Продолжение «Размышлений».

Когда более низкие слои бюрократии стали, наконец, посмелее, поняв, что руководство страны на самом деле уже не может по-старому управлять страной, тогда объективная тенденция перехода от тоталитарного к авторитарному государственному капитализму стала реализовываться в действительности. Пришло время (конец 1980х – начало 1990х гг.) «рыцарей без страха и упрека». Близость одних из них к «кладовой», к закромам Родины (например, директоров предприятий), других к «кассе» (легально — контроль финансовых и бюджетных потоков, нелегально — отмывание криминальных, теневых денег) позволяла им урывать, ухватывать, красть, арендовать, «покупать» за бесценок куски общегосударственной , общебюрократической собственности.

Это был тот период «бури и натиска», когда центр, в своих собственных интересах ослабив бразды правления и тем самым дав вышеописанную возможность части бюрократии и теневикам, уже во все меньшей степени контролировал ситуацию в стране. Это был тот период, когда другая часть бюрократии была деморализована, а значительная часть народа все еще верила красивым словам о демократии, либерализме, общечеловеческих ценностях, справедливости, государстве без привилегий, – словам, лившимся из велеречивых уст идеологов укреплявшегося нового режима.

В таких условиях заглатывавшим куски национального «пирога» нужен был в стране лидер, который бы, по крайней мере, не мешал , но у которого, тем не менее, была бы видимость власти. В качестве такой видимости власти служили, например, подписи на указах (которые сам лидер, вероятно, не всегда читал и которые мало кто исполнял), а также капризы и мелкие прихоти самого лидера, отвлекавшие, таким образом, население от того, что в действительности происходило в стране. Такую роль «лидера» сыграл Ельцин.

С моей точки зрения, процесс перехода к авторитарному государственному капитализму, если персонифицировать этот процесс, начатый Горбачевым, подхватил Ельцин. Более того, дальнейшее развитие этого процесса стало одновременно создавать условия для зарождения авторитарного смешанного капитализма.

Здесь я имею в виду процесс денационализации общегосударственной собственности. Начавшись с кооперативов во время Горбачева, этот процесс стал полномасштабным во время Ельцина. Но с одной характерной особенностью: отпочковывавшиеся от государства куски общебюрократической собственности не становились в действительности частными в западном понимании этого слова, т.е. не зависимыми от государства. Эти куски общебюрократической собственности переходили в руки кланов, «общаков», становясь групповой бюрократической собственностью. Примеры: Газпром, РАО ЕЭС, так называемые «частные» нефтяные, алюминиевые, металлургические компании, банки и т.д.

В этой связи все эти Абрамовичи, Алекперовы, Вексельберги, Дерипаски, Евтушенковы, Керимовы, Лебедевы, Лисины, Мордашовы, Прохоровы, Фридманы и т.д. (в алфавитном порядке) — лишь управляющие таких групповых государственных «общаков», «умные» головы, «работающие» на делание денег для своего «общака». Они не хозяева , даже если они формально владеют пакетами акций возглавляемых ими компаний: в современной России, где «понятия» правят бал, где нет никаких гарантий ни для кого и ни в чем, их акции могут в любую секунду превратиться в конфетные обертки, если они (эти управляющие) вздумают не «поделиться» в той степени, в какой это требуют те, кто в силах заставить их «поделиться».

Но, как бы там ни было, ворота к действительному отпочкованию части общегосударственной собственности через групповую государственную собственность в негосударственные руки, так или иначе, приоткрылись.

Ельцинское правление в этой картине было временем глубокого безразличия верхушки к тому, что происходит в стране до тех пор, пока правлению верхушки ничто не угрожало. На это указывает октябрь 1993 г., когда Верховный Совет Российской Федерации посягнул на социальную базу ельцинского режима, тем самым выступив против самой ельцинской власти. Отсюда и соответствующая реакция режима: тронешь меня — мало не покажется.

Другое дело, что предлагавшийся Верховным Советом путь назад, в советское , хотя и обновленное, прошлое, никак не мог привлечь на свою сторону бывших советских людей, которым в таком предложении, тем не менее, виделись хронический дефицит, очереди и другие лишения для большинства и закрытые распределители, закрытые медицинские учреждения, закрытые санатории и другие привилегии для меньшинства . Отсюда немудрено, что советский народ в подавляющей своей массе остался равнодушен к борьбе законодательной и исполнительной властей.

Нельзя утверждать, что ельцинская эпоха создала коррупцию. По моему убеждению, нет никаких оснований считать, что коррупция родилась при Горбачеве. Просто сначала при Горбачеве, а затем при Ельцине коррупции, бытовавшей в глубине досоветского и советского обществ и о которой в советское время нельзя было открыто говорить как о явлении, имманентно присущем «социализму», была предоставлена возможность выйти на поверхность, разлиться, как разливается, если так можно выразиться, дерьмо из лопнувшей канализационной трубы.

Вообще, я не считаю ни Горбачева, ни Ельцина с их командами реформаторами. В моем понимании, реформа означает сознательные действия людей, направленные на изменение статус-кво в соответствии с тенденцией развития внутри этого статус-кво . Что же касается горбачевского и ельцинского руководства, то, начиная с 1980х гг., каждое в свое время плыло по течению , думая, что направляет поток истории, в то время как поток истории зачастую направлял слепые действия руководства страны.

В подтверждение можно привести такие доказательства, как, например, горбачевский закон о кооперативах , который в действительности был простой легитимизацией подпольной цеховой и «шабашной» экономики; горбачевская децентрализация государственного управления собственностью, которая лишь узаконивала ситуацию перехода фактической экономической власти от высших к низшим слоям бюрократии; гайдаровская реформа цен , просто снявшая административный ценовой барьер в государственной розничной торговле, фактически уже разрушенный с помощью кооперативной торговли.

Таким образом, руководство страны задним числом фиксировало, легитимизировало, штамповало процессы, происходившие не по его воле . Не потому ли наивысшая бюрократия, возможно, до конца не сознавая этого, поставила во главе страны Горбачева, юриста по образованию ? Действия советского, а затем российского руководства можно было бы назвать раннебольшевистским словом «хвостизм»: зачастую запоздало, руководство плелось за событиями. Это было не то, что понимается под реформами.

Мне могут возразить:

По-твоему выходит, что ни горбачевскую, ни ельцинскую власти нельзя ни в чем обвинить? Что не правы все те, кто считает, что все то, что делали эти власти, было ошибочным, преступным, изменой, поскольку действия властей, как полагаешь ты, подчинялись естественному, детерминированному процессу, не подвластному этим властям?

 

Я отвечу так. Например, преступник, совершивший грабеж, должен лично отвечать за свои поступки. Также и власти можно и нужно обвинить в том негативном, что произошло в стране. Вину нельзя смыть ни с Горбачева, ни с Ельцина (и иже с ними): они несут персональную ответственность за все то отрицательное, что случилось сначала в СССР, а затем в России. Это, с одной стороны.

Но, с другой стороны, современное капиталистическое общество в любой форме (как и любое классовое общество) всегда будет порождать людей , совершающих преступные деяния. Это значит, что, поскольку горбачевская и ельцинская власти были порождением изменившегося положения бюрократии 1980х-1990х гг., то действия этих властей были детерминированы , кто бы в тот период ни стоял наверху бюрократической пирамиды . Поэтому, если горбачевская и ельцинская команды и совершали ошибки, то только в смысле более глупой, менее успешной службы тем социальным слоям, которые, во-первых, больше всего выиграли от «реформ» и которые, во-вторых, набирали силу в стране, – «общаковскому», «клановому», «групповому» капитализму, или тому, что теперь называется олигархией .

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив