Может ли ислам разрушить либеральные ценности британского общества?

10 декабрь 2011
Мультикультурный тип интеграции мигрантов, легший в основу миграционной политики Великобритании с конца ХХ в., в последующем вызывал самые противоречивые оценки. 

 Одним из наиболее значительных вызовов эффективности политики мультикультурализма в Великобритании и в Европе в целом стал неудачный процесс интеграции всё увеличивающегося потока исламских мигрантов. Провал политики мультикультурализма заставил британское правительство искать новые пути решения старых проблем, которые, по мнению ряда исследователей, могут привести к разрушению традиционных либеральных ценностей. В связи с этим интеграционные процессы, происходящие сейчас в британском обществе, так же как и результаты правительственной миграционной политики в предыдущие десятилетия, всё еще нуждаются в глубоком осмыслении.

Первоначально в Великобритании ожидалась мирная ассимиляция новоприбывших путем межрасовых браков и принятия культуры большинства. Позднее заговорили об интеграции, т.е. форме принятия иммигрантов в общество страны иммиграции, при которой сохранялись культурно-бытовая специфика новоприбывающих.

Но признание английскими властями культурной автономии цветных меньшинств не решило всех проблем, возникших в связи с иммиграцией из стран Содружества. Многочисленное новое поколение «цветных» британцев стояло перед проблемами социализации и получения образования, которые невозможно было решить лишь путем предоставления этническим общинам автономии. Таким образом, концепция мультикультурализма была призвана совместить признание неспособности властей интегрировать «цветные» меньшинства как в силу предрассудков коренных британцев, так и в силу приверженности членов меньшинства традиционной культуре.

Главной отличительной чертой данной концепции является то, что, соглашаясь с политическими правилами принимающего общества, мигранты сохраняют свои этнические, конфессиональные и культурные особенности и им не обязательно полностью принимать новые обычаи и культуру конкретной страны. Они могут жить той жизнью, которая у них была до переезда, если это не противоречит правовым нормам принимающего государства.

Идея об интеграции является во многих отношениях основополагающей для понятия «мультикультурализма». Она предполагает потребность признать культурно отличные сообщества и управлять отношениями с ними, вместо того, чтобы вычеркивать их из социальной структуры общества. Мультикультурная идентичность отличается гибкостью, так как она не основывается на принадлежности к родной или чужой культуре. И именно ее гибкость позволяет более успешно приспосабливаться к новым культурным условиям, предотвращать межкультурные конфликты. Одной из основных ценностей при этом становится межкультурная толерантность.

Но судя по развитию идей мультикультурализма в британском обществе в течение многих десятилетий, данная концепция привела, в результате, сначала к различным протестам среди мигрантов, а в дальнейшим к их радикализации.

Британский мультикультурализм появился в 1960-х гг. В этот период происходит отход британского общества от идеалов британской идентичности и социальной солидарности. Исчезло понятие «империя», а основы национальной идентичности Великобритании размылись, что и привело, по сути, к современным проблемам Соединенного Королевства.

Любопытно, что британские политики во многом сами способствовали росту у мусульман интереса к своей религии. Так, в Соединенном Королевстве местные власти активно направляли средства на поддержание «мультикультурализма», что выражалось в создании религиозных школ, храмов, культурных и религиозных центров, программах социальной поддержки. Например, с помощью местных властей были созданы Совет мечетей в Брэдфорде и Федерация мусульманских организаций в Лестере.

Целями такой политики являлось устранение элементов дискриминации иммигрантов и интеграция их в европейское общество, при этом сохранялась их национальная и религиозная идентичность. Но данный подход к интеграции не оправдал надежд. В Великобритании мусульманские общины по-прежнему остаются очень закрытыми, а рост интереса к исламу ведет к росту числа сторонников радикального ислама и открытой враждебности к западным ценностям у ряда его представителей.

Вся совокупность этих факторов: усилия английских властей по созданию «мультикультурного общества», социальная и экономическая неустроенность, раздражение от столкновения с западным стилем жизни заставляют иммигрантов исламской веры, особенно второго и третьего поколений, вставать на путь радикального ислама.

Помимо вышеперечисленных последствий применения концепции мультикультурализма в Великобритании, необходимо также выделить следующую проблему - расселение иммигрантов. Исторически сложилось, что иммигранты всегда стремились к компактному проживанию. Это приводило к обособлению иммигрантских диаспор, особенно в окрестностях Лондона и других больших городах страны. Как правило, переселенцы живут в изолированных анклавах. При этом мигранты довольно крепко держатся за свои веру, обычаи, язык и уклад жизни.

Как отмечает доктор экономических наук, политолог В. Иноземцев,

будучи не в состоянии адаптироваться в чуждой для них среде, переселенцы с периферии быстро образуют замкнутые сообщества, где воспроизводят традиционные привычные для них связи и отношения, продолжают преобразовывать социальную среду западных стран, не разделяя, а иногда даже не понимая принципов гражданского общества.
На этой основе формируются неинтегрированная в социальную систему часть мигрантов. Это представляет серьезную проблему и угрозу для безопасности страны.

 

Следует отметить, что правительство Великобритании предпринимает различные шаги для искоренения такой сегрегации общества. Проводятся меры по рассредоточению социального жилья, повышению качества обучения и увеличению возможностей доступа к различным образовательным программам. Правда, пока это не привело к желаемому результату. Ввиду того, что многие мигранты предпочитают соединиться с существующими в Лондоне диаспорами, возникает угроза вытеснения коренных лондонцев из города, что соответственно приведет к росту цен на жилье и воздействию на качество жизни.

Помимо всего прочего, серьезным испытанием практики мультикультурализма в Великобритании стал международный терроризм. Он вызвал огромные проблемы для подавляющего числа законопослушных мусульманских общин Британии, так как выросло недоверие коренного населения ко всем мигрантам исламского вероисповедания в целом. Постоянная настороженность британского населения по отношению к мигрантам, зачастую даже обращение к дискриминационным мерам, нежелание считаться с мусульманскими традициями - все это способствовало изоляции и активной радикализации молодых мигрантов.

Сама политика мультикультурализма привела к такому развитию событий. Усиливая надзор, британские власти в то же время предоставляли исламистам убежище, возможность открыто проповедовать и вести пропаганду. Мультикультурализм обладал двойной привлекательностью: он позволял государству казаться терпимым за счет многочисленных прав, предоставляемых меньшинствам, и в то же время скорее изолировал последних от остального общества, чем обеспечил их интеграцию.

Но нынешнее правительство, в частности, премьер-министр Дэвид Кэмерон, приходят к мысли о том, что такая вседозволенность является чрезмерной и даже опасной. Мультикультурализм служил когда-то признаком европейского культурного либерализма. Однако когда мультикультурализм начали осознавать как фактор, притягивающий терроризм, пути либерализма с ним разошлись.

Если говорить о пересмотре политики мультикультурализма, то первые шаги в этом направлении были сделаны после беспорядков на расовой почве в нескольких городах Великобритании весной-летом 2001 г. Затем последовали террористические атаки на США 11 сентября 2001 г., оккупация Ирака. Все это способствовало зарождению напряженности в британском обществе и требовало определенных изменений в политике государства.

В 2000 г. был опубликован доклад профессора Лондонской школы экономики и президента Академии научных обществ, члена Лейбористкой партии лорда Бикху Парекха «Будущее мультиэтничной Британии». Наибольшее неприятие у общественности вызвали предположения автора доклада о том, что по своей сути так называемая «британская идентичность» всегда была глубоко расистским понятием.

Б. Парекх утверждал, что

иммигранты питают уважение к британскому государству, но не к британским ценностям, привычкам и образу жизни.

Он задал целый ряд вопросов: что может быть более разрушительным для формирования смешанного, поликультурного сообщества? Что является истинной причиной приезда иммигрантов, если они на самом деле не уважают британский образ жизни и не готовы принимать британские ценности? Итогом доклада стало заявление, что мультикультурализм – это рецепт постоянной дифференциации, разделения и противостояния в обществе.

Помимо всего прочего в этот период наблюдалась довольно ярко выраженная поляризация позиций британской системы власти и управления британских мусульман. Доклад Комиссии Кантла о сплоченности и единстве общин содержит данные о крайней расовой сегрегации в городах, где проходили протесты. Выводы доклада в полной мере не соответствовали принципам политики мультикультурализма, которую Великобритания пыталась проводить. По мнению его авторов, чтобы исправить сложившуюся ситуацию, нужно повысить и укрепить чувство гражданственности путем эффективного признания традиционных национальных ценностей Соединенного Королевства британскими мусульманами.

Но на этом пересмотр политики мультикультурализма правящей лейбористской партией не закончился. Лейбористы противопоставили «белые» движения и субкультуры «мусульманским» движениям и культурам, которым чуждо, по их мнению, главное в политике мультикультурализма - право на выбор вплоть до выбора религии.

В ведущих британских изданиях появилась серия публикаций, посвященных переосмыслению перспектив мультикультурализма в Британии. Тогдашний министр внутренних дел страны Дэвид Бланкет предпринял меры, определенно свидетельствующие об отказе от политики мультикультурализма.

Под сомнение была поставлена достоверность браков по договоренности родителей. Руководство страны не намерено было дольше терпеть изолированное существование мусульман в своих анклавах. От всех граждан страны стали требовать знание английского языка и основ доминирующей культуры - английской.

Позднее свои идеи Бланкет осветил в «Белой книге» 2002 г. – «Безопасность границ, Безопасная гавань: интеграция с разнообразием в современной Великобритании», в которой утверждается: чтобы чувствовать себя защищенными и противостоять различным угрозам со стороны радикально настроенных мигрантов, нужно укреплять систему национальности. Эта работа знаменовала отход от политики мультикультурализма.

Интересно, что правящая партия лейбористов всегда выражала заинтересованность в голосах «цветных» избирателей, однако теперь лейбористы стремились получить их голоса во имя идеи «британскости». Ассимиляция или аккультурализация вновь были провозглашены желанной целью британского общества. В этой связи исламу отвели роль одной из британских религий.

Правительство Великобритании, начав политику укрепления «британскости», ставило главной целью формирование новой модели интеграции меньшинств в общество страны и не допущение «культурного сепаратизма» в мусульманских общинах. Например, Гордон Браун, ставший позднее премьер-министром, в 2007 г., на встрече с представителями мусульманского сообщества страны, заявил, что «вера в мультикультурализм способствовала преднамеренному ослаблению нашей коллективной идентичности» .

В 2008 году фактически официальный провал политики мультикультурализма в Британии был освещен в докладе Королевского института оборонных исследований. Документ, подготовленный профессором Гвином Принсом и бывшим лидером консерваторов в Палате лордов маркизом Солсбери на основе мнений отставных военных, дипломатов и ученых, был в основном посвящен вопросам безопасности и борьбы с терроризмом.

В докладе утверждалось, что размывание национальной идентичности и утрата веры в свои цивилизационные ценности делают Британию легкой добычей для террористов.

Авторы резко критиковали идею мультикультурализма.

Соединенное Королевство заставляет думать о себе как о легкой мишени; это расколотое пост-христианское общество, в котором растут разногласия по поводу собственной истории, национальных задач, ценностей и политической идентичности; раскол усугубляется из-за упорного нежелания отдельных групп населения интегрироваться в британское общество… Провозглашение ошибочного лозунга мультикультурализма дезориентирует иммигрантские сообщества и подрывает позиции тех, кто пытается изнутри бороться с экстремизмом.

 

По мнению авторов доклада, общество должно ясно осознавать, в чем заключаются его базовые ценности, а иммигранты должны принимать эти ценности как свои, что, разумеется, не лишает их права сохранять свою веру. После оглашения данного доклада последовала предсказуемая реакция со стороны британского правительства, которое отнеслось к нему довольно критично и не согласилось с тем, что Британия - это «расколотое общество».

Но в 2011 году события развивались иначе. Речь премьер-министра Великобритании Дэвида Кэмерона на конференции по безопасности в Мюнхене вызвала бурную реакцию мировой общественности. Многие аналитики сразу назвали речь Кэмерона едва ли не лучшей из всего, что он успел сказать за то время, пока стоит во главе правительства. Такое внимание речь Кэмерона привлекла, так как затронула одну из самых важных проблем не только современного британского, но также и европейского общества - проблему увеличения количества прибывающих мусульман, их безуспешную интеграцию, и, как результат, зарождение радикального исламизма.

По словам премьер-министра, терроризм, финансируемый исламскими экстремистами, является реальной угрозой европейской безопасности. Особенно Дэвид Кэмерон обратил внимание на развитие учений радикального ислама на территории Великобритании. Главной причиной такого положения дел стала культивируемая в Соединенном Королевстве долгие годы политика мультикультурализма.

Кемэрон говорил о том, что Великобритания не смогла провести успешный процесс интеграции и адаптации мигрантов к национальным культурным традициям, в результате чего, помимо сегрегации общества, произошло постепенное ослабевание коллективной идентичности самой страны.

По словам Кэмерона, многие мусульмане, исповедующие традиционный ислам, до сих пор не могут до конца интегрироваться ни в британское общество в частности, ни в европейское в целом. Они ведут в британских мечетях проповеди на каком угодно языке кроме английского, бьют и убивают членов своих семей, чтобы не дать им породниться с европейцами, запрещают детям получать образование в британских университетах, живут обособленно от основного социума в закрытых гетто.

Но премьер-министр противопоставил этих плохо интегрированных мигрантов-мусульман, которые, тем не менее, не замешаны в террористической деятельности хорошо образованным и интегрированным в общество экстремистам. В связи с этим Кэмерон призвал «истинных» мусульман объединить усилия, чтобы предотвратить последующие атаки со стороны радикально настроенных исламистов.

Тем не менее, положительного отклика со стороны мусульман на данный призыв к сотрудничеству с британским правительством не последовало. Вскоре после речи начались митинги крайне правой антимусульманской Линии английской обороны.

Реакция большинства мусульманских общественных и политических деятелей, исламских организаций и средств массовой информации Соединенного Королевства демонстрировала, прежде всего, то, что британские власти предстают в их сознании исключительно в образе врага, от которого не стоит ждать ничего хорошего и главная цель которого - лишний раз унизить и оскорбить и без того постоянно унижаемых и оскорбляемых мусульман Великобритании.

Тем не менее, среди мусульман страны нашлись те, кто оказал поддержку идеям Кэмерона. Например, фонд Киллиама согласился с мерами, предложенными Кэмеронам по устранению радикального экстремизма.

Одним из главных условий укрепления общенациональной идентичности по предложению Кэмерона должно стать обязательное изучение мигрантами английского языка, а также единые образовательные программы. Кэмерон озвучил и жесткие требования соответствия традиционным ценностям западного общества вплоть до запрета деятельности общественных организаций и проповедников, которые не разделяют эти ценности (универсальные права человека, равенство перед законом, демократию, свободу слова). Несмотря на высокую оценку речи Кэмерона, пока нельзя определить, насколько эффективными будут предложенные им меры.

Еще одной важнейшей проблемой современного британского общества является радикализм. Несмотря на то, что Великобритания проводила политику мультикультурализма на протяжении долгого времени и пыталась добиться позитивной интеграции мигрантов, многочисленные протесты и противостояния свидетельствовали о неудаче этой политики. Дело Рушди, беспорядки в Брикстоне и в других городах в 1981 г. сильно повлияли на формирование радикально-религиозных настроений у мусульман мигрантов.

Кульминацией выступлений молодых мигрантов стало «дело брэдфордской дюжины» в 1982 г. Двенадцать молодых людей азиатского происхождения были задержаны и обвинялись в изготовлении бомб, которые должны были быть применены против расистов. Дело закончилось победой обвиняемых. Но рост экстремизма набирал обороты и в результате Совет Брэдфорда разработал новую атнирасисткую стратегию, основанную на принципах, которые были предложены мэром Лондона Кеном Ливингстоном.

«План Брэдфорда» по межрасовым отношениям содержал 12 пунктов, в которых утверждалось, что каждая часть «мультирасового, многокультурного города имеет права на сохранение своей самобытности, культуры, языка, религии и обычаев».

Мультикультурализм трансформировал и характер антирасизма. К концу 1980-х гг. антирасистские протесты в Брэдфорде, главным образом, носили религиозно-культурный характер. Эти события привели к формированию новых отношений между местным советом и мечетями. В 1981 г. был учрежден Совет мечетей Брэдфорда, который воспринимался как голос общины.

Несомненно, все перечисленные события способствовали зарождению радикальных настроений у мусульманской молодежи, но более значительным событием, которое политизировало британских мусульман, явилось дело Рушди 1988 г.

Салам Рушди - британский писатель индийского происхождения. Его роман «Сатанинские стихи» получил бурные отклики во всей Южной Азии, в Иране, в арабском мире. Признанный новеллист, лауреат самой престижной в Англии премии Букера за литературное творчество, Салман Рушди на пике своей популярности опубликовал в 1988 г. книгу, которая не могла не вызвать критики, споров, возмущения среди мусульман всего мира.

Общественность признала, что роман Рушди содержит сатиру на Пророка Мухаммеда и Коран. Имя Пророка не называлось прямо, но высмеиваемый в «Сатанинских стихах» Махаунд очень напоминал Пророка Мухаммеда. Роман также содержал сатиру на имама Хомейни.

Последовавшая реакция мусульман Великобритании носила негативный характер. Именно Бредфорд стал центром кампании британских мусульман, добивавшихся запрета публикации «Сатанинских стихов». Брэдфордский Совет мечетей направил в правительство протест против распространения книги Рушди. И в 1989 году тот же совет принял решение о сожжении романа. Это решение вызвало вполне естественную негативную реакцию британцев.

«Дело Рушди» в итоге способствовало объединению мусульман Британии, которые осознали необходимость модернизации своих взглядов и действий. Протесты против «Сатанинских стихов» не были простым выражением гнева на Рушди за его высмеивания Пророка Мухаммеда, а являлись более широким выражением недовольства в отношении британских социальных ценностей. Но самым главным итогом этого инцидента явилось то, что он подверг сомнению эффективность политики мультикультурализма и возможность социальной интеграции.

Наметившаяся вслед за «делом Рушди» серия международных конфликтов, в которые по разные стороны баррикад были вовлечены мусульманские страны и Великобритания, привела к росту исламофобии в Соединенном Королевстве.

Наибольшая напряженность возникла между британцами, исповедующими ислам, и их согражданами в период так называемой «войны в заливе» 1991 г. Оккупация Ираком Кувейта и последующее вовлечение в конфликт Саудовской Аравии и войск стран НАТО вызвали антибританские настроения во многих странах, включая Индию. Ирак воспринимался британскими мусульманами как жертва западной агрессии. Реакция британских мусульман на «войну в заливе» вызвала настороженность властей. Но разразившийся вскоре конфликт в Югославии позволил британским мусульманам показать свою лояльность государству и одновременно братьям по вере, когда Британия заняла промусульманскую позицию.

То, что именно британская внешняя политика стала одной из причин радикализации мусульманской молодежи в последние годы, стало весьма популярным мнением. Например, в отношении войны в Ираке и Афганистане радикальные исламисты и достаточно большое число мусульман руководствуются простой логикой. Британские войска в составе сил коалиции нарушили территориальный суверенитет Ирака и Афганистана якобы во имя либерально-демократических ценностей. Исходя из этого, идеологи глобального джихада считают себя вправе вмешиваться во внутреннюю жизнь других государств во имя идеалов ислама. В большинстве случаев это приводит к терактам.

Проанализировав очевидный провал политики мультикультурализма и, как следствие, процессы радикализации молодых мусульман, следует отметить, что британское правительство начинает искать новые альтернативы миграционной политики. Мультикультурализм, как утверждали многие официальные лица, разрушил национальную идентичность английской нации, что привело к постоянным волнениям и проявлениям расизма со стороны коренного населения.

Несмотря на обращенные к меньшинствам призывы властей интегрироваться в британское общество, само общество с трудом идет на ответные шаги. Это способствует тому, что мигранты объединяются в различные сообщества, образуют гетто, отделяются от социальной жизни страны, в которой они живут, и подвергаются влиянию радикально настроенных террористических организаций. Что касается внешней политики, то причины напряжения в мусульманском сообществе коренятся в фундаментальных различиях между светским демократическим видением мира и тем, как трактует международные отношения ислам и в особенности его наиболее радикальные последователи.

В целом в британском обществе складываются серьезные проблемы, которые могут привести к трагическим последствиям и угрозе безопасности страны, особенно в связи с последними событиями в Северной Африке. Вряд ли британскому правительству удастся быстро преодолеть все новые и новые проблемы. Нынешнее правительство Великобритании во главе с Дэвидом Кэмероном пытается ограничить прибывание все новых и новых мигрантов, ужесточает миграционное законодательство, производит постоянные проверки деятельности мусульманских учреждений. Но пока ощутимых результатов не наблюдается. 

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив