Международное сообщество продолжает опасаться, что Иран может разработать ядерное оружие под прикрытием мирной атомной программы.

В 2012 году представители «шестерки» и Тегерана провели три раунда переговоров: в Стамбуле (14 апреля), Багдаде (23-24 мая) и Москве (18-19 июня). Все эти встречи завершились без каких-либо прорывных решений. Тегеран продолжает утверждать, что его ядерная программа предназначена для мирных целей энергетики, называет обвинения в свой адрес безосновательными. Западный подход к иранским атомным устремлениям Тегеран считает чрезмерно политизированным, отражающим суть двойных стандартов в региональной политике США и НАТО.

Иранская сторона неоднократно напоминала Западу, что ядерная программа Ирана стартовала в 1967 году, в шахский период и при активной поддержке США, затем помощь в развитии иранской ядерной энергетики оказывали Германия и Франция. Через год руководство ближневосточной страны подписало Договор о нераспространении ядерного оружия и в 1970 году ратифицировало его. До Исламской революции 1979 года западные страны продолжали сотрудничать с Ираном в области ядерной энергетики. Новое религиозное иранское руководство сначала вынуждено приостановило строительство АЭС, но после окончания ирано-иракской войны и стабилизации обстановки в стране объявило о его возобновлении.

Россия

Выбор в своем сотрудничестве в сфере атомной энергетики Ирана сделал в пользу России, специалисты которой построили и передали в конце декабря прошлого года АЭС «Бушер» своим иранским партнерам в гарантийную эксплуатацию. Напомним, что ввод в эксплуатацию атомной станции под контролем инспекторов МАГАТЭ был осуществлен 21 августа 2010 года. Все годы ирано-российского атомного сотрудничества ядерная программа Ирана была объектом решительного неприятия со стороны США и их союзников, находясь в фокусе их пристального внимания, которое, впрочем, нашу страну особо не смущало.

В.В.Путин в своей статье «Россия и меняющийся мир», посвященной внешней политике и опубликованной накануне президентских выборов в России, отмечал, что

Запад слишком увлекся «наказанием» отдельных стран. Чуть что — хватается за санкционную, а то и за военную дубину.

 

По мнению В.В.Путина, логика такого поведения контрпродуктивна, весьма опасна и ни к чему хорошему не приводит. В отношении Ирана в этой статье теперь уже президент России высказался весьма недвусмысленно: «Убежден, решать проблему нужно только мирным путем. Мы предлагаем признать право Ирана на развитие гражданской ядерной программы, включая право обогащать уран. Но сделать это в обмен на постановку всей иранской ядерной деятельности под надежный и всесторонний контроль МАГАТЭ. Если это получится — тогда отменить все действующие против Ирана санкции, включая односторонние».

Со вторым сроком Обамы, как справедливо отмечает глава Комитета ГД по международным делам А.Пушков, Соединенные Штаты и впредь будут пытаться навязать нам свой подход скорее, чем искать компромисс. По Ирану у нас общая цель — не допустить появления у иранцев ядерного оружия, но разные методы: мы вообще исключаем военный метод, а американцы его рассматривают, и всерьез. Москва предлагает простой и понятный алгоритм дальнейших действий: Иран делает шаг навстречу требованиям мирового сообщества в лице «шестерки» – мировое сообщество (нужно понимать США и Евросоюз) принимает меры, которые ослабляют санкционное давление на Иран.

Полное закрытие иранского ядерного досье не может быть одномоментным, безусловно, – это будет процесс, который, по замыслу российской стороны, должен вестись без длительных пауз и перерывов. Замминистра иностранных дел РФ Сергей Рябков, выступая на Московской конференции по нераспространению, в этой связи выражал опасение, что задержки могут привести к повторному обсуждению вопросов, которые уже ранее выносились на повестку дня. В России приветствуются любой формат переговоров, способных привести к закрытию иранского ядерного досье, включая и прямой ирано-американский диалог. Наш глава внешнеполитического ведомства Сергей Лавров высказался на этот счет однозначно: «Особое значение мы придаем заявленному намерению новой администрации в Вашингтоне начать прямой диалог с Ираном. Полагаем, что это будет способствовать усилиям «шестерки» по реализации тех предложений, которые международные посредники внесли на рассмотрение Ирана».

Новый переговорный сезон по иранской ядерной программе начался спустя полгода после последней встречи в Москве. Полноформатные переговоры «шестерки» (США, Россия, Великобритания, Франция, Китай и Германия) и Ирана могут состояться в конце января, правда, пока не ясно место их проведения, а переговоры ИРИ с Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) уже стартовали. В период 16-17 января международные эксперты находились в Тегеране, где в очередной раз попытались сдвинуть проблему с «мертвой» точки, как оказалось, пока безрезультатно. Основной миссией делегации во главе с представителем МАТАГЭ Херманом Накартсом было подписание с иранской стороной соглашения, которое бы позволило представителям Агентства свободно проводить инспекции на ядерных объектах ИРИ.

США и Израиль

Одержавший победу на ноябрьских выборах президент США Барак Обама 20 января официально вступил в права своего второго четырехлетнего срока пребывания на посту главы государства. Ожидается, что в предстоящие четыре года Обаме в области внешней политики придется сосредоточить основные усилия на решении таких вопросов, как вывод войск из Афганистана, конфликты на Ближнем Востоке и севере Африки, а также заняться уточнением повестки дня в российско-американских отношениях, которые по ряду причин в последнее время заметно осложнились. Тем не менее, одной из самых сложных проблем, как считают в Белом доме, для новой американской администрации остается вопрос, что делать с иранской ядерной программой.

Соединенные Штаты, оценивая нынешнею траектории ядерной программы Ирана, прогнозируют, что Иран может достичь критического потенциала в своих исследованиях к середине 2014 года. «Критический потенциал» американскими экспертами определяется как точка, в которой Иран будет в состоянии произвести достаточное количество оружейного урана (или плутония) для производства одной или нескольких бомб. До достижения ИРИ этой цели, по прогнозам из Вашингтона, остается всего 16-18 месяцев. «Часы тикают. Мы не собираемся позволить Ирану постоянно участвовать в переговорах, которые никуда не ведут», - отмечал на заключительном этапе президентских дебатов в 2012 году Обама.

Президента США в декабре прошлого года поддержали 73 американских сенатора, которые в письме к нему констатировали, что «время для ограниченных мер укрепления доверия закончилось» и «не должно быть абсолютно никакого уменьшения давления на иранцев, пока во всей совокупности ядерная проблема Ирана не будет решена». Вопрос поставлен однозначно: президент Обама должен четко дать понять, что Соединенные Штаты готовы пойти на военные действия, чтобы предотвратить приобретение Ираном ядерного оружия.

Ричард Хаас, президент американского Совета по международным отношениям, в этой связи отмечает, что 2013 год будет определяться фундаментальным образом тем, будут ли начаты военные действия против Ирана или же их удастся предотвратить. По его мнению, главным вопросом в этом году, вероятно, будет следующий: «можно ли будет согласовать договор, достаточный для Ирана, но не слишком удовлетворяющий Соединенные Штаты, Израиль и других». В целом, США не скрывают своих намерений «закрыть» иранское ядерное досье в 2013 году, не исключают при этом и силовой вариант, но публично акцент делают на дипломатическом решении проблемы. «Мы сожалеем, что Иран пока не принял стратегическое решение отреагировать на серьезное беспокойство международного сообщества в связи с его ядерной программой... Однако мы продолжаем считать, что время и возможности для дипломатии остаются», - заявлял несколько дней назад официальный представитель Белого дома Джей Карни.

США и Израиль в противостоянии иранской ядерной программе оцениваются как самые близкие союзники. Государство Израиль, в отличие от ИРИ, не является членом Договора о нераспространении ядерного оружия и с большой вероятностью обладает таким оружием. В экспертном сообществе, исходя из политкорректности к Тель-Авиву, очень мягко признается то, что в отношении ядерной программы Израиль проводит политику ядерной непрозрачности, или, как иногда выражаются, «позитивной маскировки». Ее суть заключается в официальном отрицании наличия ядерного арсенала в сочетании с намеками на его существование и готовность им воспользоваться.

Израиль к переговорам прямого отношения не имеет, свое неприятие иранской ядерной программы он, в основном, выражает в провокационном освещении ядерного диалога с Тегераном, не считая, конечно, использования давления на американскую администрацию мощным еврейским лобби в США. Митч Макконнелл из Кентукки, лидер республиканского меньшинства в Сенате, на недавней встрече с премьер-министром Нетаниягу выразил поддержку израильской позиции по иранской ядерной программе и отметил, что «Израиль является одним их самых близких друзей США в мире. У наших стран есть общие интересы и схожая повестка дня». Поэтому не случайно, эти два государства поставлены в один ряд иранских противников главой Комиссии по национальной безопасности и внешней политике ИРИ Алаэддином Боруджерди, который указывает на то, что «Израиль и США, не желая правового решения проблемы ядерного досье Ирана, высказывают ложные обвинения в адрес Исламской Республики».

Иран

От Ирана, находящегося под давлением экономических санкций США и Евросоюза, на переговорах ожидаются самые серьезные уступки. Нельзя отрицать того, что отмена или ослабление санкций для экономики Ирана имеет сейчас огромное значение. США продолжают расширять объем и количество санкций, направленных против иранской экономики. Теперь они касаются всех иранских компаний, работающих в сфере энергетики, логистики и судостроения. Также американцы еще сильнее ужесточили правила проведения бартерных операций. Иранское руководство уже в достаточно полной мере ощутило бремя санкций. В общей сложности, Иран, как отмечал министр экономики и финансов ИРИ Хоссейни, может потерять в текущем иранском году не менее 50 миллиардов долларов.

Финансовые ресурсы Ирана истощаются. Так, глава иранского парламентского бюджетного комитета Голама Реза Катеба признает, что сокращение продаж нефтепродуктов и международные ограничения в банковском секторе, привели к падению доходов страны на 45 процентов. Министр нефти Ирана Ростам Касеми 7 января 2013 года впервые сознался, что из-за введения Западом санкций совокупный иранский экспорт нефтепродуктов за последние 9 месяцев снизился на 40 процентов. ОПЕК и Международное энергетическое агентство также недавно обнародовали информацию о снижении объёма иранского экспорта с 2,4 млн. баррелей в день в конце 2011 года до около 1 млн. баррелей в день в конце 2012 года.

Президент Ахмадинеджад, выступая на открытом заседании парламента, рассматривающем последствия влияния санкций на страну, назвал три возможных варианта реагирования на ситуацию в экономике страны: «просто сдаться на милость врага, и делать все, что он говорит нам; ждать новых нападок и ограничений, и искать способы их обойти; осуществить план структурных изменений экономики с помощью национального потенциала Ирана, которые помогут воспрепятствовать намерениям противника». Сценарий сдачи на милость врагам рассматривается как самый последний, «верховный лидер, народ, парламент против этого варианта», - отметил иранский президент.

Действительно, советник аятоллы Али Хаменеи по международным вопросам Али Акбар Велаяти накануне возобновления ядерного диалога уже в этом году заявил, что ИРИ надеется на то, что переговаривающие с Ираном стороны осознают тот факт, что Тегеран ни в коем случае не откажется от своих интересов в ядерной сфере. Велаяти добавил, что позиция ИРИ в отношении атомных переговоров вполне очевидна. Она соответствует международным законам и не выходит за рамки общепризнанных мировых принципов. По его словам, до сих пор группа 5+1 не признала минимум прав Ирана. Она все время выдвигает условия, не соответствующие международным правилам и обязанностям Ирана по ДНЯО.

Верховный духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи накануне встреч в Тегеране представителей Ирана и МАГАТЭ, а также рабочей встречи с представителями «шестерки» международных посредников издал фетву о запрете ядерного оружия, включая его производство и распространение. В Тегеране надеются на то, что данный шаг снимет озабоченность международного сообщества относительно ядерной программы страны и положит конец спекуляциям относительного того, что Исламская республика якобы ведет разработку ядерного оружия. Представитель иранского МИДа Рамин Мехманпараст считает, что Запад должен понять значение для всего Ирана указа аятоллы Али Хаменеи. «Нет ничего выше, чем фетва, изданная самим Верховным лидером, она определяет основу для нашей деятельности в области ядерных технологий. Когда высшая юридическая инстанция и власть, осуществляющая руководство всей страной, издает фетву, мы все обязаны неукоснительно ее соблюдать» - цитировали слова дипломата мировые СМИ.

В целом, признаки возросшего желания иранского руководства достичь конкретных результатов на переговорах уже просматриваются. Затягивание переговоров в условиях нарастания негативного воздействия санкций будет работать против национальных интересов Ирана. США и Запад выжидают, чтобы увидеть, что давление международных санкций в отношении Ирана, наконец, принесло свои плоды. Это касается не только ядерного диалога, удушение иранской экономики имеет и другую, не менее важную цель, - ослабление позиций исламского режима накануне президентских выборов в Иране, подготовка к которым уже начата. Согласно существующим законам президент Ахмадинежад не может находиться у власти больше двух сроков. Иначе говоря, в июне в Иране появится новый президент страны. На данный момент иранские политики, претендующие на президентство, начали свои неофициальные предвыборные кампании, чтобы на волне недовольства экономической ситуацией привлечь на свою сторону как можно большее число сторонников. Не случайно, Ахмадинежад в своих последних выступлениях постоянно подчеркивает, что в целях решения всех проблем, с которыми приходится бороться стране, всем следует объединиться. «Для сильной экономики требуется единый управленческий центр, следует учесть, что параллельными центрами управления невозможно добиться этого» - подчеркивает президент ИРИ.

Во внешней политике действующий президент Ирана также стремится не сдавать свои позиции, в последнее время он все более открыто выступает с новыми инициативами, в том числе и связанными с иранской ядерной дипломатией. В ноябре прошлого года, сразу же после избрания в США Обамы на новый срок президентства, Ахмадинежад в заявлении для прессы предложил руководству США провести прямые переговоры. Таким образом он признал, что проблемы иранской ядерной программы – это, в первую очередь, конфликт между Тегераном и Вашингтоном. Иран намерен предложить президенту Обаме признать правительство ИРИ легитимным, чтобы можно было найти дипломатическое решение иранского ядерного вопроса. Иранские эксперты, оценивая инициативу Ахмадинежада, не считают её невыполнимой и указывают на то, что предлагаемая модель может сработать так же, как в свое время США нормализовали свои отношения с Китаем во времена президента Никсона.

Перспектива

В Иране ожидают позитивных перемен в отношениях с США, положительно оценивают персональные изменения в американской администрации, публично приветствовали номинации Джона Керри госсекретарем и Чака Хейгела - минобороны. Но вероятность скорой и кардинальной корректировки позиции Белого дома как по Ирану в целом, так и по его ядерной программе, как представляется, остается незначительной. Речь идет о затяжном конфликте, в американском Конгрессе доминирует враждебное отношение к исламскому режиму, вокруг иранской ядерной программы создана обстановка военной истерии. Возможности Обамы после переизбрания на второй срок даже с приходом в его администрацию новых помощников остаются в иранском вопросе весьма незначительными, уверенности в том, что Обама может пойти вопреки позиции Конгресса на ослабление давления на Иран, по-прежнему, нет. Угроза попытки закрытия иранского ядерного досье за счет военной мощи США сохранится, хотя прежние решения Обамы на вывод войск из Ирака и планируемый уход из Афганистана указывают на то, что военный потенциал Соединенных Штатов имеет предел, в границы которого война с Ираном, вряд ли, сможет вписаться в ближайшей перспективе.

Более реальным представляется курс Обамы на достижение экономического коллапса в Иране, режим которого, как отмечают эксперты в США, «уже смягчился» под давлением санкций. Сочетание экономического санкций и специальных операций - таков рецепт дальнейших действий в отношении Ирана, которые должны в итоге привести к отказу иранских лидеров от стремления к обладанию ядерным оружием. Об этом говорится в докладе «Стратегия США по нераспространению ядерного оружия в условиях изменений на Ближнем Востоке» (U.S. Nonproliferation Strategy for the Changing Middle East), представленном президенту Обаме в январе этого года. Этот документ, подготовленный Дэвидом Олбрайтом, физиком, основателем и президентом некоммерческого института Науки и международной безопасности (ISIS) в Вашингтоне в соавторстве с другими известными американскими экспертами, нельзя считать бесспорным, тем не менее, он заслуживает отдельного рассмотрения и анализа, что выходит за рамки данной статьи.

Вскоре после своего переизбрания Обама, якобы, начал готовить почву для более тесного взаимодействия с Россией по проблеме Сирии и ядерной программе Ирана. Однако сейчас более уместно говорить об отсутствии реальных точек для российско-американского сближения. У Москвы есть право вето в Совете Безопасности ООН и это является важным условием для решения международных конфликтов, каковым и является проблема закрытия иранского ядерного досье. Правда, нельзя забывать американский опыт кампании в Ираке или действий в Ливии, когда США обошлись без российского согласия. И сейчас США в отношении Ирана заняли слишком жесткую позицию, чтобы они могли отойти от нее самостоятельно. Однако теперь Россия с американским доминированием в решении наиболее острых международных проблем не намерена мириться, по крайней мере, новых траншей санкций против Ирана в Совбезе ООН Кремль не поддержит. Мы предлагаем признать право Ирана на развитие гражданской ядерной программы, дипломатическими средствами поставить иранскую ядерную деятельности под контроль МАГАТЭ.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив