Как показало недавнее морское соревнование в Южно- и Восточно-Китайских морях, Пекин недооценил эмоциональные заряд, который несут территориальные споры, и преимущество, которое они дали своим соседям, чтобы обострить эти разногласия и отвлечь внимание публики от собственных насущных социо-экономических и политических вопросов. Дорогостоящая и опасная игра активизации националистических риторик сейчас раздувает климат, который может продлиться в Азии всю следующую декаду.

Размышления о биполярном мире завтрашнего дня (так называемый G-2, Китай против США) не должны волновать Азию. Это, прежде всего, проблема Запада. Следовательно, несмотря на разговоры о возможном будущем G-2 мире, главная проблема безопасности Азии остается старой: отсутствие панконтинентальных, мультилитеральных установок на самом большом в мире континенте.

***

На восточном, господствующем фланге Евразийского континента – китайская головокружительная экономика, которая слишком хорошо интегрирована в систему нефтедоллара. Сейчас Пекин не может позволить себе выделить ресурсы на поиск альтернативы (китайская экономика основана на низкой заработной плате и высокой интенсивности труда, китайские доходы сильно зависят от экспорта, а китайские резервы это преимущественно смесь долларов США с облигациями казначейства США). Чтобы оставаться социо-политически и экономически значимым Китаю требуется больше энергии и меньше внешней зависимости. Демографически-миграционное давление огромно, региональные запросы высоки, а ожидания нависли грозовыми тучами. В поисках лучшего противовеса зависимости от внешней энергии Китай обратился в сторону военных преобразований, и не стал инвестировать в развитие альтернативной/зеленой энергетики – времени и ресурсов делать и то, и другое у них нет. Пекин не учитывает общую картину и, скорее всего, напрасно верит, что политика сдерживания (особенно в Южно-Китайском море) для них не допустима, и – в то же время - ископаемое топливо в наличии (например, в Африке и Персидском заливе) и станет даже дешевле с помощью военных кораблей.

В действительности, китайское военное наращивание только укрепит существующие и добавит новые разногласия о безопасности с соседними странами, в первую очередь с США. Это может привести к политически-военной изоляции, что идеально вписывается в демонизацию Китая во влиятельных западных СМИ и впоследствии оправдает (политически и финансово) смелое усиление присутствия американских военных сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе, особенно в Южно- и Восточно-Китайских морях.

Следовательно, китайское соревнование за военно-морской контроль только укрепит позиции США в Азиатско-Тихоокеанском регионе. США отметили, что на сегодня половина мирового торгового потока проходит через Южно-Китайское море. Поэтому соединенные штаты используют любые региональные споры и разногласия для своей собственной выгоды, включая стоимость разделения военного присутствия с местными партнерами, чтобы сохранить центральное положение на морской окраине, которая аркой проходит от Персидского залива через Индийский океан, Малакку, Южно- и Восточно-Китайские моря до Тихого океана.

Настоящая проблема – оптимизировать (моральные, политические и финансовые) затраты в достижении национальных стратегических целей. В этом случае, решением для Китая был бы поворот в сторону зеленых технологий в сумме с построением азиатского мультилатерализма. Без сближения с Индонезией, Индией и Японией у Китая нет условий, для того чтобы серьёзно развиваться и эволюционировать в грозного и надежного глобального лидера. Поэтому то, что нужно Китаю в Азии – это не морская гонка 1908, а Хельсинкский процесс 1975. Что нужно Азии в ответ от Китая и Японии – АСЕАНизация, а не Пакистанизация своего континента.

Выбор любого стратегического пути отразится на динамиках Азиатско-Тихоокеанского региона. Но результаты будут диаметрально противоположные: напористая военная стратегия – отчуждает, новые технологии – привлекают соседей. В конце концов, армии разрушают (и тратят), в то время как технологии создают (и накапливают). На этой стадии любое усиленное вооружение в Азиатско-Тихоокеанском театре только усугубит углеводородный статус-кво.

Сложно представить, что в ближайшие десятилетия кто-то сможет обыграть США в их нынешней конфигурации на глобальной площадке нефте-безопасности, нефте-финансов и нефте-военных сил. Этот тип противоборства хорошо освоен и будет и дальше только приносить пользу им и их ближайшим союзникам. Китайский защитный комплекс слишком идеологизирован, технологически устарел и инновационно инертен, в то время как комплекс США – высокоэффективный и первоклассно инновационный. Таким образом, даже в области безопасности главная проблема Китая не морской или общий военный паритет, а огромная технологическая пропасть. В конце концов, китайская армия не должна была служить целям наступления. Она была и остается идеологическим предприятием для сплоченности и необходимой центробежной силой для защиты целостности большой территории.

В пределах ОЭСР/МЭА или G-8 (страны с ресурсами, инфраструктурой, традициями и знаниями о том, как совершить технологический прорыв) – только Япония может серьезно рассматривать поворот в сторону зеленых/возобновляемых технологий. Токио находится в абсолютной зависимости от внешней энергии. После последней ядерной драмы понадобится несколько лет, чтобы пережить (психологически и экономически) шок – но Япония выучила урок. Для таких впечатляющих экономики и демографии, расположенных на небольшом участке земли, который постоянно подвергается разрушительным катастрофам (и зависимому от внешнего влияния – арабской нефти), решительный сдвиг в сторону зеленой энергии может быть единственным способом выжить, возродиться и, в следствии, освободиться.

После недавнего «землетрясение-цунами-радиация» Армагеддона, наблюдая за китайским военно-морским шумом, Япония неминуемо пересмотрит энергетическую политику и структуру своих первичных энергоресурсов.

Токио хорошо известно, как сильна близорукость азиатской геостратегии, так как многие азиатские страны или находятся взаперти своего ограниченного регионализма, или укоренились в своем экономическом эгоизме. И, наконец, Япония единственная страна Азии, которая извлекла урок из своей современной истории: о лимитах жесткой силы и решительных отражающих мерах, которые последуют от соседей. Это указывает на Дальний Восток, как на идеальную зону для зеленых технологий (а на АСЕАН – как на центр тяжести для консолидированных дипломатических и социо-политических действий) и место притяжения многих азиатов в ближайшие десятилетия.

 

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив