Прекращение санкционной войны может спасти российскую экономику

10 ноябрь 2014
Автор:
Санкционная война, ставшая следствием присоединения Крыма к России и событий на востоке Украины, превращается в фундаментальную угрозу стабильности российской государственности. А разговоры о том, что санкции и наши контрсанкции только пойдут на пользу отечественному производителю, не более чем миф.
Что мы теряем
 
Первые санкции против России появились после оформления присоединения Крыма—в 20-х числах марта. Для части россиян первым реальным шоком стала блокировка карт банка «Россия», СМП-Банка и ряда их дочерних банков международными платежными системами VISA и МаsterCard 21 и 22 марта. С тех пор карточки других санкционных банков ни разу не блокировали и не собираются. Как не собираются отключать Россию и от глобальной системы международных финансовых сообщений SWIFT, от которой отключили Иран.
 
Поначалу официально российские политики и чиновники публично иронизировали над международными санкциями. А самый ироничный из них, Рамзан Кадыров, даже запретил въезд лидерам США и Евросоюза на территорию Чечни. Однако ирония быстро улетучилась, когда к американским санкциям присоединился Евросоюз, а в санкционные списки попали все ведущие российские госбанки — Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк и Россельхозбанк, крупнейшие оборонные компании и главная нефтяная компания страны «Роснефть». Все они отрезаны от западных рынков капитала и не могут по привычке занимать там деньги для обслуживания своих прежних долгов. Причем санкции против российских банков ввела даже нейтральная Швейцария — для банковского бизнеса это признак того, что на России поставлено клеймо.
 
«Газпром» формально не попал под европейские санкции. Но если ему не удастся обеспечить эффективный транзит газа зимой в Европу через территорию Украины (к слову, реализация одного из главных альтернативных маршрутов газового транзита из России — газопровода «Южный поток» — заморожена Евросоюзом из-за роли России в украинском кризисе), виноватым, безусловно, окажется российский газовый монополист. В любом случае ЕС больше не рассматривает «Газпром» как абсолютно надежного поставщика газа и будет ускоренными темпами уменьшать энергетическую зависимость от России.
 
Минимальные западные оценки потерь России только от европейских санкций без учета американских — примерно 200 миллиардов долларов за два года. Это десятая часть годового ВВП России. Максимальные российские оценки всех потерь всего Запада от своих санкций, прозвучавшие из уст советника президента РФ по экономике Андрея Белоусова, — порядка 40 миллиардов долларов. Это чуть больше полутора годовых бюджета одного города Лондона или чуть больше половины годового бюджета одного города Нью-Йорка.
 
Между тем госбанки и крупнейшая нефтяная компания «Роснефть» уже сейчас обращаются за финансовой поддержкой к государству. Финансовых ресурсов для сохранения нынешнего внешнеполитического курса у России явно не хватает, а дальше этот «кассовый разрыв» будет только расти. Ведь против России пока не ввели главную санкцию: США в любой момент могут снять эмбарго с поставок иранской нефти в ряд государств-союзников или договориться с Саудовской Аравией об увеличении поставок, что обрушит цены на нефть. При этом добыча нефти в России уже и так находится на предельных максимумах и продолжит падать без освоения новых месторождений, прежде всего арктического шельфа. А американский нефтяной гигант EххоnMobil, у которого есть технологии бурения шельфа, в отличие от России, у которой их нет, в рамках санкций уже приостановил участие в девяти проектах с «Роснефтью» (из десяти).
 
Вред от эмбарго
 
7 августа Россия ввела эмбарго на год на импорт большинства видов продовольствия из США, Японии, Австралии, Норвегии и стран ЕС— тех государств, которые наказали санкциями нас.
 
Отчеты Росстата зафиксировали резкое ускорение инфляции. Потребительские цены на 1 октября с начала года выросли на 6,3%. Для сравнения, за весь прошлый год — на 6,5%. Подорожали все основные продукты питания – мясо, рыба, колбаса, даже овощи, в том числе картофель. Хотя это может быть наложением общей негативной экономической ситуации. Цены на плодоовощную продукцию росли темпами, которые характерны для весны, а не для осени, когда уже собран урожай и рынок должен быть затоварен. Росстат признает, что хотя цены на продукты росли весь год, их рост ускорился после введения странами Запада экономических санкций и нашего ответного эмбарго. Пик инфляции пришелся на июль-август. В результате в 2014 году инфляция в России, по прогнозам правительства и Центробанка, может составить 8% против изначально ожидавшихся 5%. Эксперты не исключают и 10%.
 
Проблема не в появлении на российском рынке контрабандных «белорусского хамона» или «казахстанского пармезана» -- ведь партнеры России по Евразийскому экономическому союзу Казахстан и Белоруссия не стали дублировать санкции. Проблема в резком росте цен на российские товары. В том, что ряд крупных предприятий молочной и рыбной промышленности остался без сырья, которое нечем заместить. ОАО «Мурманский рыбокомбинат» даже подал иск к правительству России — работать без запрещенной норвежской рыбы одно из крупнейших предприятий Мурманска не может технологически.
 
На этом фоне вводить очередные ответные санкции как минимум недальновидно. Тем не менее, такие мысли есть — в частности, в Госдуме обсуждают законопроект о возможном аресте имущества иностранных компаний и гражданских лиц в России в ответ на аналогичные действия Запада. Глава Министерства экономического развития России Алексей Улюкаев в интервью телеканалу «Россия 24» выразил надежду, что депутаты такой законопроект не одобрят: «Нет более надежного средства вызвать отток капитала, как принимать такие законопроекты и даже обсуждать их».
 
Отток капитала из России и так идет ударными темпами. В этом году прогнозируют минимум 90–100 млрд. долларов, а некоторые эксперты говорят и вовсе о 150 млрд. До сих пор рекордным был кризисный 2008 год — тогда утекло 129,9 млрд., причем 75 млрд. непосредственно в ходе пятидневной войны России с Грузией. Так что если сейчас начать в ответном санкционном раже арестовывать имущество и капиталы иностранцев — из России сбегут даже самые стойкие и смелые. Среди других, не введенных пока, ответных санкций обсуждался запрет на импорт промышленных товаров из стран Запада, в частности автомобилей. Между тем российские чиновники на «Лады-Калины» пока отчего-то не пересаживаются.
 
«Курс доллара достиг 48 рублей. Падение ВВП России составляет 10%. Мировые цены на нефть опустились до 80 долларов за баррель» -- таковы параметры «тотально негативного» сценария развития российской экономики в ближайшие годы, который среди прочих обсуждался на недавнем совещании правительства. Уже сейчас нефть подбирается к 90 долларам за баррель, а курс доллара впервые в российской истории достиг отметки в 40 рублей. Если Россия решит и дальше участвовать в санкционной войне, этот самый «тотально негативный» сценарий покажется невинной мелодрамой.
 
Российский хамон
 
Кроме вариантов ответных санкций, в российском политическом истеблишменте активно ведутся речи о пользе западных. Главных тезисов два: что санкции подтолкнут нас к тотальному замещению импорта и что Азия (точнее, Китай, ибо вторая наиболее экономически мощная страна региона Япония в политическом смысле является Западом) заменит нам Запад. И то и другое, мягко говоря, неправда.
 
«За предстоящие полтора-два года необходимо совершить настоящий рывок в повышении конкурентоспособности российского реального сектора», — заявил президент России Владимир Путин на заседании Госсовета по развитию отечественного бизнеса в условиях санкций в середине сентября. Правительству поручили до 1 октября (за две недели) разработать и утвердить программу импортозамещения. Замещать импорт отечественной продукцией необходимо как можно быстрее, заявил российский президент. Чтобы заместить его полностью, нужно будет два года, полагает он.
 
К 1 октября никакой программы импортозамещения, разумеется, так и не появилось. Она в любом случае оказалась бы фикцией. В современном мире не осталось стран, которые бы ничего не импортировали. Даже Северная Корея, не публикующая никакой официальной экономической статистики примерно 50 лет и считающаяся символом абсолютной закрытости от мира, импортирует товаров примерно на 5 млрд. долларов в год. Экспортеры тоже ведут статистику, поэтому факт импорта в современном мире утаить невозможно.
 
Представим себе, что мы действительно хотим через два года все на свете производить сами: пармезан с хамоном, китайскую обувь и шестой (к тому времени, правда, уже наверняка появится седьмой или даже восьмой) айфон. Только как этого добиться? На этот вопрос на вышеупомянутом Госсовете начал отвечать сам глава государства. «Во-первых, нужно обеспечить доступность кредитов», — сказал президент.
 
Это правда. Но ставки по кредитам невозможно устанавливать президентскими указами. А рыночная конъюнктура такова, что деньги для банков дорожают. Но если деньги дорожают для банков, они неизбежно будут дорожать и для заемщиков. В противном случае банки просто разорятся. Можно заменить банковское кредитование прямыми госинвестициями, беспроцентными кредитами или кредитами госкорпорации «Внешэкономбанк» под фиксированный государством крошечный процент. Но у государства просто нет таких денег.
 
Конечно, еще возможны и даже необходимы инвестиции частного бизнеса. Но инвестиции в российскую экономику начали падать еще до украинского кризиса и международных санкций. Продолжают падать и сейчас. Еще одну причину, по которой у нас не получится полностью заместить импорт за два года, обозначил бывший министр финансов Алексей Кудрин: «Качество государственного управления, я бы не сказал, наихудшее, но оно не соответствует задачам экономического роста». По его мнению, повышение прозрачности и эффективности госуправления могло бы дать от 1,5% до 2% экономического роста ежегодно. «Не в первый год, конечно, но в течение нескольких лет этот потенциал мог бы быть реализован», — заявил Кудрин. Фактически экс-министр финансов просто сообщил, что у нас на разных этажах государственной вертикали ежегодно воруют от 1,5% до 2% ВВП.
 
Дожить до 2020-го
 
А вот как выглядят реальные планы импортозамещения. Российское правительство намерено к 2020 году добиться снижения зависимости от импорта мяса втрое, а от импорта молочной продукции — на треть. То есть, далеко не полностью и не за два года, а за шесть. Такие данные размещены на сайте правительства РФ.
 
«Реализация мероприятий плана позволит обеспечить к 2020 году увеличение производства сельхозпродукции, сырья и продовольствия и снижение зависимости внутреннего продовольственного рынка от импортных поставок мяса с 21,6% до 7,7%, молока и молочной продукции с 23,6% до 16,6%, овощей с 14,6% до 10,1%», — поясняется в справке к «дорожной карте» содействия страны импортозамещению в сельском хозяйстве.
 
Россия собирается создать Национальную систему платежных карт. Это можно сделать за год-полтора. Но эта система не сможет стать международной многие годы, а от блокировки карт за пределами России она все равно не спасет. Даже для полного импортозамещения в оборонно-промышленном комплексе России понадобится несколько лет. Сколько именно, не говорит даже вице-премьер Дмитрий Рогозин. Притом не факт, что наши аналоги в «оборонке» окажутся лучше импортных. Были бы лучше, не закупали бы вооружение в странах НАТО.
 
Еще один миф -- намерение спастись от недружественного Запада в объятиях якобы дружественного нам Китая. Оставим в стороне китайские политические и географические интересы. Проблема в том, что сейчас Китай решает задачу, прямо противоположную российской, – переходит от относительной самоизоляции к массированной финансовой экспансии на западные рынки. С экономической точки зрения, мы с Китаем на полных скоростях едем в разные стороны.
 
Годовой товарооборот Китая с Соединенными Штатами, по данным на 2013 год, превысил 600 млрд. долларов (в семь раз больше, чем с Россией), а с ЕС – подбирался к этим же самым 600 млрд. (в шесть раз больше, чем с Россией). Китай активно скупает активы в странах ЕС и пытается укрепиться на американском рынке. Китай анонсировал скорое появление в стране полноценных частных банков и проводит реформу, направленную на большую открытость своей банковской системы миру. В отличие от российских банков, китайские не имеют санкционных ограничений в заимствованиях на западных рынках. Более того, Китай уже имеет опыт помощи странам ЕС во время финансовых кризисов. А Россия, у которой еще год назад просил экстренный кредит на спасение своей финансовой системы член Евросоюза Кипр, в обозримом будущем точно не сможет финансово помогать европейским банкам.
 
Газовый контракт века с Китаем на 400 миллиардов долларов сроком на 30 лет, подписанный летом 2014 года, тоже не сулит России радужных перспектив. Во-первых, Китай уже сейчас способен заместить будущий российский газ катарским и туркменским (последний всегда будет дешевле российского). Во-вторых, России еще надо построить газопровод в Китай «Сила Сибири», на который у «Газпрома» нет своих денег, а Китай не торопится давать аванс в 25 миллиардов долларов. Но, главное, Россия не сможет шантажировать газом Китай, как делала это со своими партнерами по СНГ и ЕС. Потому что те без российского газа обойтись не могут, а Китай может.
 
Так что если Россия намерена оставаться в нынешних границах, не попасть в тотальную политическую зависимость от Китая и не погрузиться в долгосрочный экономический кризис или даже в коллапс, ей необходимо как минимум немедленно отменить свои санкции против Запада и не вводить новых.
 
Комментарии экспертов
Сергей Марков
Сергей Марков
член Общественной палаты РФ, директор Института политических исследований
Я положительность эффекта от санкций могу описать на случае из своей жизни. Как-то случился у меня остеохондроз. Пошел я к врачу, он мне говорит: «Можно оставить все по-прежнему, сделаем укол и станет легче, но потом опять придется делать укол снова и снова, а можно пойти в тренажерный зал и позаниматься два месяца, тогда этот остеохондроз пройдет естественным путем». Я выбрал тренажерный зал, и болезнь прошла. Таким образом, остеохондроз пошел мне в плюс, но только в том смысле, что он стал для меня стимулом изменить свою жизнь. Точно так же с санкциями.

 

Эти санкции нанесли удар по предыдущей модели, смысл которой был в том, что Россия не является самостоятельным технологическим и экономическим центром, сама не продуцирует большого объема современных технологий, но берет их и инвестиции у Запада. Те, кто создавал эту модель, говорят: ну посмотрите, Петр I делал по такой же модели, большевики в 20-30-е гг. по такому же пути шли и только в 60-70-е пришли к самостоятельности, но вошли в кризис. Китай, Япония все делали по такой же модели, поэтому давайте мы будем делать так же. Этой модели наступил конец, она зашла в тупик, по ней жить невозможно.
 
Многие люди, и я в том числе, раньше говорили о том, что такая модель не будет реализована, потому что всегда найдутся причины, по которым нам не дадут ни инвестиций, ни технологий. Сейчас это очевидно всем.
 
Пока мы получаем от санкций минусы, а плюсов пока нет, ведь смены экономической модели не произошло. В тренажерный зал никто не пошел. Мне, чтобы начать заниматься, понадобились воля и решительность. Такая же воля сейчас требуется и от руководства страны. Можно либо сменить экономический блок правительства, либо его перенастроить — сменить тех людей, которые не в состоянии работать по новой модели, а тем, кто в состоянии, дать мощный стимул. Но сами условия санкций не могут стать таким стимулом без проявления политической воли.
 
Конечно, эту войну санкций надо прекращать, но это вряд ли будет сделано. Сейчас нас бьют, а мы чуть-чуть отвечаем и говорим: «Давайте дружить, давайте прекратим драку». Драку-то они прекратят, но дружбы уже не будет. А для инвестиций и технологий по прежней модели развития нужна именно дружба и позитивное отношение. Этого точно уже не будет.
 
Новые важные технологии, которые могли бы нам позволить совершить рывок в развитии, Запад нам уже не даст, значит, нам придется создавать их самостоятельно. В этом заключается новая модель развития для России. Конечно, можно взять какие-то технологии у Китая и Индии, но у них уровень экономического развития может повыше, чем у нас, но уровень технологического развития отстает. По развитию в области авиации, космоса, атомной энергетики они сами все берут у нас, мы по-прежнему их опережаем. Нам надо подумать, как эти технологии создать, нужно вести разработки, финансировать науку, создавать новые материалы.
 
Модернизация по прежней схеме уже невозможна, а новая пока не разработана. По советскому пути строго пойти нельзя, а какой этот путь? Мы должны будем создать собственную модель. Во многом она не уникальна, потому что Китай сейчас также уходит от привлечения западных инвестиций и технологий и начинает генерировать собственные.
 
Санкции сулят России большие плюсы, но они могут быть реализованы, только если будет проявлена политическая воля и приняты конкретные шаги к переходу на новую модель развития.

 

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив