Место России в Антанте в свете довоенного стратегического планирования (1912-1914 гг.)

10 март 2011
Мировую войну 1914 1918гг. принято считать вооруженным столкновением двух могущественных коалиций европейских стран Антанты и Центрального (Тройственного) блока за передел уже поделенного мира, за колонии, за сферы влияния и приложения капитала.  

Это не совсем и не только так различные государства имели различные жизненные интересы, далеко не все из них имели колонии. Фактически это была первая тотальная война в Европе против германской гегемонии (лишь несколько европейских стран не были вовлечены в мировую войну). Так, Германия еще в 1879 г. заключила военный союз с Австро-Венгрией, направленный против России и Франции, к которому в 1882 г. присоединилась Италия. Так образовался Тройственный союз военно-политический блок Германии, Австро-Венгрии и Италии, положивший начало разделу Европы на враждебные лагери. В ответ Россия и Франция в 1891-1893 гг. создали свой союз. В 1904 г. Англия заключила соглашение с Францией (англо-французская Антанта от французского entente, т. е. согласие), названное "сердечным согласием", а в 1907 г. с Россией. Так в 1907 г. в противовес блоку Германии, Австро-Венгрии и Италии был создан блок Англии, Франции и России, именуемый Тройственным согласием, или Антантой.

Антанта военно-политический союз прежде всего России, Франции и Англии в течение войны пополнялся новыми участниками (на конец 1918г. 32 государства). Фактически создание Антанты было реакцией на образование Тройственного союза, усиление Германии и попыткой не допустить её гегемонии на европейском континенте. Впоследствии, в связи с распадом Тройственного союза (Италия в 1915г. присоединилась к Антанте), оформился германский блок (Германия, АвстроВенгрия, Турция, Болгария) боевой противник Антанты.

Стоит отметить фактическое отсутствие крупных русско-германских противоречий и существование значительных русско-австрийских противоречий на Балканах (во многом это и способствовало тому, что австрийский фронт российским военнополитическим руководством считался главным). Каждая из держав, вступившая в войну, преследовала свои специфические интересы. Россия стремилась отреагировать на германские намерения, ослабить ее влияние среди европейских держав с возможным изъятием Польши, Прибалтики и части Украины (это носило больше теоретический характер); сдержать экспансию Австро-Венгрии на независимые славянские государства на Балканах (Сербию, Боснию, Герцеговину) и укрепить свои позиции среди славянских народов Балкан; овладеть черноморскими проливами Босфор и Дарданеллы, имеющими важнейшее экономическое и политическое значение для нашей страны в то время. Последнее важнейшая стратегическая задача, гораздо более значимая для России, чем противоречия с Германией и Австро-Венгрией.

Опуская противоречия между ведущими державами Европы и дипломатические аспекты, напомним основные вехи формирования Антанты, в которой нашей стране отводилась одна из ключевых ролей. В 1891г. было подписано соглашение между Российской империей и Французской республикой о создании франко-русского союза, а 5 августа 1892г. была заключена военная конвенция между Россией и Францией. В основе Антанта была все же преимущественно оборонительным союзом в 1893г. состоялось заключение оборонительного договора России с Францией. В 1904г. было подписано франко-английское, а в 1907г. русско-английское соглашения. Великобритания перед лицом угрозы германской гегемонии была вынуждена оставить традиционную политику "блестящей изоляции" и перейти к политике блокирования против самой сильной державы континента на тот момент Германии. Особенно важным стимулом для такого выбора Англии послужила германская военно-морская программа, а также колониальные притязания Германской империи. Применительно к России знаковыми стала подписанная в августе 1892 г. начальником русского Генерального штаба Н. Н. Обручевым и помощником начальника французского Генерального штаба Р. Ш. Ф. Буадеффром франко-русская военная Конвенция (утверждена в декабре 1893 г.), соглашение 1907г. с Англией (в 1908г. русский и британский монархи обменялись мнениями по поводу возможной совместной войны с Германией, а в протоколах совещания начальников русского и французского генеральных штабов появилась статья о немедленной мобилизации союзников в случае германской мобилизации против Англии). Именно в соответствии с упомянутой Конвенцией Россия должна была выставить против Германии 800-тысячную армию, облегчив положение 1300000-ной французской армии на Западном фронте1. Также в соответствии с франко-русской Конвенцией подлежали созыву периодические совещания начальников генеральных штабов союзных армий. Конвенция предусматривала взаимную помощь союзников всей совокупностью свободных сил, одновременность мобилизационных усилий, главным противником объявлялась Германия. Несмотря на то, что франко-русское соглашение являлось действенным противовесом Тройственному союзу и восстановило военный баланс сил в Европе, тем не менее, оно носило общий принципиальный характер и не учитывало всей специфики возможной коалиционной войны.

Вместе с тем стоит отметить, что союзные отношения России с Англией не были оформлены. Англия тем большее значение придавала союзу с Россией, что Франция даже с помощью английской экспедиционной армии не могла противостоять сухопутным вооруженным силам Германии, соответственно были нивелированы англо-русские противоречия. Русско-английское соглашение 1907 г. правительств Англии и России касалось Тибета, Афганистана и раздела сфер влияния в Иране.

Базовыми были русско-французские отношения. Как отмечают специалисты: "Союз с Россией изменял положение Франции в Европе, создавал для нее несравненно более выгодное положение среди других европейских государств. Он явился важнейшей предпосылкой существования Франции как великой европейской державы"2. Французский генеральный штаб стремился добиться от своего русского союзника скорейшего энергичного наступления именно на германском театре военных действий. Союзники рассчитали время, необходимое для того, чтобы действия русской армии отразились на событиях на Западном (Французском) фронте. В записке о русской армии, составленной в июле 1913 г., было определено, что русская армия войдет в первый контакт с германской армией на 14-й день боевых действий, наступление русских против Германии начнется на 23-й день, воздействие русских войск на Западный фронт начнет сказываться приблизительно на 35й день после начала мобилизации, когда русские достигнут линии Торн Алленштейн3. На предвоенных совещаниях начальников союзных генеральных штабов (1911-1913 гг.) русские и французские представители также неизменно подтверждали, что главной целью союзных войск является германская армия. Именно на совещании в Красном селе 1911г. был уточнен размер русского контингента на германском фронте, который должен был начать активные действия после 15-го дня мобилизации. На последнем совещании были определены и операционные направления для наступления русских армий:

1) либо в общем направлении на Алленштейн, если противник сосредоточит свои войска в Восточной Пруссии;

2) либо в направлении на Берлин, если германские войска сосредоточатся в районе Торн Познань. На данных совещаниях уточнялись детали, вырабатывались варианты действий России и Франции. Французы желали, чтобы Россия с самого начала удержала перед собой 5 6 германских корпусов, в свою очередь, обещая при направлении германцами главного удара против России перейти в решительное и смелое наступление против Германии. Тем не менее, в планировании союзников и в их общении присутствовали значительные недостатки. Генерал-квартирмейстер штаба Верховного главнокомандующего генерал от инфантерии Ю. Н. Данилов дает следующую характеристику вышеупомянутых франко-русской Конвенции и совещаний начальников генеральных штабов держав-союзниц: "Что касается военной конвенции, то таковая вследствие слишком общего характера ее подвергалась впоследствии неоднократным обсуждениям и уточнениям, причем, однако, никогда не менялся оборонительный характер ее задания. Основное условие, при котором должны были начать осуществляться предусмотренные конвенцией меры, условие "враждебной инициативы Германии" оставалось фундаментом происходивших совещаний. Обсуждению подвергались лишь частности конвенции, устанавливавшие размеры помощи, время и направление ее, а также другие данные технического порядка, как, например, условия обеспечения взаимной связи, развития железнодорожного строительства и т. д. Вполне очевидно, что конвенция, заключенная еще в мирное время, могла предусматривать вопрос о совместных действиях лишь в первоначальный период войны. Поэтому было бы крайне естественно подумать о дальнейшем. Но даже столь важный и существенный вопрос, как вопрос обеспечения единства действий, в течение дальнейшего периода войны никогда в обсуждениях затронут не был, что и должно было привести к той несогласованности этих действий, которая, ... были причиной весьма многих неудач и создали вообще чрезвычайно благоприятную обстановку для Центральных держав, занимавших в отношении своих противников выгодное, в смысле стратегическом, внутреннее положение.

Обсуждение и уточнение в подробностях общих положений военной конвенции производилось в особых, совершенно секретных совещаниях, происходивших то в Петербурге, то в Париже. Решающая роль в них принадлежала согласиям начальников генеральных штабов обоих государства. С русской стороны, кроме указанного лица, никто и никогда не принимал участия в происходивших совещаниях, несмотря на то что иногда они происходили на русской территории; с французской стороны кроме начальника Генерального штаба, изредка приглашались его ближайшие сотрудники. Составление протоколов поручалось или нашему военному агенту в Париже, или французскому военному атташе в Петербурге, причем лица эти присутствовали на совещаниях только в скромной роли составителей протоколов.

Вначале совещания начальников обоих генеральных штабов происходили нерегулярно, потом они стали ежегодными, причем последняя конференция имела место в августе 1913 г. в Красном Селе (близ Петербурга) между генералом Жилинским, бывшим русским начальником Генерального штаба, и генералом Жоффром его французским коллегой" .

Помимо обозначенных вышеуказанным авторитетным специалистом недостатков конвенционных русско-французских отношений, необходимо отметить также тот факт, что главным противником России (что совершенно игнорировалось нашими союзниками) была все же не Германия, а Австро-Венгрия.

Вышесказанное наложило существенный отпечаток и на русское стратегическое планирование. В 1912 году был принят русский план стратегического развертывания в двух вариантах: план "А" против Австро-Венгрии и план "Г" против Германии. Решающим было то, куда будет направлена главная часть германской военной мощи против России (тогда вступал в силу план "Г" "Германия") или Франции (в этом случае задействовался вариант "А" "Австрия"). Русское командование пыталось увязать собственно русские интересы с обязательствами перед Францией.

По плану "А" предполагалось наступление против вооруженных сил Германии и Австро-Венгрии с целью перенесения войны в их пределы. Задачей русских войск германского фронта являлось нанесение поражения германским войскам, оставленным в Восточной Пруссии, и овладение последней в качестве плацдарма для дальнейших действий. Австрия же подлежала решительному разгрому.

По плану "Г" предполагался решительный переход в наступление против германских войск, угрожающих нам со стороны Восточной Пруссии, парализуя действия противника на остальных фронтах. Задача русских армий австрийского фронта выглядела более скромной не допустить противника выйти в тыл русским войскам, действующим против Германии.

Тем не менее, исходя из количественных показателей сосредоточения русских войск, следует отметить, что вопреки предвоенным совещаниям начальников штабов союзных армий, русский план рассматривал в качестве главного противника не Германию, а Австро-Венгрию, что диктовалось собственно русскими интересами. Ряд исследователей упрекают Россию за разброс сил (2 армии или 35 % сил против Германии и 4 армии 55% против Австро-Венгрии), забывая, что, во-первых, Первая мировая война война коалиционная и, во-вторых, России невозможно было допустить поражения Франции и в своих государственных интересах, так как в этом случае Германия все равно бы перебрасывала свои высвободившиеся армии на Восточный фронт и совместно с Австро-Венгрией сминала русские армии. Более того никакие русские успехи в противостоянии с Австрией в тот момент не могли компенсировать вывод Германией из войны Франции. Направив все силы против австрийцев и сокрушив Астро-Венгрию, Россия оказывалась один на один со всей германской, остатками австрийской и турецкой армиями Французского же фронта нет. Аналогично и мнение военного специалиста А. Свечина: "Вторжение в Восточную Пруссию было не только нашей обязанностью, но и диктовалось нам инстинктом самосохранения. Германия поворачивалась к нам, с началом войны, спиной. Мы должны были напрячь свои силы, чтобы больно её укусить и помнить при этом, что чем больнее был наш укус, тем скорее ее руки выпустят схваченную за горло Францию, и кулаки ее обрушатся на нас"5. Тем не менее, в России присутствовало определенное недовольство, и уже тогда считалось, что план "был во многих отношениях невыгоден для Россия, так как русские силы сосредоточивались против пустого почти пространства на германском фронте, тогда как АвстроВенгрия в это время направляла против нас главные свои силы"6. Особенности коалиционной войны не всеми воспринимались верно.

Русское командование по объективным причинам не могло выполнить обещания союзниками о сосредоточении против Германии 800-тысячной армии и о наступлении сразу же после 15-го дня мобилизации. По плану 1912 г. на Северо-западный фронт против Германии выделялось, и то лишь к 40-му дню мобилизации, не более 450000 штыков и сабель. По условиям развертывании вооруженных сил на 15й день мобилизации Россия могла сосредоточить одновременно против Германии и Австро-Венгрии лишь 27 пехотных и 20 кавалерийских дивизий, т. е. треть всех своих сил; для подвоза следующей трети требовалось еще восемь дней, последние части прибывали вплоть до ноября 1914 г.7 Вместе с тем помощь союзникам ставилась в основу русских планов. Так, в русских документах присутствовало неприкрытое опасение за положение французской армии после неудачного для англо-французов Пограничного сражения, и отмечалось, что Париж находится лишь в 17 переходах от границы. Фиксировались и такие факторы, как малая глубина театра военных действий и впечатлительность французской нации, что могло привести к быстрой победе немцев и к заключению Францией сепаратного мира с Германией со всеми вытекающими последствиями.

Соответственно, военные и моральные факторы скорейшего наступления русских войск в глубь Германии определялись следующим образом: "...Каждый день ускорения имеет для наших союзников громадное значение ввиду их впечатлительности и опасения, что им одним придется долгое время вынести всю тяжесть войны, вы не можете вообразить, какое впечатление произведет у нас (французов прим. авт.) известие, что русская армия перешла в наступление и что первая английская рота высадилась в Калэ"8.

Принятый русским генеральным штабом план одновременного наступления против Австро-Венгрии и Германии, казалось бы, отвечал задачам нанесения решительного поражения австро-венгерским армиям и оказания быстрой и эффективной помощи Франции путем наступления в Восточной Пруссии. Но этот план наталкивался на непреодолимые трудности недостаток сил русской армии на начальном этапе войны. Недостаток сил и неотмобилизованность русских войск привели к поражению в Восточной Пруссии и более скромному, чем планировалось, результату в Галицийской битве. Так, против русских войск Северо-западного фронта, насчитывавших на бумаге 30 дивизий (реально на треть меньше), ожидалось 1625 германских дивизий. Фактически же 16 немецких дивизий, равнявшихся по своей огневой мощи 20-22 русским дивизиям и опиравшихся на выгодные оборонительные рубежи Восточной Пруссии, могли легко противодействовать наступлению 22-24 русских дивизий. На главном же (австрийском) фронте против 44-47 австро-германских дивизий могло быть выставлено до (максимально) 42,5 русских дивизий, к тому же с более поздними сроками готовности. Чтобы обеспечить превосходство над австро-венгерскими армиями, русское командование планировало перебросить воинские части со Среднего Немана. Фактически, при данной расстановке сил трудно было ожидать решающего успеха на обоих операционных направлениях. Но союзнический долг обязывал.

Военный специалист Н. А. Таленский следующим образом расценивал "стратегическую раздвоенность" русского планирования: "Оперативно-стратегическая значимость русского северо-западного фронта, с точки зрения собственных интересов России, позволяла уменьшить силы, предназначенные для борьбы с Германией, ведя на этом фронте оборонительные действия, и увеличить силы, направленные против Австро-Венгрии. Однако русский генеральный штаб был связан условиями франко-русской конвенции, определившей минимальный состав сил, развёртываемых против Германии 700-800 тыс."9.

И до, и во время войны коалиции трансформировались и развивались. Поиски союзников не ограничивались только Европой. Германия, например, прилагала много усилий, чтобы привлечь на свою сторону Турцию. Накануне войны Англия заключила несколько договоров о сотрудничестве с Японией (в 1902, 1905 и 1911 гг.). Развивалась Антанта и в период войны. Так, в сентябре 1914г. Лондонским протоколом державы Антанты (включая и Россию) брали на себя обязательства не заключать сепаратного мира с противником. Если в 1914г. в состав Антанты входило 3 государства, примыкающим к ней считалась Япония, а сочувствующими Италия и Румыния, то в конце войны свыше 30 государств, включая такие экзотические, как Сиам и Куба.

Русская армия представлялась англо-французским союзникам неисчерпаемым резервуаром людских ресурсов, а ее натиск ассоциировался с паровым катком отсюда и одно из ведущих мест России в Антанте, по сути дела важнейшего звена "триумвирата" Франции, России и Великобритании. Союзнические обязательства по коалиционному соглашению со странами Антанты признавались незыблемыми в течение всей войны, о чем неоднократно свидетельствуют западные политики того времени. Политическое и военное давление союзников осуществлялось в течение всей войны, но особенно сильно в августе 1914г., в период наибольшего кризиса на англо-французском Западном фронте за всю войну. Именно интересы союзников накладывали наибольший отпечаток на все русское оперативное планирование и ход боевых действий.

Оперативное планирование сторон прошло под сильнейшим давлением плана А. фон Шлиффена для германского блока и плана Д. А. Фишера для Антанты. Российское планирование (планы "А" и "Г"), австро-венгерский план "Р" и французский "План 17" в своей основе, так или иначе, отражали этот фактор.

Согласимся с аналитиком С. Переслегиным, доказавшим, что у Германии был единственный шанс выиграть войну на два фронта это, пользуясь преимуществами внутренних операционных линий, разгромить противников по частям. Иначе говоря, полностью разгромить Францию, пользуясь разницей в сроках между французской и русской мобилизациями10. Соответственно, от германских сил, изначально развертываемых на востоке (8-я армия в Восточной Пруссии) требовалось лишь держать фронт в течение 10-12 недель. Ради достижения главной цели своей внешней политики сокрушения Франции немцы жертвовали интересами своего австрийского союзника, который обрекался на поражение и потерю Галиции, предполагалось германцами и очищение Восточной Пруссии. План А. фон Шлиффена был искажен Г. фон Мольтке, порочно претворялся в жизнь, исполнение не контролировалось, что и привело к проигрышу Германией кампании 1914г., а, по сути, и всей войны. Исходя из экономических и политических предпосылок, Германия вести войну на истощение не могла. И именно в срыве германского довоенного планирования, рассчитанного до мелочей, огромная заслуга Русской армии.

Подводя итог, можно резюмировать, что Антанта военно-политический блок Англии, Франции и России, сложившийся в основном в 1904-1907 гг. и завершивший размежевание великих держав накануне Первой мировой войны. После соглашений России и Франции 90-х гг. 19 века крупным шагом в становлении Антанты явились англо-французское соглашение 1904г. о разделе сфер влияния в Африке и англо-русская конвенция 1907г. о разделе сфер влияния в Азии (Иран, Афганистан, Тибет). В результате этих соглашений франко-русский союз 1891 1893 гг. превратился в Тройственное согласие. В 1912-1914 гг. осуществляется (что имеет важнейшее значение) организационное оформление Антанты, когда был заключён ряд двусторонних и трёхсторонних соглашений между её участниками. Германия не раз пыталась помешать формированию Антанты, воздействуя то на Россию, то на Англию, стремясь добиться их нейтралитета в будущей войне. Три военных года русская армия оттягивала на себя значительные силы противника и, как только он предпринимал серьёзные действия на западе, приходила на помощь союзникам. Это дало возможность Англии и Франции мобилизовать все свои ресурсы, а США развернуть производство, мощную армию и всесторонне подготовиться для вступления в войну. Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что Россия была ключевым участником Антанты как на момент начала войны, так и в ее ходе. Ожидания союзников, а также весомый вклад России в общую победу ярчайшая тому иллюстрация. 

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив