства об отказе от прямых переговоров с американцами, и будет его неукоснительно выполнять, в том числе и на переговорах по вопросам ядерной программы ИРИ, нет. В этой связи напомним, что очередные переговоры «шестёрки» международных посредников с иранской стороной по ядерной проблематике назначены на 26 февраля в Алма-Ате. Министр иностранных дел Ирана Али Акбар Салехи уже указал США на недопустимость сочетания переговоров с силовым давлением на Иран и категорически отверг вероятность двусторонних переговоров с американскими представителями. Более того, отказавшись от прямых переговоров с США, иранцы сразу же отказались и от озвученного ранее президентом Ахмадинежадом признания, что «проблемы иранской ядерной программы – это, в первую очередь, конфликт между Тегераном и Вашингтоном». Салехи опять указал на политизированность американского подхода и отсутствие желания Белого дома участвовать в поиске компромисса вокруг иранской ядерной программы. Глава внешнеполитического ведомства ИРИ, бывший до назначения на пост главного дипломата страны руководителем Организации атомной энергии Ирана, считает, что, если подойти к этому вопросу с технической точки зрения, то его можно решить в течение нескольких часов. «Даже не нескольких дней, а за несколько часов. Даже с юридической точки зрения, этот вопрос можно решить за один-два дня. Но когда вопрос принимает политизированную форму, то для него нельзя установить время, так как его решение нуждается в политической воле сторон», - заявил главный иранский дипломат.

А технически Иран готов продемонстрировать американской администрации свою возросшую открытость для международных инспекций. Так, Тегеран не исключает, что может обсудить посещение представителями МАГАТЭ военного объекта в Парчине на юго-востоке Тегерана, где якобы тестируются составные элементы для ядерного оружия, сообщает агентство Ассошиэйтед Пресс со ссылкой на заявление иранского внешнеполитического ведомства. По словам его представителя Рамина Мехманпараста, «обсуждение возможного посещения Парчина может стать частью соглашения» с МАГАТЭ, делегация которого уже во второй раз в этом году прибывает в Иран. В этой связи наблюдатели обращают внимание на то, что Иран не намерен отказываться от своих прав в ядерной сфере, но готов пойти на определенные уступки в целях добиться ослабления санкций США и Европейского Союза, обернувшихся для страны серьезными экономическими проблемами.

В свою очередь, американская администрация, как справедливо указывает известный иранский эксперт по проблемам Ближнего Востока Абдолькасем Каземзаде (Abolqasem Qasemzadeh), должна отказаться от политики «закрытых дверей и полуоткрытого окна». Очевидно, что одной из самых сложных проблем для новой американской администрации остается вопрос, что делать с иранской ядерной программой. Соединенные Штаты не готовы пойти на военные действия, чтобы добиться полного запрета ядерной программы Ирана, публично акцент делают на дипломатическом решении проблемы, а на практике продолжают следовать неверному рецепту сочетания экономического санкций, специальных операций и угрозы применения военной силы. Тегеран в очередной раз отверг возможность диалога с США в условиях силового давления и шантажа санкциями, качели ирано-американских отношений опять опустились в свою низкую точку, оставаясь на уровне серьезной структурной напряженности.

Джо Байден в своем выступлении в Мюнхене заявил, что Соединенные Штаты не стремятся к переговорам ради переговоров, а Вашингтон готов вступить в переговоры с Ираном без предварительных условий, как оказалось, вводимые новые санкции к таковым в Вашингтоне не относят, считая их вполне привычными и обыденными инструментами американской дипломатии. По его мнению, сейчас «мяч находится на иранской половине поля», однако, похоже, иранцы, отвергнув возможность начала диалога на фоне нарастающего экономического давления, опять его вернули американцам, которым и предстоит делать ответный удар. Тегеран надеется на смягчение американских односторонних ограничений как минимум в пределах демонстрации намерений Белого дома отойти от порочной практики размахивания санкционной дубиной.

Вашингтон пока делает вид, что не понимает претензий Тегерана. Ведь, нельзя считать адекватной реакцией на заявление верховного руководителя ИРИ аятоллы Хаменеи дежурное высказывание официального представителя госдепартамента Виктории Нуланд о сохраняющейся готовности США вести двусторонние переговоры с Ираном. Очевидно, что политический контекст иранской тематики второго срока Обамы, вероятно, будет более сложным, чем в его первый срок. Смогут ли американский президент и его новая команда прийти к бесспорно назревшему в течение 34 лет, прошедших после исламской революции в Иране, заключению о бесперспективности нормализации отношений с Тегераном путем запугивания военной силой и давлением санкциями.

А пока в Вашингтоне думают, в Тегеране 10 февраля на миллионных митингах в честь победы исламской революции в Иране с новой силой звучал лозунг «Смерть США». Не случайно, аятолла Хомейни, комментируя свой отказ от прямых переговоров с Соединенными штатами, объяснил: «Я не дипломат. Я революционер и буду говорить откровенно, честно и твердо. Предложение о переговорах имеют смысл только тогда, когда стороны взаимно показывает свою добрую волю». Здесь же он в который раз предупредил руководство США, что иранский народ возврата американского управления своей страной не приемлет, он «восстанет против этого». Намерения США оставаться доминирующей в мире державой и разговаривать с Ираном именно с этих позиций и на этот раз тест на прочность в Исламской Республике не прошли.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив