Тендер на достройку АЭС Темелин: выбор между экономикой и геополитикой

28 ноябрь 2012
Для Центральной Европы начало ХХI века ознаменовалось ренессансом атомной энергетики: практически повсеместно в регионе атомная генерация был признана оптимальным способом решения энергетических проблем и борьбы с парниковыми газами.

Целый ряд стран, еще не приобщенных к мировому ядерно-энергетическому клубу, заявил о намерении развивать атомную энергетику (Албания, Македония, Польша, Эстония), а страны с весомой ролью АЭС в национальном энергобалансе (Болгария, Венгрия, Словакия, Словения, Чехия) объявили о планах по дальнейшему наращиванию ядерно-энергетических мощностей.

Прошлогодняя авария на японской АЭС и отказ ряда европейских стран от использования атомной энергии не охладили ядерные амбиции Центральной Европы. Однако глобальный кризис и трудности с самостоятельным финансированием развития атомной отрасли приводят к тому, что проекты строительства в регионе новых АЭС вынужденно откладываются в «долгий ящик». Так, о переносе на 5 лет сроков сооружения первой атомной электростанции объявила Польша. Литве не удается начать строительство Висагинской АЭС, поскольку переговоры с соседними странами о совместном финансировании проекта зашли в тупик. Болгария из-за нехватки средств заморозила проект строительства АЭС в Белене; схожая участь постигла ядерные планы Албании и Хорватии.

Упорство по претворению в жизнь своей ядерно-энергетической программы проявляет на сегодняшний день, пожалуй, только одна Чехия. Основу электроэнергетики этой страны составляют две атомные электростанции – «Дукованы» и «Темелин», укомплектованные шестью реакторами российской конструкции; на долю АЭС приходится более трети вырабатываемой в стране электроэнергии. Чешское руководство рассматривает повышение доли атомной генерации в национальном энергобалансе как наиболее рациональный способ укрепления энергетической независимости. Политический выбор в пользу ядерной энергии не вызывает принципиального неприятия у чешского общества: использование ядерных технологий, согласно социологическим обследованиям, одобряют две трети граждан страны.

В 2004 г. Чехия приняла новую ядерно-энергетическую программу, предусматривающую повышение доли атомной генерации в национальном энергобалансе к 2060 г. до 60%. В планы развития атомной отрасли были включены строительство в следующем десятилетии трех новых энергоблоков на площадках действующих АЭС и сооружение в более отдаленном будущем третьей атомной электростанции в Северной Моравии.

Первым шагом в реализации атомных планов Чехии стало объявление осенью 2009 г. тендера на строительство двух новых ядерных блоков на электростанции «Темелин». Победителю тендера обещан также опцион на сооружение еще трех энергоблоков на других площадках в Чехии и Словакии. Оценочная стоимость всего контракта, согласно данным, фигурирующим в чешских СМИ, составляет не менее 20 млрд евро. На чешский контракт претендуют три лидера мирового рынка ядерных технологий – французская государственная корпорация Areva, американская компания Westinghouse и Росатом, выступающий в тандеме с чешской Skoda JS. Все три претендента вышли на тендер с легководными реакторами третьего поколения: Areva представила реакторEPR-1600, Westinghouse – модернизированный AP-1000, российско-чешский консорциум – MIR-1200 (эволюционный проект ВВЭР-1000 с улучшенными технико-экономическими показателями).

Из-за парламентских выборов в Чехии и экономических трудностей, вызванных глобальным кризисом, тендерный процесс был приторможен. Новое коалиционное правительство Петра Нечаса, проанализировав, в том числе и с учетом фукусимского фактора, энергетические перспективы страны, подтвердило курс на дальнейшее развитие сектора ядерной энергетики. Более того, долгосрочный целевой ориентир в отношении доли АЭС в производстве электроэнергии был поднят (до 80% к 2060 г.), поскольку появились дополнительные основания для ускоренного наращивания ядерно-энергетических мощностей: Чехия намерена обрести новые конкурентные преимущества в европейском экономическом пространстве, став энергетическим донором для стран, отказавшихся после Фукусимы от использования мирного атома. Так, в случае своевременного запуска второй очереди Темелина Чехия имеет шансы обернуть в свою пользу решение Германии о закрытии АЭС и «застолбить» ее емкий рынок для экспорта электроэнергии.

В свете подтвержденного «атомного» выбора страны необходимость достройки Темелина актуализировалась, и тендер был продолжен. Участники тендера получили в октябре 2011 г. тендерное задание и к июлю 2012 г. представили тендерные предложения; контракт с победителем будет заключен до конца следующего года. Предполагается, что новые блоки в Темелине будут введены в эксплуатацию не позднее 2025 г.

Кабинет Нечаса заявил о своей принципиальной установке: выбирать поставщика оборудования для достройки чешской АЭС будет ее владелец – энергетическая компания «ČEZ», но окончательное решение по столь важному вопросу примет правительство. Однако так и осталось неясным, что же будет решающим фактором при определении победителя. Официально заявлено, что правительство и компания «ČEZ» будут ориентироваться на наиболее выгодные предложения с точки зрения цены, трансфера технологий и объемов промышленных субподрядов, которые достанутся чешским предприятиям. В то же время в публичных выступлениях и чешский премьер, и ключевые фигуры его кабинета акцентируют, что во главу угла при выборе поставщика для Темелина должны быть поставлены интересы национальной безопасности и стратегической диверсификации энергетических источников. А в феврале 2011 г. правительство заявило, что при принятии решения по тендеру будут учтены и его внешнеполитические последствия в плане отношений с США, ЕС и Россией. Таким образом, вопрос, что станет главным критерием при выборе поставщика ядерных реакторов – технологические и экономические аспекты, стратегическая диверсификация энергетических источников или геостратегические предпочтения, – остался открытым.

У российско-чешского консорциума имеются неплохие виды на победу, если экономика и вопросы безопасности АЭС. Главное преимущество реактора «MIR-1200» – хороший опыт референции, выступающий гарантией безопасности и надежности реакторных технологий. Атомные электростанции с такими реакторами действуют в Китае и России, аналогичные блоки сооружаются сегодня в Ленинградской и Калининградской областях, в Белоруссии, на Балтийской АЭС.

У конкурентов Ростатома референтные блоки и опыт их сооружения отсутствуют. Westinghouse строит в Китае четыре энергоблока с реакторами AP-1000, первый из которых должен вступить в строй в 2013 г. Первые два энергоблока с реакторами EPR разработки Areva сооружаются в Финляндии и Франции, при этом строительство на площадке Олкилуото в Финляндии протекает с большими проблемами – четырехгодичным отставанием от графика, двойным перерасходом сметы строительства и арбитражными разбирательствами по поводу того, на чьи плечи лягут дополнительные расходы.

Темелинский проект призван не только усилить энергетическую мощь Чехии, но и помочь ее экономике, которая из-за вялой деловой конъюнктуры в ЕС остается в зоне низких темпов роста. В интересах Чехии в этой связи – максимально полно задействовать свой промышленный потенциал при строительстве, последующей эксплуатации и техническом обслуживании новых блоков.

Очевидно, что у участников тендера масштабы привлечения местной промышленности к участию в проекте будут в силу объективных причин различаться. Наиболее выигрышная позиция для налаживания кооперации с местными производителями у Росатома: поскольку чешская атомная промышленность изначально создавалась под работу с российскими реакторами ВВЭР, Россия и Чехия имеют в общем активе единую технологическую платформу в атомной отрасли, комплекс взаимодополняющих предприятий в области энергомашиностроения и успешный опыт совместной реализации атомных проектов в самой Чехии и странах ЦВЕ.

Наличие у местных производителей долговременного опыта работы с технологиями ВВЭР позволит Ростатому разместить в Чехии в случае победы на тендере до 70% объема промышленных субподрядов, связанных со строительством новых энергоблоков. Кооперация с местной промышленностью, как планирует Ростатом, будет также увязана с передачей технологий и ноу-хау в изготовлении ключевого оборудования для АЭС, что позволит чешской стороне самостоятельно обеспечивать квалифицированную поддержку и эксплуатацию новых энергоблоков в течение всего срока их службы. В настоящее время с конкретными чешскими производителями ведутся переговоры о возможной передаче технологий по производству корпусов реактора ВВЭР, главных циркуляционных насосов, парогенераторов и парокомпенсаторов для АЭС. Далее, помимо участия в достройке Темелина, Росатом намерен предложить чешским предприятиям, работающим в области атомного энергомашиностроения, долгосрочное сотрудничество при строительстве АЭС в России и на зарубежных площадках.

Таким образом, российское предложение гарантирует чешской промышленности получение заказов в объеме 4-5 млрд евро и создание до 10 тыс. новых рабочих мест при достройке Темелина, а также дальнейшее включение в трансграничные цепочки поставщиков оборудования для проектов Росатома, что обеспечит долговременную загрузку энергомашиностроительных мощностей страны: на сегодняшний день Россия имеет контрактные соглашения на строительство за рубежом 21 энергоблока и планирует в течение последующих двадцати лет закупку оборудования и услуг для строящихся атомных объектов на сумму более 300 млрд долл. Ко всем прочим экономическим выгодам российского проекта Росатом предложил Чехии и самую выгодную цену – предположительно на половину ниже, чем стоимость услуг Westinghоuse.

Российской предложение, обещающее как беспрецедентно высокий уровень локализации поставок при достройке Темелина, так и перспективы долгосрочного сотрудничества на глобальном рынке строительства АЭС, позитивно оценивается предпринимательской сферой Чехии. К июлю 2012 г. меморандумы с Росатомом о базовых условиях взаимодействия при производстве, монтаже и строительстве атомных электростанций с реакторами типа ВВЭР в Чехии, России и третьих странах подписали 38 местных компаний. Экспертное сообщество признает, что из трех претендентов на достройку Темелина именно Росатом наиболее активен и успешен в ангажировании потенциальных чешских субподрядчиков.

Опорой Росатома в Чехии выступают, далее, профильные предприятия, принадлежащие российскому капиталу. Это Škoda JS (инжиниринг и производство оборудования для АЭС), два смежные с ним предприятия Škoda Hute и Škoda Kovarny, компании Arako (трубопроводная арматура для АЭС) и Chladici veze Praha (системы охлаждения для энергетических объектов). Дальнейшему усилению российского присутствия в атомной отрасли Чехии способствовало создание в начале 2012 г. совместного предприятия «Alvel» (учредители – АО «ТВЭЛ» и брненская ALTA Invest), которое будет оказывать чешским АЭС сервисные услуги в области эксплуатации российского топлива, а в дальнейшем расширит область своей деятельности и на другие страны Центральной Европы, где имеются построенные по советским проектам атомные электростанции. В планах Alvel – расширение сотрудничества с исследовательскими центрами чешской атомной индустрии по вопросам, связанным с использованием российского топлива в действующих в ЦВЕ реакторах. Дополнительным козырем для российской стороны является выход на тендер в консорциуме с флагманом атомного энергомашиностроения Чехии компанией Škoda JS. Чешская компания является лидером тендерного консорциума, располагает необходимыми для работы в странах ЕС сертификатами и, в случае победы на тендере, возьмет на себя роль генерального подрядчика.

Потенциал российской заявки в соревновании за строительство новых блоков на Темелине, таким образом, весьма значителен. Многие независимые эксперты признают, что по прагматичным критериям безопасности, надежности и экономической выгодности российское предложение «объективно наилучшее». Союзниками и лоббистами Росатома выступают чешские предпринимательские круги, заинтересованные в совместном выходе на глобальный рынок строительства АЭС. Однако весомой политической поддержки в Чехии у Росатома нет, поскольку против победы россиян играют соображения национальной энергобезопасности. Из доклада, представленного в октябре 2009 г. спецпредставителем правительства в тендерном процессе Вацлавом Бартушкой, следует, что победителем тендера, исходя из геополитических интересов Чехии, ни при каких условиях не может быть российская компания: с учетом того, что российские поставки формируют 75% чешского импорта природного газа, две трети – нефти и 100% – атомного топлива, получение Росатомом заказа на строительство Темелина сделает Чехию еще более зависимой в вопросах энергоснабжения от «проблемной России». Ключевые члены кабинета Нечаса, высказываясь против допуска российских поставщиков к достройке Темелина, также оперируют соображениями национальной энергетической безопасности. А предшествующее правительство Яна Фишера прорабатывало вопрос о возможности принятия специального закона по достройке Темелина, который позволит исключить из участия в тендере российские ядерные технологии.

Если для кабинета Нечаса главным приоритетом при достройке Темелинской АЭС выступает обеспечение стратегической диверсификации энергетических источников, тогда Росатом вне игры и фаворитом тендера является Westinghouse. Правительство США признает получение контракта на достройку чешской АЭС принципиальным, поскольку это позволит американской корпорации, во-первых, вернуться после почти 30-летнего отсутствия на европейский рынок строительства АЭС и, во-вторых, создать под выполнение заказа в весьма сложный период для американской экономики 9 тыс. новых рабочих мест. Как следствие, Westinghouse получает самый высокий уровень дипломатической поддержки. Если Росатом фокусирует усилия на формировании лобби из местных компаний, то американцы делают ставку на политическое лоббирование, продавливая идею энергетической независимости страны от России.

За американскую корпорацию, усиленно и не скрываясь, лоббируют ответственные государственные чиновники, включая вице-президента США Джо Байдена. В октябре 2011 г. премьер Чехии был приглашен в Белый дом и принят с почестями, которыми до сих пор из всех чешских политиков удостаивался лишь Вацлав Гавел. Стремясь создать для Westinghouse дополнительные преимущества, которые будут учитываться при выборе победителя тендера, власти США пригласили Чехию к сотрудничеству в развитии мирного атома: в сентябре 2011 г. была подписана серия двусторонних соглашений о взаимодействии американских и чешских организаций в области ядерно-энергетических НИОКР.

Успеху американской корпорации может дополнительно способствовать и имеющийся у Праги особый интерес к Трансальпийскому нефтепроводу(TAL), который открывает стране выход на средиземноморский рынок нефти через терминал в г. Триест. С целью обеспечения гарантированного импорта нефти из третьих стран в объемах, полностью покрывающих ее потребности, Чехия лоббирует вопрос об увеличении пропускной способности нефтепровода и стремится войти в число его акционеров. Уже несколько лет чешское руководство пытается приобрести у одного из акционеров TAL – американской компании ExxonMobil часть ее 16%-го пакета акций, однако добиться положительного ответа администрации Барака Обамы на эту сделку пока не удалось. Не исключено в этой связи, что Прага готова обсудить с Вашингтоном возможность «размена ферзей» – получение пакета акций нефтепровода в обмен на победу Westinghоuse в атомном тендере.

Если решение о победителе тендера будет приниматься на основе геостратегических предпочтений Праги, то фаворитом должна стать компания из ЕС, т.е. французская Areva. Стратегическое партнерство с Францией в развитии атомной энергетики укрепит связи Чехии с ЕС и повысит ее роль в общеевропейском ансамбле. В активе у французской компании – поддержка Евросоюзом ее реакторных технологий, интенсивный лоббистский прессинг со стороны правительства Франции, а также подписанный с Чехией в 2009 г. контракт на обогащение урана для второй очереди Темелина, что является хорошим заделом для победы в тендере на достройку АЭС. Против Areva, однако, говорит вскрывшаяся недоработанность ее проекта: трудности, с которыми французы столкнулись при возведении энергоблока в Финляндии, подорвали доверие потенциальных клиентов и к корпорации, и к продвигаемой ее технологии EPR. Показательно, что и сама Areva на новых тендерах уже предлагает не дискредитировавший себя EPR, а «бумажный» проект реактора ATMEA-1.

Какая из сторон имеет больше шансов на успех в борьбе за главную атомную стройку Центральной Европы? Поскольку до конца не ясно, на какие критерии будет ориентироваться чешская сторона, определить лидера в тройке претендентов пока не представляется возможным. Однако можно предположить, что французы – в аутсайдерах тендера, а основная битва разворачивается между Росатомом и Westinghouse. Российское предложение активно поддерживается чешской промышленностью, но на политическом поле явными фаворитами выступают американцы. Россияне имеют шансы на победу, если во главу угла будет поставлена чистая экономика. Однако если решение будет приниматься в политической плоскости, победа будет за американцами.

При любом исходе «противостояние» по Темелину приведет к переделу сложившихся в Европе зон атомного влияния. Победа Росатома ознаменует прорыв российских компаний на европейский рынок ядерных технологий. В этом случае Россия сможет сохранить и упрочить влияние на формирование атомной отрасли в ЦВЕ: при успешном завершении Темелинского проекта есть большая вероятность заключения подобных контрактов с другими странами региона, планирующими строительство АЭС. Победа Areva или Westinghouse в тендере не только положит конец монополии российского ВВЭР в Чехии, но и откроет Центральную Европу, все еще остающуюся в атомной орбите России, для активного продвижения западных ядерных технологий.

Политически чувствительную проблему выбора поставщика технологий для Темелина правительство Чехии может решить и нестандартным способом. Не исключено, что если внешнеполитические последствия отказа двум из трех участников тендера будут признаны недопустимо драматическими, то победителя тендера вообще не будет. В этом случае заказчик в лице ČEZ возьмет на себя функции генерального подрядчика и самостоятельно построит новые энергоблоки, выбрав по своему вкусу поставщиков отдельных технологических элементов. Прецедент такого рода уже есть: именно этим путем пошел при достройке второй очереди словацкой АЭС «Моховце» ее владелец – подконтрольная итальянцам компания Slovenské elektrárny. Однако при таком варианте развития событий Прага не получит необходимых атомных ноу-хау, и реализацию ее амбициозных планов по созданию комплексной ядерной программы, включающей добычу урана и самостоятельное производство топливных сборок и ключевого оборудования для АЭС, придется отложить на весьма неопределенное время.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив