Кризис авторитаризма и проблема политического лидерства в Африке

10 июнь 2011
В январе нынешнего года в Тунисе произошли события, которые стали детонатором взрыва народного недовольства в арабском мире. Речь идет о стихийных выступлениях и беспорядках молодежи, которые охватили Тунис и вынудили 74-летнего президента Зин аль-Абидина Бен Али спасаться бегством в Саудовской Аравии. В ходе столкновения с полицией погибли десятки человек.

Тунисский синдром и природа авторитарной власти в Африке

В чем причина краха 23-летнего правления авторитарного лидера? Наблюдатели отмечают, что причиной недовольства, прежде всего образованной части молодежи, стала хроническая безработица, отсутствие социальной защиты, рост цен на продовольственные товары. Катализатором народных выступлений было самосожжение 26-летнего выпускника вуза, оставшегося по вине властей без средств к существованию.

В стране процветала коррупция, обогащение семейного клана президента, жестко подавлялись оппозиционные выступления, преследовались критики режима, нарушались права человека. Авторитаризм президента прикрывался формальными демократическими процедурами. Эти и другие обстоятельства характерны для многих африканских государств и имеют свое происхождение в персонификации власти на вершине ее пирамиды.

Приход Бен Али к власти 7 ноября 1987 г. был связан с отстранением больного и немощного первого президента страны Х.Бургибы. Последний правил страной свыше 30 лет, а с 1975 г. на пожизненной основе. В этой связи весьма любопытно признание Бургибы в беседе с американским политологом К.-Г.Муром (1964 г.) «Вы спрашиваете о системе? Какая еще система? Я и есть система!»

Это признание Бургибы хорошо знал Бен Али, когда, будучи министром внутренних дел, в октябре 1987 г. стал премьер-министром и сохранил за собой руководство МВД. Первоначально Бен Али стремился позиционировать себя в качестве президента всех тунисцев, изолировал воинствующих исламистов и объявил о наступлении эры плюрализма. Главную опору в борьбе против радикальных исламистов Бен Али видел в развитии женского движения. В тунисском правительстве было представлено семь женщин, а в нижней палате парламента 23% депутатов – женщины, в сенате – 19%.

Тунис избежал исламизации страны ценой авторитарного правления Бен Али, который узурпировал всю полноту власти. В течение долгого времени Тунис слыл оазисом спокойствия в Африке. Больше того, официальные показатели свидетельствовали о сравнительном благополучии положения тунисцев. По официальным данным, доход на душу населения составлял 8 тыс. долл. (2009 г.). Ниже черты бедности живет 3,8% населения. Грамотность среди взрослого населения старше 15 лет составляет 74,3%.

Вместе с тем, безработица достигла 13,9% (2007 г.) из 10,5 млн. численности населения страны. Можно полагать, что последнее обстоятельство сыграло первостепенную роль в народных выступлениях. Тунисцев раздражало, вызывало гнев длительное пребывание у власти Бен Али и коррумпированность семейного клана президента.

Здесь уместно отметить, что в Ливии его руководитель Муамар Каддафи находится у власти с сентября 1969 г., в Египте президент Хосни Мубарак с 1981 года. Президент Тоголезской Республики Эйядемы Гнассингба возглавлявшего страну 38 лет. После его смерти сын Фауре был провозглашен главой государства. Подобные примеры характерны и для других стран Африки.

При этом пребывание у власти лидеров-долгожителей, «диназавров авторитаризма», каждый раз подтверждается так называемыми демократическими выборами.

Вдохновленная «жасминовой революцией» в Тунисе оппозиция в ряде других арабских стран громко заявила о себе. В Алжире несколько недель не стихали акции протеста против безработицы и резкого повышения цен на основные продукты питания. В ходе беспорядков по меньшей мере два человека были убиты и десятки других получили различные травмы, а правительство было вынуждено снизить цены на сахар и растительное масло.

В Иордании оппозиция, объединившись с профсоюзами, заставила уйти в отставку правительство Самира ар-Рифаи. Фронт исламского действия и левые партии королевства проводили «акции гнева», протестуя против безудержного роста цен, налогового бремени, безработицы, коррупции и политического деспотизма.

Власти Сирии не стали дожидаться, когда народ выйдет на улицы. В качестве превентивной меры был обнародован план помощи бедным семьям. Как заявил министр социальных проблем и труда Дияла Хадж-Ареф, 420 тыс. бедных семей получат денежную помощь общим объемом $250 млн. Согласно официальным данным, за чертой бедности в Сирии живет 14% населения, а пятая часть 22-миллионного населения не имеет работы.

В столице Йемена Сане в феврале-марте прошли акции протеста оппозиции – «Дни гнева», в которых приняли участие тысячи человек. Участники манифестаций требовали немедленной отставки президента Салеха, находящегося у власти с 1978 г.

Свержение авторитарного режима в Тунисе и народные манифестации в других странах породили волну протестных выступлений в крупнейшей стране арабского мира – Египте, где, начиная с 1981 г., правит Хосни Мубарак.

Противостояние властей и восставших достигло кульминации в конце января – начале февраля, когда «марш миллионов» привел к кровавому столкновению противников и сторонников президента. По существу страна оказалась на грани гражданской войны. В ходе столкновений погибли сотни человек, тысячи ранены.

Происходящее в Египте в немалой степени связано с использованием молодежью современных технологий, прежде всего Интернета и социальных сетей с целью получения информации и сбора противников режима.

Впервые оппоненты Хосни Мубарака выступили единым фронтом, забыв о разногласиях. Они объявили о создании Национального комитета, куда вошли ведущие оппозиционные партии и движения: старейшая в стране партия «Вафд», Демократический фронт, «Братья-мусульмане», демократическое движение «Кифайя», Национальное объединение за перемены и другие молодежные организации. Члены Национального комитета выдвинули программу, которая предполагает переговоры с военным командованием о передаче власти правительству переходного периода, которое составят члены комитета, и проведение конституционной реформы.

Впрочем, армия долгое время не занимала ясной позиции в противостоянии митингующих с президентом, хотя ее позиция являлась решающей в этой ситуации.

Государственная власть в Египте оказалась на грани падения. После многодневных антиправительственных выступлений многие крупные города перешли в руки восставших. Полиция разбежалась. На площадях властвовали демонстранты, а хозяевами улиц были банды мародеров. Население вооружалось и организовывало отряды самообороны. Каир все больше погружался в хаос, а власти западных стран призывали президента Мубарака немедленно приступить к проведению демократических реформ. 82-летний Мубарак предпринимал отчаянные попытки успокоить восставших и сохранить власть. У восставших появился лидер – бывший генеральный директор МАГАТЕ (Международного агентства по атомной энергии), лауреат Нобелевской премии мира Мухаммед эль-Барадей. Дальнейшее развитие событий во многом будет зависеть и от деятельности ранее запрещенной организации «Братья-мусульмане», которая вышла на арену политического поля.

Причины цепной реакции народных выступлений в ряде стран Северной Африки и других арабских стран заслуживают специального анализа. Но уже сейчас, по горячим следам происходящих событий, можно отметить, что в основе этих выступлений лежат прежде всего социальные факторы. В Египте протестное движение подспудно зрело, и в его рядах были не только радикальные исламисты, но и недовольные своим положением рабочие союзы, различные слои египетского общества, и прежде всего молодежи. В условиях быстрого роста народонаселения, безработицы, обнищания масс главным катализатором восставших был нынешний мировой продовольственный кризис, который вывел на улицу беднейшие слои египетского населения. Созданная система правления привела к обогащению кучки стоявших у власти лиц. При этом Х.Мубарак не был готов выпустить власть из своих рук или передать ее другому лицу на демократической основе. Тенденция становления «президентских монархий» связана с политической культурой арабских стран, которая включает персонификацию власти и привела к коррупции, авторитаризму, подавлению социальных протестов. Все это происходило на фоне нищеты, бедности и безработицы образованных слоев молодежи.

Народные выступления вынудили Мубарака 11 февраля покинуть пост президента. Попытка затормозить этот процесс через делегирование своих полномочий вице-президенту О.Сулейману завершилась переходом власти к Военному совету вооруженных сил (ВСВС) во главе с министром обороны М.Тантауи. ВСВС начал переговоры с лидерами оппозиции, объявил о роспуске парламента, приостановил действие Конституции и принял решение в двухмесячный срок провести референдум по новой конституции. ВСВС заявил, что будет временно управлять делами страны на шестимесячный период до конца парламентских и президентских выборов в сентябре нынешнего года.

ВСВС подтвердил приверженность Египта всем международным соглашениям, включая мирный договор 1979 г. с Израилем. Начаты расследования в отношении действий предыдущей администрации, причастной к коррупции и к гибели мирных граждан в ходе антиправительственных выступлений. Все эти факты свидетельствуют о начале нового этапа в развитии политической ситуации в стране, что, в частности, выразилось в проведении в марте месяце референдума по поправкам в конституцию.

Внимание всего мира приковано прежде всего к Египту, занимающему стратегическое положение на Ближнем Востоке. По его территории проходит Суэцкий канал, одна из крупнейших транспортных артерий мира. Египет непосредственно граничит с Израилем, и его позиция определяет состояние мира или войны на Ближнем Востоке.

В конце февраля массовыми антиправительственными протестами были охвачены Ливия, Бахрейн, Алжир, Марокко, Кувейт, Ирак, Оман.

В столкновениях с войсками и полицией погибли сотни оппозиционеров, тысячи получили ранения.

Особое место заняли революционные выступления в Ливии (Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия), которые переросли в гражданскую войну, унесшую жизни тысячи граждан.

События в Ливии показали, что накаченный нефтедолларами бюджет и освященные именем национального харизматического лидера социальные программы не стали надежной страховкой от революционных выступлений. Знаменательно, что в ходе выступлений была создана организация «Восставшая молодежь Ливии». Революционная волна выросла не только на демонстрационном эффекте выступлений в Тунисе и Египте, но главным образом из пороков диктаторской верховной власти и социальных язв. Значительная часть ливийской молодежи политизирована, но оттеснена от исполнения властных функций в результате диктаторского правления Каддафи.

Исторические противоречия между западной провинцией Триполитанией и восточной Киренаикой выразились в том, что восток Ливии стал центром оппозиционных выступлений и прежде всего во втором по величине городе Бенгази. Здесь закрепились противники Каддафи, в основном верхушка сенусидских племен во главе с бывшим министром юстиции Мустафой Абдель-Джамилем.

С целью удержания личной власти Каддафи применил против своего народа верные ему элитные воинские подразделения из своего племени, а также наемников из других стран, вооруженных самолетами и танками.

Для понимания сложившейся ситуации в Ливии целесообразно обратиться к некоторым фактам политической истории страны.

Прежде всего следует учитывать, что на протяжении веков географическая территория, получившая название Ливия, развивалась как «конфедерация» племен, в основе единства которой никогда не лежала государственная структура. До последнего времени жизнеспособность ливийского общества обеспечивал племенной строй.

В отличие от многих арабских стран в Ливии политическая культура заключается в «абсолютном господстве племенных устоев и традиций». Так, на территории Киренаики разместилось девять племен, объединенных в один союз, известный под названием «Саади».

Племенная верхушка нуждалась в религиозной политической силе для защиты своих интересов. Такой силой стало братство сенуситов, которое широко распространилось среди населения Киренаики в середине XIX века.

Орден сенуситов проповедовал возвращение к «чистоте» первоначального ислама, требовал аскетизма и строгой самодисциплины. Сенуситские религиозно-административные центры (завии) превратились в органы гражданской администрации и кроме управленческой функции выполняли религиозную и образовательную.

Превращение политической надстройки в своеобразную государственную машину способствовало превращению духовной власти главы братства сенуситов в публично-правовую государственную власть. И до настоящего времени в ливийском обществе власть принадлежит племенным элитам: родному племени М.Каддафи – каддафа – и нескольким другим племенам, находящимся с племенем каддафа в союзнических отношениях. При этом ключевые посты в армии и спецслужбах были отданы в руки выходцев из племени каддафа. Союз племен был оформлен с участием старейшин, клятвой в верности лидеру революции. Последний неоднократно предлагал такой союз племенам Киренаики, но неизменно получал отказ.

Регионально-племенной сепаратизм Киренаики стал главной причиной революционных выступлений в Ливии. Знаменательно, что оппозиция выступает под флагом восстановления монархического правления. Это – своеобразная запоздалая реакция на революцию 1 сентября 1969 г., когда группа офицеров ливийской армии во главе с 27-летним М.Каддафи свергла монархический режим и провозгласила Ливийскую Арабскую Республику. В марте 1977 г. она была переименована в Социалистическую Народную Ливийскую Арабскую Джамахирию. В стране официально упраздены политические партии и правительство, парламент. В основу политического устройства положены идеи М.Каддафи (изложены в 1973-1979 гг. в его «Зеленой книге») в виде системы прямого народовластия – «Джамахирия» (государство масс), понимаемой как участие всего населения страны в решении вопросов государственной жизни. В стране отсутствует Конституция, а основным законом общества считается Коран (согласно «Декларации об установлении власти народа», принятой 21 марта 1977 г.).

Реальная власть в стране сосредоточена в руках лидера ливийской революции М.Каддафи. В стране функционировали первичные народные собрания (ПНС), объединявшие все взрослое население по территориальному признаку, наделенные правом законодательной инициативы, решения всех вопросов хозяйственной и культурной жизни на местах.

Высшим законодательным органом провозглашен Всеобщий народный конгресс (ВНК), куда входят секретари ПНС, представители массовых организаций, руководители отраслевых народных комитетов – министерств (всего 800-1000 человек). Принятая на сессии ВНК в марте 1990 г. «Хартия революционной законности» провозглашает, что источником законности народных собраний и народных комитетов является «законность» самой ливийской революции, а директивы ее лидера М.Каддафи обязательны для исполнения.

Следует особо отметить, что диктаторский режим Каддафи подпитывался нефтедолларами. Ливия по запасам нефти занимает девятое место в мире. Доходы от нефти в 2008 г. составили 57,2 млрд.долларов, а доход на душу населения – 14,4 тыс.долл. Разумеется, в распределении нефтедолларов участвовало далеко не все население страны, хотя доходы позволяли Ливии осуществлять некоторые социальные программы, которые прочно связывались с именем национального лидера. При этом следует учитывать, что численность населения страны составляет 6,6 млн.чел., поэтому в страну привлекалось свыше одного миллиона иностранных рабочих, которые создавали дополнительную социальную нагрузку. Если даже ливийские революционные выступления будут подавлены, то легитимность режима будет подорвана и в конечном счете приведет его к падению.

Массовые выступления оппозиции в Бенгази и попытки их подавления армией Каддафи дали благоприятный шанс для западных стран во главе с США осуществить так называемую «гуманитарную» интервенцию. Заручившись поддержкой Совета Безопасности ООН и арабских стран, была сформирована западноевропейская коалиция во главе с США, которая 19 марта начала военную операцию под названием «Одиссея. Рассвет».

Были нанесены воздушные удары по объектам ПВО, местам базирования самолетов и скопления правительственных войск, а также гражданским объектам. В Ливии была введена бесполетная зона, а наступление сил Каддафи против оплота повстанцев в Бенгази остановлена. Военная операция в Ливии вышла далеко за пределы мандата, предоставленного резолюцией СБ ООН. НАТО взяла на себя ответственность за ход боевых операций, оставив армейским подразделениям США вспомогательную роль. Одновременно начались поиски решения ливийской проблемы дипломатическим путем.

Таким образом, впервые в истории арабы почувствовали себя единым сообществом не на противостоянии Израилю или Западу, а на позитивном, гражданском стремлении к политическим переменам, смене лидеров диктаторских режимов и установлению социальной справедливости.

События в арабском мире и других странах Африки ставят вопрос о причинах таких событий и задачу выяснить роль и место лидера в политическом процессе. В этом контексте следует сделать экскурс в новейшую историю стран африканского континента.

Африканские страны при отсутствии гражданского общества и правового государства, при патриархально-подданической политической культуре на первых порах независимого развития объективно нуждались в сильной авторитарной власти. Помимо внутренних причин, формированию авторитарных режимов способствовало противоборство двух мировых систем капитализма и социализма в их борьбе за сферы влияния в Африке.

Характерной особенностью африканских государств после независимости было появление авторитарных режимов, что обусловливалось экономической отсталостью, политической нестабильностыо, слабой социально-классовой дифференциацией африканского постколониального общества. Авторитарный режим в Африке со значительными пережитками традиционных представлений и верований возник в результате ликвидации колониальной системы и создания национальной государственности.

Среди авторитарных режимов главное место занимали военно--диктаторские режимы. Наиболее реакционными формами авторитарного военно-диктаторского режима в Африке были существовавшие в первые годы независимого развития Ж.Б. Бокасса в Центральной Африканской Республике, Иди Амин Дада в Уганде, Муса Траоре в Мали, Менгисту Х.М. в Эфиопии, Хабре Х. в Чаде, Сиад Барре в Сомали, Мобуту С.С. в Заире.

Военные диктаторы присваивали себе право называться президентами. Они не принесли странам континента ни демократии, ни процветания, еще более углубили экономический и политический кризис. Ряд стран оказался вовлечен в гражданские войны с большими человеческими жертвами (Эфиопия, Чад, Либерия, Руанда, Бурунди, Заир, Ангола, Мозамбик). Наряду с военно-диктаторскими режимами для Африканского континента до последнего времени были характерны однопартийные авторитарные режимы. Особенность этих режимов состоит в том, что лидер партии, как правило, становился президентом и пользовался неограниченной политической властью. Наряду с президентской властью в этих странах формально создавались законодательные (парламент, национальное собрание) и исполнительные (правительство) органы.

В поддержку своей легитимности диктаторы в странах Тропической Африки обращаются к традиционным отношениям. В традиционном африканском обществе власть опиралась на авторитет предков, имеющий религиозный характер. В результате наследования власти вождь становился представителем предков на земле, исполнителем «высшей воли», воплощал все виды власти: экономическую, управленческую, судебную. Больше того, происходила «сакрализация власти» («святой», «священный»).

Носители власти были окружены мистическим ореолом, им приписывались сверхъестественные свойства и способности. Это давало им право для господства над подчиненными. В государстве Ашанти (на территории современной Ганы) верховный правитель – асантехене и его мать обожествлялись при жизни.

Отечественный историк Кочакова Н.Б., обобщая точки зрения отечественных и зарубежных исследователей, отмечает, что священный царь – богочеловек, сочетающий в себе сакральные (магические) и управленческие функции. «Базовой спецификой священного царя была функциональная связь (прямая или опосредованная) его персоны с природными явлениями, вследствие чего большая часть деятельности царя была посвящена подтверждению его сверхъестественных свойств, религиозным обрядам, ритуалам и религиозным запретам.

Ныне культ божественных монархов (вождей) потерял свой былой мистический характер. Однако сакрализация правителей бытует в Тропической Африке и поныне.

Так, например, в Демократической Республике Конго (ДРК) воззрения народности банту опираются на концепцию о месте и роли вождя в жизни общества. Политический уклад банту предлагает сосредоточение вокруг вождя социальной, политической и административной жизни этнической группы. У банту Центральной Африки вождь – носитель принципов справедливости, равенства и солидарности. Он является одновременно политическим и религиозным лидером, лицом, ответственным за экономическую и социальную жизнь этноса. Указания вождя не обсуждаются, а исполняются.

С распадом колониальной системы, образованием отдельных независимых африканских государств вождизм в большинстве стран исчезает как социальный институт, а существует как тип политической власти в африканских авторитарных государствах.

Типичным примером в этом отношении являлся Заир (ДРК), где президент генерал Мобуту Сесе Секо по конституции 1974 г. получил неограниченные права, сделав важнейшим элементом легитимизации персоналистской диктатуры, концепцию подлинного заирского национализма или «мобутизм».

Истоки авторитаризма известный исследователь кенийского происхождения Али А.Мазруи видит в доколониальном общественном устройстве африканских стран. В авторитарном стиле руководства он выделяет следующие черты традиционной власти, основанной:

1. на традиции авторитета старейшины или вождей, которые часто одновременно являются ее религиозными лидерами;

2. на традиции, зафиксированной в преданиях, сагах, передаваемой из поколения в поколение;

3. на военной традиции (или «традиции воинов»), которая сложилась в период активного сопротивления колониальным захватам.

Али А.Мазруи отмечает также традицию харизматического руководства и «монархическую тенденцию в африканской жизни», подчеркивая преемственность между традиционными типами власти и властными структурами освободившихся от колониальной зависимости африканских стран.

Основные черты и типология современного африканского лидера

Политическое лидерство как явление политической жизни развивается в Африке в сложной и весьма неординарной обстановке. Сохранив приверженность традиционным, исторически сложившимся социально--политическим структурам, африканское общество между тем все более активно приспосабливается само и приспосабливает к себе современные формы политического управления, элементы западной политической культуры, принципы политического руководства. Именно поэтому практика политического лидерства отличается здесь многогранностью и противоречивостью, представляя собой сочетание целого ряда разновидностей этого явления: и традиционное лидерство, при котором власть вождя основывается на святости традиций и почитании авторитета самой власти; и лидерство харизматическое, когда руководитель наделяется столь сильными и исключительными, едва ли не мистическими свойствами, обеспечивающими ему фанатическую преданность последователей; и лидерство рационально-правовое, стремящееся основываться на законе и общей целесообразности существующего порядка.

Исследователи отдают предпочтение типологии классификации политических лидеров, предложенной немецким ученым М.Вебером. Понимая под лидерством способность «отдавать приказы» и «вызывать повиновение», М.Вебер дифференцироваллидерство на следующие типы.

Во-первых, традиционное лидерство — это авторитет «вечно вчерашнего»: авторитет нравов, освященных исконной значимостью и привычной ориентацией на их соблюдение (монархическая власть, власть вождей племен, князей и т.п.). Во-вторых, харизматическое лидерство, основанное на убеждении в выдающихся, близких к сверхъестественным, способностях вождя, руководителя, пророка. Оно предполагает полную личную преданность и личное доверие.

Наконец, бюрократически правовое лидерство, основанное на законности существующей политической системы, закрепленной в конституциях. По М.Веберу, любой политический лидер должен обладать тремя решающими качествами: страстью, чувством ответственности и глазомером.

Последнее психологическое качество означает «дистанцию по отношению к вещам и людям», т.е. обуздание души, проявляющееся в тщеславии, когда «стремление к власти не диктуется интересами дела, становится предметом сугубо личного самоопьянения вместо того, чтобы служить исключительно делу».

В реальной жизни веберовская классификация не существует в идеальном виде, происходит переплетение различных черт и характеристик.

Американский социолог С.М.Липсет считал, что молодым национально-независимым государствам, их потребностям отвечает харизматическая власть. Харизма как культ личности руководителя в качестве источника власти, обладает большой гибкостью и не требует ни длительного времени для своего формирования, ни рационального набора общепризнанных норм. Руководитель харизматического типа прежде всего является национальным героем, символизирующим в своем лице идеалы и чаяния страны. Одновременно он узаконивает новое светское правление, наделяя его даром своей благодати.

Интересные соображения высказал в свое время Аристотель о качествах которыми должен обладать лидер.

«Тремя качествами должны обладать те, - полагал Аристотель - кто намерен занимать высшие должности: во-первых, сочувствовать существующему государственному строю; ... иметь большие способности к выполнению обязанностей, сопряженных с должностью; в-третьих, отличаться добродетелью и справедливостью...

Но самое главное, – считал он, – при всяком государственном строе – это посредством законов и остального распорядка устроить дела так, чтобы должностным лицам невозможно было наживаться».

Разделяя западные политические идеалы и даже привнося на африканскую почву западные политические институты, африканские политические лидеры считают нужным всячески демонстрировать уважение к традиционным ценностям. В нем залог их популярности, столь необходимой для поддержания авторитета.

Лидеры стремятся донести до своих сторонников понятную идею, выраженную к тому же многократно. Характерная особенность общественной жизни африканских государств – это политическая реклама западного образца, различного рода митинги, рекламные стенды, портреты лидеров на майках и женских одеждах, политические песнопения и прочая атрибутика – обычное явление. Особо следует отметить использование различного рода традиционных символов власти: головных уборов, скипетров, жезлов, одежды, украшений, браслетов, масок, скамеек, тронов и т.п. Символы власти выражаются даже в величественных дворцах, огромных стадионах, храмовых сооружениях, в искусстве. Интересно отметить, что лидер эфиопского режима Менгисту Хайле Мариам во время поездок по стране возил с собой трон свергнутого императора Хайле Селассие I. Трон использовался по назначению при встречах с народом.

Методы прихода к власти лидера накладывают отпечаток на стиль его деятельности. В первые годы независимости происходил процесс радикализации политических лидеров, появлялись лидеры-революционеры, которые даже брали на вооружение марксистскую риторику. Среди этой категории лидеров – М.Нгуаби, Д.Рацирака, С.Барре, Менгисту Хайле Мариам, М.Кереку, Т.Санкара – руководители стран социалистической ориентации.

В конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века в Африке начался процесс политических перемен, переход от авторитаризма к демократии, что привело к смене второго поколения лидеров и появлению руководителей, декларирующих либеральные взгляды, провозгласивших строительство демократических обществ в своих странах.

Во многих африканских странах смена политического лидера, даже демократическим путем, нередко сопровождается драматическими событиями, столкновениями между сторонниками и противниками своих фаворитов.

В конце 2010 г. в Республике Гвинея проходили президентские выборы, в результате которых победил известный оппозиционер 72-летний Альфа Конде (он набрал 52,5% голосов). Сторонники бывшего премьер-министра страны Селу Дапена Диалло не смирились с его поражением и начали нападать на своих противников. В результате в стране было объявлено чрезвычайное положение.

Еще более драматично развиваются события в Республике Кот-д’Ивуаре, где в конце ноября 2010 г. состоялся второй тур президентских выборов, в ходе которого победу одержал кандидат от оппозиции Алассана Уаттару. Избирательная комиссия, согласно конституции, провозгласила его президентом страны, в то время как Конституционный совет признал победу действующего президента Лорана Гбагбо. Совет Безопасности ООН, Африканский союз, Экономическое сообщество стран Западной Африки (ЭКОВАС) потребовали от Гбагбо признать поражение на выборах и уступить власть лидеру оппозиции. В противном случае ЭКОВАС выразило готовность пойти на вооруженное вмешательство. Ранее ЕС, США и Франция также предъявили Гбагбо ультиматум и ввели финансовые и визовые санкции. На фоне продолжающегося политического кризиса в стране не прекращаются беспорядки и столкновения между противоборствующими силами. Тысячи людей, опасаясь новой гражданской войны, нашли убежище в соседней Либерии. Большинство беженцев – женщины и дети, сторонники А.Уаттару.

По существу в Кот-д’Ивуаре происходит своеобразный конституционный переворот во главе с проигравшим выборы бывшим президентом. Ситуация обостряется тем, что в это противостояние вовлечены тысячи граждан страны, погибли сотни мирных жителей. Следует также учитывать и то обстоятельство, что Алассана Уаттару – выходец из мусульманского севера страны, что чревато гражданской войной на этнорелигиозной почве.

Борьба за власть в африканских странах носит весьма ожесточенный характер и ведет к разрушительным последствиям. Учитывая эти явления, в Учредительном акте Африканского союза (АС) зафиксировано право на интервенцию в государство-участника организации в случае наличия чрезвычайных обстоятельств – геноцида, военных преступлений, преступлений против человечества. Важным положением Учредительного акта АС является осуждение неконституционной смены власти в странах – членах Союза и недопущение к участию в работе АС представителей правительств, пришедших к власти таким путем (статья 30 Учредительного акта АС).

Новое поколение африканских лидеров: политические пристрастия и стиль

В ходе политической модернизации в конце ХХ и начале XXI вв. в африканских странах возникли предпосылки становления демократических режимов, привлечения широких слоев населения к участию в политической жизни. Ряд государств пошли по пути формирования демократических процедур и институтов развития гражданского общества. Среди них можно назвать ЮАР, Нигерию, Сенегал, Ботсвану, Гану.

Особый интерес представляет развитие демократических институтов в ЮАР, где в 1994 г. была ликвидирована система апартеида. Принципиальное изменение политической системы стало возможным в результате национального примирения между господствующим белым меньшинством и национально-освободительным движением угнетенного большинства. Наметившаяся устойчивость институтов демократии (успешное проведение четырех свободных нерасовых выборов: в 1994, 1999, 2004 и 2009 гг.) и гражданского общества привела к конституционной смене президента Н.Манделы, Т.Мбеки и прихода к власти Джокоба Зумы. Политическое урегулирование в 1994 г. способствовало определенному экономическому оздоровлению, была выдвинута программа «позитивных действий», призванная создать для африканского населения приоритетные условия их продвижения по социальной лестнице: установление обязательной квоты при приеме африканцев на работу; увеличение их возможностей в сфере образования и профессионального обучения, создание благоприятных условий для африканского бизнеса.

В политической сфере в ЮАР функционируют многие атрибуты демократического правления – конституция, выборы, разделение властей, хотя они и действуют не в полную силу. В стране сложилась своеобразная нелиберальная демократия. Несмотря на отчетливую тенденцию к централизации управления и установлению контроля над законодательной и судебной властью в ЮАР действует активная оппозиция, независимые СМИ, суды в рамках существующего гражданского общества.

Суть нелиберальной демократии (термин, предложенный американским политологом Ф.Закария) состоит в том, что избранные демократическим путем политические режимы нарушают конституционные пределы их власти, основные права и свободы граждан. Нелиберальная демократия нередко становится следствием преждевременной демократизации. Преодоление негативных сторон нелиберальной демократии во многом зависит от политического лидера. В этом контексте заслуживает внимания деятельность бывшего президента Федеративной Республики Нигерии – Олусегуна Обасанджо.

В 1999 г. после почти 30-летнего военного правления Нигерия обрела конституционное гражданское правительство, которое возглавил О.Обасанджо.

Одновременно с приходом к власти демократически избранного президента 29 мая 1999 г. вступила в действие новая конституция, которая провозгласила принцип разделения властей, многопартийность, установила верховенство федерального законодательства и наделила президента большими полномочиями. Новый лидер сумел предотвратить развал страны, вел эффективную борьбу с коррупцией, возвратил в казну почти миллиард долларов, украденных кланом последнего военного диктатора Абачи.

Главной силой, оказывающей реальное воздействие на ход развития Нигерии со дня обретения независимости, была армия. Влияние армии не ограничивается политикой и распространяется на экономику, культуру, идеологию, религию. Именно армия в большинстве случаев приводила к власти диктаторов. В последнее время в Нигерии много сделано для преобразования и обновления вооруженных сил. Началось массовое увольнение из армии генералов и офицеров, занимавших высокие посты при военном режиме. Среди них — министры, военачальники, главы администрации штатов страны. По указу президента Обасанджо были уволены 29 высших военных чинов, свыше 40 генералов и офицеров ушли в отставку добровольно.

Избрание нового президента Обасанджо, йоруба из южной Нигерии, христианина, вызвало определенные противоречия между северянами – хауса, мусульманами и южанами – йоруба, христианами. Президент в связи с этим призвал своих сограждан подняться выше узкого национального мьшления. Себя Обасанджо провозгласил лидером всех нигерийцев. Росту престижа президента в немалой степени способствовали его весьма активная деятельность как на Африканском континенте, так и на международной арене в целом, и, в частности, вклад, который внесли Нигерия и лично О.Обасанджо в создание Африканского союза (АС) и разработку программы «Новое партнерство для развития Африки» (НЕПАД), в урегулирование африканских конфликтов и деятельности миротворческих сил ООН и АС. Второй и последний, согласно Конституции, президентский срок Обасанджо заканчивался в мае 2007 г. Несмотря на возможность изменить Конституцию, чтобы позволить главе государства баллотироваться на третий срок, Обасанджо предпочел оставаться гарантом Конституции и отверг инициативу партии власти – Народно-демократической партии (НДП), лидером которой он является. Преемником президента стал губернатор штата Кацина мусульманин Умару Яр-Адуа. К сожалению, новый президент, ушел из жизни в 2010 г., и президентом стал бывший вице-президент Тудлак Джонатан. Съезд НДП гарантировал О.Обасанджо сохранение контроля над страной после отставки. В устав НДП было внесено положение о назначении О.Обасанджо «совестью партии». Такой титул наделяет бывшего президента правом контролировать партийный бюджет, назначать и увольнять членов партии в государственных структурах по своему усмотрению.

Для африканских стран проблема смены лидера имеет исключительно важное значение, поскольку является показателем демократичности правящего режима.

В разных странах этот процесс проходил и происходит по-разному. В Танзании Дж.Ньерере ушел добровольно с поста президента в 1985 г., обеспечив передачу власти своему преемнику, которым стал Али Хасан Мвиньи. Примерно также произошел переход власти от Л.Сенгора к А.Диуфу, а от него к А.Ваду в Сенегале, от Н.Манделы к Т.Мбеки в ЮАР. Однако эти примеры единичны. В ряде стран новые лидеры приходили к власти после ухода из жизни их предшественников (Дж.Кениата, А.Нето, Г.А.Насер, С.Машел) или же они оказывались у власти в результате военных переворотов, как это было в Алжире, Гане, Гвинее (Конакри), Нигерии, Мали, Конго и др.

С целью поддержки демократических принципов в рамках конституционного правления известный предприниматель суданского происхождения Ибрахим Мо создал фонд своего имени. По решению Мо, каждый год выдается премия в 5 млн. долларов тому африканскому лидеру, который покинул пост после конституционного окончания срока правления. Комитет по выдаче премий возглавил бывший Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан. Первым лауреатом этой премии в 2007 г. стал бывший президент Мозамбика Жоаким Чиссано. Кроме премии он получает пожизненную пенсию в размере 200 тыс. долларов в год.

Будучи главами государств, руководителями правящих партий, идеологами, африканские лидеры наделяются большими полномочиями. В них переплетается авторитет власти иавторитет личности. Президент не только высшее должностное лицо, но и олицетворение государства, нации. Авторитет лидера способствует возвеличиванию государства, его влияния на международной арене.

Лидеры «третьей волны», кроме приверженности либерально-демократическим взглядам, должны сдать экзамен на профессионализм, честность и неподкупность, а главное не держаться за власть и отстаивать интересы широких слоев населения. В институционном плане ряд функций лидера должны отойти к представительным органам власти: национальным парламентам, судебной системе, местным органам власти. По существу речь идет о разделении ветвей власти в рамках концепции сдержек и противовесов, проведение честных и соревновательных выборов, ограничение сроков избрания одного и того же лица на президентском посту.

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив