Китай в Африке: есть чему учиться?

15 декабрь 2012
Автор:
Китайская дипломатия в отношении африканских стран широко и продуманно использует психологические законы эффективной коммуникации, национально-психологические, расовые, культурно-исторические особенности представителей африканских стран.

Китай не стесняется открыто выражать самое глубокое восхищение африканскими государствами, зная, что это будет способствовать продвижению его стратегических интересов в мире. Подчеркивается общность исторической судьбы Китая и Африки, под которой однозначно подразумевается обременительная и унизительная зависимость от европейских держав в период их колониального господства, нанесшая и Китаю, и Африке большой урон и сильно затормозившая их самостоятельное и самобытное развитие. Умело манипулируя национальными чувствами африканцев, Китай ставит себя на одну доску с ними, противопоставляя и США, и Европе. Таким образом, Китай аргументирует свою экономическую, научно-техническую помощь и необходимость взаимного поощрения инвестиций. Официальные (в том числе высшие) представители Китая постоянно контактируют со своими африканскими коллегами в чрезвычайно плотном коммуникационном режиме. Китайский президент Ху Цзиньтао, вице-президент Цзэн Цинхун и премьер-министр Вэнь Цзябао посещают континент регулярно. Тактические встречи и консультации с представителями отдельных стран дополняются стратегическими инициативами Китая в отношении всего континента в целом.

В то же время, по данным нашего исследования, лишь незначительный процент ведущих российских компаний, имеющих деловые интересы на африканском континенте, учитывает культурные и национально-психологические различия, общую деловую культуру и этику, стандарты деловых коммуникаций африканских деловых партнеров.

Что на самом деле происходит, в чем реальная суть стратегии Китая в Африке? В чем его преимущество по сравнению с Россией (если, разумеется, не считать различий в финансовых возможностях)?

Попробуем разобраться, «препарируя мозг китайца», как образно выразился китаевед Артур Мартынов (Деловой журнал "ChinaPRO" - Весь Китай # 9 (18) от 01.10.2006 г).

Сейчас для всего мира очевиден экономический успех Китая. Что это? Случайность? Стечение обстоятельств? Чудо? Или что-то совсем другое? Все говорят о «китайской специфике». И если еще несколько лет назад мы не придавали значения мировой китайской экспансии и не всегда усматривали в конкретных бизнес-отношениях и в отдельных шагах и действиях китайской стороны логическую, стратегическую составляющую, то сейчас уже несомненно: это «вторжение». По мнению ведущих российских китаеведов, «это Китай. Тысячелетний Китай!». А это означает только одно – во всех действиях китайской стороны есть логика, есть продуманная стратегия. И во всем этом есть китайская специфика, постичь которую «западному» человеку, вообще не-китайцу, очень сложно. Успехи Китая абсолютно закономерны. Вот почему стратегию Китая в Африке, если мы собираемся, хотя бы минимально, присутствовать на африканском континенте, нужно изучать. Изучать ментальность, логику, общие закономерности стратегического подхода. Без этого невозможно ни реально оценить масштабы происходящего, ни прогнозировать последующие шаги. Это в «глобальном» масштабе. А, кроме того, изучение отдельных элементов стратегии Китая в Африке, в частности, способов установления отношений, технологий деловых коммуникаций, важно для проработки и выстраивании собственных отношений с африканскими странами. В современном менеджменте есть понятие «Banchmarking», а по-русски деловая разведка и даже шпионаж – изучение успешных технологий, методов, бизнес-стратегий для усиления собственных позиций на рынке. Полагаем, что в отношении к практике деловых отношений с иностранными, в данном случае африканскими партнерами, это также оправдано.

В связи с этим имеет смысл вспомнить то, что всегда считалось кладезем китайской мудрости, и одновременно квинтэссенцией китайской хитрости – китайские стратагемы. Это название придумали европейцы, у китайцев мы находим название «искусство войны». Если, в целом, стратегию рассматривать как способ достижения определенного результата (в войне, бизнесе, политике), то стратагема – это короткое и образное описание такого способа. Главная специфика и главный козырь китайской стратегии – это долгосрочность, рассчитанная на века программа действий «в интересах Поднебесной». Таким образом, и цель бизнеса – не сиюминутное извлечение прибыли, а деятельность, вписанная в долгосрочный системный геополитический проект. Кроме того, следует понимать и помнить, что китайские стратагемы традиционно признают единственный критерий истинности – эффективность действий в борьбе за власть и ресурсы. «Для них не существует понятий нравственности, духовности, морали как необходимых элементов личности или деятельности. Существует единственный критерий – эффективность! Нет друзей и союзников, все – враги»

«Вторжение» Китая на африканский континент сопровождается продуманной, стратегически выверенной, системной государственной политикой.

В 2006 году китайское правительство опубликовало документ, по сути, представляющий собой доктрину отношений с Африкой. Помимо впечатляющих планов развития экономического сотрудничества, полностью подтверждающихся реальными масштабами и темпами роста экономического присутствия Китая в Африке, он содержит такие ключевые обороты, как «создание нового мирового порядка» и «стратегическое партнерство нового типа», явно указывающие на стремление Китая играть ведущую роль в глобальной политике. Этот документ заставляет обратить внимание на такую совершенно неосвещенную в российских СМИ тему, как китайская политика в Африке. Между тем, даже беглый взгляд на развернувшуюся в последнее время деятельность Китая в Африке позволит сделать вывод о том, на каком широком фронте Китай продвигается к глобальному лидерству. Похоже, Пекин сделал очередной незаметный, но очень многообещающий ход на «великой шахматной доске», представляющий собой заявку на обретение в не столь отдаленном будущем статуса мировой сверхдержавы.

Государственные представители Китая постоянно контактируют со своими африканскими коллегами в чрезвычайно плотном режиме. Китайский президент Ху Цзиньтао, вице-президент Цзэн Цинхун и премьер-министр Вэнь Цзябао посещают континент регулярно. Тактические встречи и консультации с представителями отдельных стран дополняются стратегическими инициативами Китая в отношении всего континента в целом.

Так, выступая 27 апреля 2006 года в Национальной ассамблее Нигерии, председатель КНР Ху Цзиньтао изложил основные принципы китайско-африканских отношений, политику Китая в Африке в новой ситуации, а также выдвинул предложения по развитию двустороннего стратегического партнерства нового типа.

Как заявил глава китайского государства, в текущем году отмечается 50-я годовщина начала дипотношений между КНР и странами Африки. Полвека народы Китая и Африки связывает глубокая дружба, достигнуты плодотворные результаты в двустороннем сотрудничестве в сфере политики, экономики, науки и техники, культуры, образования и здравоохранения.
Ху Цзиньтао обратил внимание на то, что в начале года правительство КНР опубликовало Документ о политике Китая в отношении Африки. В них всесторонне изложены ясные цели и решимость продолжить двустороннюю традиционную дружбу и развивать китайско-африканское стратегическое партнерство нового типа. Для достижения поставленных целей председатель КНР предложил укреплять политическое взаимодоверие, расширять взаимовыгодный характер экономического сотрудничества, придавать значение взаимному заимствованию в области культуры, усиливать взаимодействие в сфере безопасности и налаживать тесную координацию по международным делам.

Мы изучили ряд аналитических материалов, посвященных стратегии Китая в Африке. Приведем фрагмент одного из них. Анализируется документ, который китайское правительство выпустило в январе 2006 года, и который теоретически обосновывает отношения Китая с африканскими странами. Он преследует цель представить миру задачи китайской политики в отношении Африки, меры по их достижению и предложения Китая по развитию сотрудничества со странами региона в различных областях в ближайшие годы. Данный документ позволяет сделать вывод о том, насколько серьезны планы Китая в отношении Африки. В разделе, посвященном месту и роли Африки в мире, китайское правительство не скупится на похвалы африканским странам, играющим важную и постоянно возрастающую роль в международных делах и «после долгих лет борьбы освободившим себя от колониального гнета, победившим апартеид, завоевавшим свободу и независимость, внеся тем самым значительный вклад в развитие цивилизации». Этот раздел представляет собой типичный образец традиционной китайской дипломатической школы, для которой при необходимости характерно использование в отношениях с партнерами выражений самого высокого уважения, часто граничащих с откровенной лестью. Можно себе представить, какое действие производят на президентов маленьких африканских государств слова о «значительном вкладе» африканского национально-освободительного движения в развитие мировой цивилизации, звучащие из уст представителей Китая, чье население и ВВП больше, чем во всех африканских странах вместе взятых, и чья собственная цивилизация насчитывает более пяти тысяч лет. Тем не менее, Китай не стесняется открыто выражать самое глубокое восхищение африканскими государствами, зная, что это будет способствовать продвижению его стратегических интересов в мире. Стратагема №8 «Для вида чинить деревянные мостки, втайне выступить в Чэньцан» (Стратагема сокрытия истинного направления) весьма точно описывает происходящее.

Из этого органично вытекает еще одно преимущество китайской дипломатии в отношении Африки, используемое в следующей главе документа и выгодно отличающее Китай от Запада. В документе говорится об общности исторической судьбы Китая и Африки, под которой однозначно подразумевается обременительная и унизительная зависимость от европейских держав в период их колониального господства, нанесшая и Китаю, и Африке большой урон и сильно затормозившая их самостоятельное развитие. Этим аргументом Китай, умело манипулируя национальными чувствами африканцев, ставит себя на одну доску с ними, противопоставляя их США и Европе. Схожую аргументацию Япония положила в обоснование своей экспансии в Юго-восточной Азии в 30–40-х гг. прошлого века, проводившейся под лозунгом «освобождения Азии от европейских варваров», и надо сказать, что, по крайней мере, поначалу эта аргументация имела определенный успех. Что же говорить о Китае, который аргументирует таким образом не военную агрессию, а экономическую, научно-техническую помощь и необходимость взаимного поощрения инвестиций. И пусть Китай, никогда полностью не попадавший в колониальную зависимость от Запада, несколько лукавит, указывая африканцам на общность исторических судеб, от этого данный их аргумент не становится менее лестен африканскому уху.

Китай декларирует политику в отношении Африки, где на первом месте стоит принцип искренности, дружбы и равенства, который расширительно толкуется в документе как уважение независимого выбора африканскими странами собственного пути развития. В этом еще одно преимущество Китая перед западными странами в борьбе за влияние в Африке. Именно по поводу него больше всего негодует западная пресса, пишущая об африканской политике Китая. Китай, в отличие от Запада, провозглашает невмешательство во внутриполитические дела африканских государств и на деле следует этому принципу. Его не интересует ситуация с соблюдением прав человека, свободой слова, фальсификациями выборов и коррупцией в Африке. Он не критикует официальные режимы, с которыми поддерживает (таких на данный момент 47 из 53 африканских государств) или собирается поддерживать дипломатические отношения, и не увязывает вопросы экономического и гуманитарного сотрудничества с соблюдением прав человека, что сплошь и рядом является препятствием для развития аналогичных американо- и европейско-африканских связей.

Это неоспоримое конкурентное преимущество Китая перед Западными странами, которые, выдвигая политические условия сотрудничества, сами сильно сужают свои возможности по укреплению своих позиций в Африке. Ясно, что, при прочих равных условиях, а зачастую даже и при более скромных предложениях Китая, практически любой африканский режим предпочтет иметь дело с китайцами, не навязывающими лишних обязательств и не раздражающими авторитарных африканских лидеров своей «демагогией о правах человека». И пусть, проводя такую политику, Китай рискует создать новые поводы для западной критики за равнодушие к правам человека, количество таких упреков не перерастет для Китая в качество, а потому игра для него явно стоит свеч.

Китайские компании демонстрируют готовность начать свой бизнес в тех отраслях, прежде всего в области инфраструктуры, куда их западные конкуренты не рискуют вкладывать деньги. Одна "China Road and Bridge Corporation" - корпорация, занимающаяся строительством дорог и мостов, осуществляет 500 проектов. К примеру, в Кении она отремонтировала дорогу, связывающую Момбасу и Найроби. В Замбии китайцы помогли восстановить добычу меди в копях Чамбези, в Габоне готовят к возобновлению добычи нефти из скважин, которые считались истощенными. В Демократической Республике Конго, которую в течение многих лет терзают межэтнические конфликты, китайцы помогают государственной компании "Gecamine" наладить работу рудников. В 2004 году иностранцы вложили в Африке 15 млрд долл в виде прямых инвестиций. Из них на китайские компании приходилось 900 млн. Африка интересует Китай и как источник ресурсов для его бурно развивающейся промышленности, и как потенциально огромный рынок сбыта для китайских товаров. Уже сейчас Китай импортирует 28 % потребляемых им нефти и газа из стран Африки южнее Сахары, тогда как для США этот показатель составляет только 15 %. При этом Китай намерен активно развивать сотрудничество с африканскими экспортерами нефти и впредь.

Китай оказывает африканским государствам активную финансовую помощь, осуществляющуюся в форме различных ссуд, займов, списания долгов. Во время недавнего турне по западно­африканским государствам министра иностранных дел Китая Ли Чжаосина были достигнуты договоренности с Либерией о предоставлении ей 25 млн долл. на программы восстановления страны и 5-миллионного беспроцентного кредита сроком на 10 лет. С Сенегалом Ли договорился о списании его долгов перед Китаем на сумму 18,5 млн долл., предоставлении 3,7 млн долл. на восстановление больниц и 10 тысяч образовательных грантов. С Мали, которой Китай еще в 2001 году списал долг на сумму 68 млн долл., было заключено соглашение на 3,7 млн долл. о сотрудничестве в экономической и технической сфере. Кабо-Верде, для которой Китай построил президентский и парламентский комплексы, он выделил беспроцентный кредит на сумму 2,5 млн долл. на достройку столичного госпиталя. А визит Ли в Нигерию совпал с достижением соглашения о крупнейшем инвестиционном проекте Китая в Африке — китайская нефтяная компания CNOOC Ltd. купила 45 %-й пакет акций крупного нефтяного месторождения в Гвинейском заливе за 2,3 млрд. долл. Помимо реструктуризации долгов, которых в общей сложности Китай списал Африке на сумму порядка 10 млрд. долл., активно развивается китайская кредитная помощь африканским государствам. Причем, большинство китайских кредитов предоставляются либо на беспроцентной основе, либо под очень низкие проценты.

«Ресурсы любой ценой!» - вот ключевая фраза для понимания современной внешнеполитической стратегии КНР. При этом стратегия эта планируется на десятилетия вперёд. Именно поэтому китайский капитал (12 миллиардов только коммерчески выгодных инвестиций) приходит даже туда, где западные инвесторы прибылей сейчас не видят. Ведь в итоге африканские ресурсы окажутся всё равно нужны, а Китай старается закрепить их за собой уже сегодня, заранее. Возможно, здесь применена стратегия «Бросить кирпич, чтобы получить яшму», суть которой состоит в том, чтобы заставить кого-либо думать, что он что-то приобретает, для того, чтобы получить от него нечто ценное взамен(«получить яшму»). Также возникают ассоциации и со стратагемой «Превратить роль гостя в роль хозяина» : продвижение от положения «гостя» (слабого) к положению «хозяина» (сильного). Притворный «гость» некоторое время играет по правилам, подготавливая одновременно почву для атаки, набирая силу и ослабляя «хозяина». Поведение вежливого «гостя» усыпляет бдительность «хозяина».

Аналитики отмечают, что активность Китая в мире значительно шире, чем можно себе представить исходя из сообщений российских, да и, наверное, вообще СМИ любого другого государства. Она приобретает такие масштабы, что пора говорить о стремительном превращении Китая в глобальную державу в полном смысле этого слова. Китай сейчас не только наращивает свое влияние на каких-то конкретных направлениях, но, что намного важнее, делает это на самых различных направлениях, на большинство из которых мы зачастую даже не обращаем внимания. Это невнимание искажает представление о важных параметрах роста китайского могущества в мире и соответствует китайской стратегии «незаметного доминирования», что, безусловно, на руку Китаю, но едва ли совершенно безопасно или безразлично для России.

Во время визита президента ЮАР Джейкоба Зумы в августе 2010 года были затронуты вопросы сотрудничества ЮАР со странами БРИКC. Южно-Африканская республика рассматривает Россию как одного из своих геополитических партнеров, в числе четырех других стран БРИКС. Как отметил министр промышленности и сельского хозяйства ЮАР Роб Дэвис, углубление экономических отношения ЮАР со странами БРИКC – это приоритет. «Мы все время стучимся в эту дверь. Южноафриканская Республика как основной экономический партнер на африканском континенте для стран БРИКС имеет большой потенциал, и мы занимаемся углублением наших отношений в этом направлении. В этом году наш президент возглавил правительственный визит во все четыре страны БРИКC. И должен сказать, что среди четырех стран контакты с Россией наименее развитые». Из России Джейкоб Зума отправился в Китай.

Китаем в Африке не всегда довольны. Прежде всего, колоссальным по своим масштабам ввозом на континент китайской рабочей силы, ведь одна из острейших социальных проблем Африки – безработица. Но китайцы не создают (или практически не создают, чтобы избежать категоричности) рабочих мест для местного населения. Второй объект претензий – качество товаров. Ломается техника и даже дают трещины некоторые постройки (что звучало в многочисленных интервью с представителями африканских деловых кругов в Уганде, Намибии, Зимбабве, ЮАР). Но, как известно, победителей не судят. Китай действительно много делает для Африки – вот только для Африки ли?

На основании приведенных фактов можно убедиться, что мы, безусловно, имеем дело со стратегией. В локальных деловых отношениях Китая с африканскими партнерами можно говорить о соответствующей деловой культуре китайцев. Но при этом конкретные бизнес-стратегии Китая в странах африканского континента являются частью общегосударственной, системной и можно сказать, имперской стратегии. Конкурировать в этих условиях можно, только противопоставив этому другую стратегию – продуманную, гибкую, учитывающую наработанный в нашей стране богатый опыт взаимодействия с африканцами, использующую интеллектуальный ресурс в виде исторических, социально-психологических, в широком смысле слова управленческих знаний, а также учитывая специфику деловых культур стран африканского Юга.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив