Изобретая будущее: сценарии развития российской государственности

10 январь 2012

Будущее нельзя предвидеть,но его можно изобрести.  

Денис Габор

Будущее всегда завораживает, манит и пугает одновременно. Думая о будущем, мы можем испытывать не только тревожные, порождаемые объективной реальностью, но даже коллаптические чувства, активно внедряемые в последнее время в сознание голливудскими фильмами-катастрофами и литературными антиутопиями. 

В то же время мы можем ощущать невероятную радость от неизвестного, основанную на знаниях и научно-технических достижениях нашей цивилизации, на вере в победу разума человека над тьмой его же животных инстинктов, на надежде, как писал выдающийся советский фантаст Иван Ефремов, установления на нашей планете Эры Встретившихся Рук. При этом размышления о будущем – вовсе не праздное занятие, т.к. непосредственно касаются каждого из нас. Как верно заметил изобретатель и вице-президент General Motors Чарльз Кеттеринг: «Я интересуюсь будущим потому, что собираюсь провести там оставшуюся часть жизни».

Более того, следует помнить, что будущее не просто во многом зависит именно от нас, оно все более приобретает проектный характер. Его можно изобретать, и занимаются этим далеко не ученые-одиночки, а многочисленные научно-исследовательские институты, аналитические центры, разведывательные и военные структуры. Подавляющее большинство сценариев развития стран и народов, причем, в последнее двадцатилетие активно реализуемых – достаточно вспомнить т.н. «цветные революции», которые стартовав в Белграде в 2000 г. и прокатившись по постсоветскому пространству, сотрясают уже больше года Северную Африку и Ближний Восток – разрабатывается в западных «фабриках мысли» или Think Tank’ах.

Самой крупной и известной «фабрикой мысли» является знаменитая RAND Corporation (США). Это огромная транснациональная организация, включающая интеллектуальные ресурсы многих стран мира. Официально в корпорации работает 1700 ученых и исследователей из 50 стран мира, а общее число ее проектов – свыше пятисот. Помимо центрального офиса в Санта-Монике (Калифорния) отделения RAND расположены в Арлингтоне, Питсбурге, Бостоне, Новом Орлеане, Джексоне, Мехико-сити, Кембридже, Брюсселе, Дохе и Абу-Даби. За­дачи, которая решает эта структура, масштабны как по вовлекаемым ре­сурсам, так и по временной протяженности. Среди основных направлений исследований этой ТНК знаний изучение текущего состояния и тенденций развития глобальной безопасности; перспектив и потенциала второй сетевой волны, где «интеллект» вложен в объекты и мате­риалы нашей повседневной жизни; разработка стратегий глобального изменения климата и энергосбережения, а также сетевых войн; анализ глобальных изменений в народонаселении и многое другое.

Помимо RAND проектирование будущего занимаются многочисленные научно-исследовательские структуры, расположенные во всех западных странах, но безусловным лидером в этом остаются США. В этом ряду нельзя не упомянуть отдельно Институт Санта-Фе, Дом Свободы, Национальный фонд в поддержку демократии, Фонды Форда и Макартуров, Центр СМИ и публичной политики Школы государственного управления им. Кеннеди при Гарвардском университете, Беркмановский центр «Интернет и общество» при Гарвардской Школе права, Оксфордский институт Интернета, Школы права Колумбийского и Йельского университетов, активно разрабатывающие сценарии т.н. демократических реформ, шире известные как «цветные революции».Подобные структуры активно развиваются также в Японии, Китае и Индии. В России пока нет подобных мировых брэндов Think Tank’ов, тем не менее, широко известно несколько интеллектуальных корпораций. Это Центр стратегических разработок при Правительстве РФ, ЦСР «Северо-Запад» в Санкт-Петербурге, ЦСР Приволжского феде­рального округа в Нижнем Новгороде, Центр проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования, Институт современного развития (ИНСОР), Экспериментальный творческий центр и другие.

Какие сценарии разрабатываются, и какие проекты могут быть апробированы в современной России – вопросы, как бы сказал классик, архиважные. От ответа на них во многом зависит сохранение России как целостного государственного организма, ее продолжение в Истории. Не претендуя на исчерпывающий ответ, обозначу некоторые значимые, с моей точки зрения, факты и предположения.

Будущее российской государственности: западный проект

Для начала необходимо сделать несколько пояснений о природе государственности. В современной политической науке понятие государственность чаще всего используется как синоним государства, а также для обозначения какого-либо этапа в развитии государства конкретного исторического периода (например, российская государственность, постсоветская государственность), что представляется слишком поверхностным взглядом на проблему.

Полагаю, что государственность следует рассматривать как сложную понятийную категорию, включающую понятия «статусность» и «состоятельность». Если состоятельность характеризует внутреннее развитие социума, результатом которого может стать действенное и самодостаточное государство, то статусность позволяет определить место этого государства в зависимости от масштабности и международных функций в мировой системе. В самом полном смысле государственность есть результат исторической, экономической, политической и внешнеполитической деятельности конкретного народа/общества по созданию относительно жесткой политической рамки, обеспечивающей территориальное, институциональное и функциональное единство, т.е. собственного государства-состояния, самодостаточной политической системы.

Современный этап развития государственности характеризуется двойственностью процессов государственного строительства. С одной стороны, «государства, медленно росшие по извечной логике исторического процесса, вдруг, подобно клеткам живого организма, пораженным смертельной болезнью, стали делиться, угрожающе множиться числом, перерождаться и утрачивать изначально присущую им природу – суверенность». С другой – параллельно с этим процессом дробления некогда единых государственных организмов развиваются интеграционные тенденции, активно формируются наднациональные структуры (ЕС, ОБСЕ, НАТО).

Трансформация российской государственности проходила одновременно в двух измерениях и с разной степенью активности. С одной стороны, это попытка построения национального государства в политико-географической рамке РСФСР, с другой – политическое и экономическое включение его в наднациональные структуры, в новую иерархию управления. Современная Россия, являясь частью мировой системы, оказывается тесной связанной с процессами глобализации, а значит, непосредственно вписанной в глобальные проекты. Исходя из вышесказанного и не вдаваясь в детальный анализ конкретных проектов, можно представить три основных направления проектирования будущего государственности вообще и российской, в частности, которые разрабатываются на Западе.

Первое направление условно обозначим «Наднациональное управление и глобальная регулирующая система». Один из активных проводников этой идеи – французский экономист и крупный политический деятель Жак Аттали – утверждает, что ценности рынка и демократии являются «важнейшим условием гармоничного развития в планетарном масштабе» и настаивает на необходимости «создать инструменты для реализации принципов глобального суверенитета: парламент, правительство, приложения ко Всемирной де­кларации прав человека, воплощение в жизнь решений Международной организации труда (МОТ) в области трудового права, централь­ный банк, общую валюту; планетарные систе­мы налогообложения, полицию и юстицию; общеевропейский минимальный доход и рей­тинговые агентства, всеобъемлющий контроль за финансовыми рынками».

Понимая, что все это появится еще нескоро, что про­цесс будет долгим и сложным, Аттали предлагает пока «ограничиться созданием скромного мирового управления (курсив мой – Е.П.)», что потребует принятия пяти решений и оперативного прохождения пяти этапов: расширения G-8 до G-24; на базе G-24 и Совета безопасности ООН со­здать один Совет управления, обладающий экономическими полномочиями и осуществляющий законное политическое регули­рование; подчинить Международный валютный фонд, Всемирный банк и другие международные фи­нансовые учреждения Совету управления; реформировать состав и порядок голосова­ния в международных финансовых учреж­дениях, в том числе в МВФ и ВБ, и распространить изменения на СБ ООН и снабдить названные учреждения необходи­мыми финансовыми средствами. Такая организационная и финансовая базы «планетарного государства» может быть оценена только как реализация установки Варбургов более чем полувековой давности: «Хотите ли Вы этого или нет, но у нас будет мировое правительство».

Приемлем ли этот сценарий для России? Если исходить из интересов большинства населения нашей страны, то нет. В интересах незначительного меньшинства, надеющегося, что в структурных подразделениях наднационального управления или проще «мирового правительства» они займут ведущие позиции, по всей видимости, приемлем. Например, Гавриил Попов еще в 2009 г. озвучил модель выхода из современного кризиса посредством Мирового правительства. В частности, экс-мэр Москвы полагает, что кризис поставил задачу «формирования новой цивилизации, в которой глобализм будет постоянно преодолевать (читай: разрушать – Е.П.)национально-государственные и национально-территориальные формы».

Конкретно т.н. «преодоление» должно выразиться в следующем. Во-первых, введение мировой гарантированной валюты. Во-вторых, изъятие из националь­ной компетенции и передача под международ­ный контроль ядерного оружия, ядерной энер­гетики и всей ракетно-космической техники. Нужна передача под глобальный контроль всех богатств недр нашей планеты, прежде всего, запасов углеводо­родного сырья. Под мировой контроль также должна перейти охрана окружающей среды и ми­рового климата.

В-третьих, должны быть установлены жест­кие предельные нормативы рождаемости с уче­том уровня производительности и размеров накопленного каждой страной богатства: нельзя, чтобы быстрее всех плодились нищие. В-четвертых, по Попову, необходима разработка новой системы человеческой жизни, основ новой цивилизации. Речь идет о малоэнергозатратной цивилизации, достижение которой возможно посредством генетического контроля еще на стадии зародыша и тем самым «постоянная очистка генофонда человечества». В-пятых, новая цивилизация формируется через комплекс воспитательных мер по выработке нового человека, которому будут чужды ре­лигиозная, этническая, культурная и другие проявления несовместимости и тем более нетерпимости.

Очевидно, что с такой «перспективой» любое общество, сохранившее чувство самоуважения и элементарный рассудок, согласиться не может. Тем не менее, для реализации этой «перспективы» предложен политико-организационный механизм, состоящий также из пяти элементов.

Первый элемент – новая Организация Объединенных Наций, в которую в качестве индивидуальных членов войдут не все страны. Чтобы стать индивидуальным чле­ном ООН, надо будет иметь определенный размер населения, объем накопленного национального богатства и определенную вели­чину национального дохода на человека: ООН для избранных. Та­ких членов должно быть 30-50. Остальные страны могут входить в новую ООН через коллективные организации, объединяющие несколько стран. Любой коллектив стран, чтобы войти в ООН, должен отвечать тем же критериям, которые нужны и для индивиду­ального членства.

Второй элемент – Мировой парламент с двумя пала­тами. Одна избирается напрямую голосова­нием на всей планете. Скажем, каждый кандидат, набравший миллион голосов, становится депу­татом этой палаты. Депутатов другой палаты избирают от индивидуальных и коллективных членов ООН по мажоритарной системе относительного большинства.

Третий – Мировое правительство. Его фор­мирует ООН по согласованию с Мировым парламентом. При нем необходимы и Миро­вые вооруженные силы, и Мировая полиция. Четвертый – создаваемые ООН и незави­симые от Мирового правительства: Мировое ядерное агентство, Мировое ракетное агентст­во, Мировое космическое агентство, Мировой банк, Мировой суд, мировые научно-исследовательские и экспертные центры, образова­тельные, культурные и спортивные организа­ции. Пятый – Мировая система независимой информации, прежде всего телевидение, ра­диовещание, Интернет, независимые даже от ООН.

Очевидно, что подобные сценарии включения России в этот глобальные, западные проекты, предполагают отказ от основанной на тысячелетней истории состоятельности и статусности нашей страны и означают уничтожение нашей государственности, а вместе с ней и России как таковой.

Однако, это проекты далекого будущего, поэтому активно разрабатываются иные сценарии, которые можно зафиксировать как второе направление под названием «Демократические империи». Авторы этих сценариев предполагают демонтаж национальных государств, т.к. именно суверенные государства «парадоксальным образом способны стать угрозой свободе и демократии, поскольку они смогут возродить старые конфликты или создать новые отношения соперничества и вражды». Максимально полное обоснование этого процесса представлено в работах профессора Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне, члена Европейской академии – Жозепа Коломера. Главная его идея заключается в том, что благополучие народов зависит от «таких обширных демократических империй (курсив мой – Е.П.), как США и ЕС».

Справедливости ради следует отметить, что Коломер выделяет пять современные империй (Америка, Китай, Европа, Япония и Россия) и пять больших объединений, относящихся к имперскому типу (Индонезия, Индия, Бразилия, Пакистан, Бангладеш. Австралия и Канада), которые сопоставимы с империями по территориальным размерам, но недоселены. Однако будущее для него за империями демократическими. Существующие тренды мирового развития, по мнению ученого, ведут, во-первых, к увеличению числа демократических «независимых и автономных стран» малых размеров, появляющихся на месте средних государств-состояний, что приводит к постепенному «стиранию» последних с политической карты мира. Во-вторых, новые государства или пространства недемократических империй выполняют функцию «насыщения силовых линий мировой политики разнообразным потенциалом».

Иными словами, результат «трансформации через разъединение» зависит от «трансформации через объединение», от включения «малых наций» в наднациональные структуры имперского размера. Коломер фиксирует: «нынешний мир все больше организуется за счет взаимного наложения обширных пространств «имперского» размера при одновременном увеличении числа самоуправляющихся малых сообществ» и выделяет три фундаментальные сети отношений: «союзы по обеспечению обороны и безопасности, торговые и экономические соглашения и зоны языка и общения».

Этот сценарий, основанный на приоритете демократических (читай, западных) ценностей, представляет собой мину замедленного действия, т.к. формирует в общественном сознании населения недемократических империй единственный путь развития – посредством создания «самоуправляющихся малых сообществ» стремиться к включению в демократические империи. Собственно, это есть продолжение т.н. Гарвардского проекта по разрушению Советского Союза, но уже на пространстве России.

В обосновании недееспособности России сохранить свою государственность, недостатка нет. Вот, например, позиция Зб. Бжезинского, которую активно отрабатывает ИНСОР>. «…в отдаленной перспективе Россия, возможно, уразумеет, что присоединение к НАТО упро­чит безопасность ее границ, в особенности на Дальнем Востоке, где российское население стремительно редеет. Не исключено, что, в конце концов, это соображение ока­жется самым убедительным. А в какой-то момент, в зависимости от эволюции Китая, крепнущее сотрудничество России с НАТО по вопросам, касающимся различных конкретных угроз глобальной безопасности (как преду­смотрено Советом Россия-НАТО), могло бы заложить фундамент для построения трансъевразийской системы безопасности, которая простиралась бы на значительную часть континента, охватывая даже Китай».

Вступление в ЕС, если таковое вообще когда-нибудь случится, «потре­бует полной реорганизации социально-экономических и правовых структур» России. По мнению Бжезинского, Россия уже сделала единственно доступный для нее выбор – включение в западный проект, что в свою очередь стало стратегическим шансом для Запада. Этот выбор «создал предпосылки для прогрессирую­щей геополитической экспансии западного сообщества все дальше и дальше вглубь Евразии (курсив мой – Е.П.).Расширение уз между Западом и Россией открыло для проникновения Запада, и в первую очередь Америки, в некогда заповедную зону российского «ближнего зарубежья». Но, в конечном счете, у России просто не остается альтернативы, если она желает сберечь ценнейшее из своих территориальных владений. Неисчислимые природные богатства Сибири – вот что сулит России наиболее радужные перспективы, а без западной помощи Россия не может быть всецело уве­рена в сохранении своего суверенитета над этой землей (курсив мой – Е.П.)».

Третье направление проектирования будущего можно объединить под названием «Рах Americana». О мировой гегемонии США написаны сотни книг. Я же хочу остановиться на работах американского футуролога Джорджа Фридмана, основателя американской частной разведывательно-аналитической компании Strategic Forecasting Inc., более известной, какStratfor.  

По мнению аналитика, ХХI век будет веком США и вот почему. Во-первых, ввязавшись в долгую войну с мусульманским миром и потерпев поражение при первом приближении, в геостратегическом измерении на долгие года вперед политика США породила хаос в регионе, исключила возможность консолидации радиального ислама. Арабский восток – прекрасный пример реализации США стратегии «управляемого хаоса», т.е. возможность непрерывно воздействовать на непрекращающиеся конфликты, стравливая между собой разные исламские государства и религиозные течения. Как видим, течение и последствия «арабской весны» подтверждают рассуждения аналитика.

Во-вторых, полный контроль Мирового океана и регулирование международной торговой и финансовой системы, удержание любого другого государства от возможности бросить вызов глобальной военно-стратегической и информационной мощи Америки, создали ситуацию, в которой никто не может эффективно влиять на США. Однако все это не означает отсутствие протестных проявлений американской гегемонии, но все они будут носить региональный, а не глобальный характер. Появление нового лидера исламского мира – Турции, отразится, прежде всего, на Европе; Китай и Япония будут бороться за доминирование в АТР, будучи не в состоянии даже военными методами освободиться от американской гегемонии.

В-третьих, продолжающееся «гниение» постсоветского пространства приведет к гангренным поражениям самой России. РФ утратит контроль над Кавказом, «внутренние регионы России будут опустошаться и государство в начале третьего десятилетия ХХI века распадется, возвращаясь в свои средневековые границы». Это неминуемо приведет к хаосу во всей Евразии, что упрочит позиции единственного гаранта стабильности и третейского судьи – США. Ускорение процессу распада РФ должны придать различные способы ограничения развития нашей страны. Прежде всего, речь идет о «качественном скачке в исследовании и внедрении новых источников энергии», а также об альтернативных транспортных путях доставки природных энергоресурсов в Европу.

Здесь необходимо заметить, что игнорирование собственных научных разработок по всем направлениям, включая военное, отсутствие стратегического видения будущего, антимодернизация страны и архаизация всех форм повседневности, алчность и коррумпированность представителей властных институций, действительно, может стоить нам будущего. Ведь слабое, разбираемое внутренними конфликтами, лишенное армии и слабое духом государство становится легкой добычей мародеров. Или, как говорил, Карл Маркс, «нации, как и женщине, не прощается минута оплошности, когда первый встречный авантюрист может совершить над ней насилие».

В-четвертых, Третья мировая война, задуманная как способ не допустить угрожающего господству США развития региональных лидеров Евразии и объединения их в единое государство. По мнению футуролога, война начнется после конфликта поляков и турок из-за Балкан в 2050 году и будет беспрецедентной по методам своего ведения. Успех будет зависеть не от мобилизации всего общества, а от высокоточной техники и суперсовременных технологий. Главный итог – укрепление господства США не только на земле, в воде и воздухе, но и в космосе. Что же касается России, то она, как «непосредственная стратегическая угроза» США должна быть устранена к 2030 году.

Евразийский проект versus «новый мировой порядок»

Уверена, что не только меня не устраивают вышеназванные сценарии. Одним из максимально приемлемых проектов будущего российской государственности как некого импероподобного образования можно рассматривать Евразийский проект, впервые озвученный в статье премьер-министра России Владимира Путина – «Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня».

Надо отметить, что изложенные в статье идеи вызвали массу противоположных оценок, обнажив существующий конфликт ценностей и ориентиров, как у нас в стране, так и за рубежом. На одном полюсе – полное согласие, на другом – отдающие истерикой призывы не допустить возрождения «советской империи», нагнетание страхов по поводу нескончаемых потоков мигрантов, которые сразу же после создания Единого экономического пространства заполонят европейскую часть России, и т.п. Какая-то часть критиков восприняла интеграционные тезисы просто как «политическую утопию», которой российские политики с определенной периодичностью искушают народ.

Не углубляясь в разбор точек зрения по поводу «нового интеграционного проекта», отмечу, что для меня особо показательным является, пожалуй, именно агрессивное неприятие статьи, как своего рода лакмусовая бумага, проявляющее истинное отношение к месту и роли России в мировой политике. Отношение явно недоброжелательное и даже враждебное.

С чем связана такая реакция? Почему Россия опять стала объектом нападок? Почему авторитетные западные издания вновь запестрели заголовками, напоминающими самые холодные годы «холодной войны»? Чем напугали инициативы российского премьера «независимые» СМИ?

Дело в том, что идеи, высказываемые Путиным, при успешной их реализации способны привести к серьезным геополитическим и геоэкономическим изменениям, которые не укладываются в концепцию «нового мирового порядка». Интеграционный проект для Евразии – это заявка на самостоятельную позицию, независимую по отношению к доминирующим последнее 20-летие в мире наднациональным структурам (НАТО, МВФ, ЕС…), по отношению к демонстративному гегемонизму США. Сегодня Россия не только готова инициировать, но и может создать новое наднациональное объединение, основанное вовсе не на принципах атлантизма и неолиберализма.

Во время прямого эфира 15 декабря 2011 г. премьер подтвердил серьезность высказанных ранее идей. «Это реальная интеграция с выходом на то, чтобы передать часть функций в наднациональные органы… Это не возрождение Советского Союза, это сохранение целиком и полностью независимости этих государств, политической независимости, но с целью повысить нашу конкурентоспособность в мировой экономике, придать новый импульс развитию, обеспечить более высокий уровень жизни наших граждан». Более того, он подчеркнул, что лишь «после запуска единого экономического пространства можно перейти и к формированию Евразийского союза», подразумевающего, в том числе, и общую валюту.

Особую значимость данной российской инициативе придают последние события. Сейчас многие проекты Запада, находившиеся до определенного момента в разработке, приведены в стадию практической реализации. Прежде всего, это проект переустройства Европы, тесным образом связанный с Балканами и экономическим кризисом, активизированным в Греции и на Кипре, проект формирования Большого Ближнего Востока посредством перестройки политических режимов целого ряда стран, затем так называемый Новый Азиатский проект, активной фазой которого стали трагические события в Японии.

Таких масштабных геополитических сдвигов, какие мы наблюдаем в 2011 г., не было со времен развала СССР и мировой системы социализма. В происходящее вовлечены все ведущие государства и наднациональные структуры. Причем решение тех или иных проблем мировой политики с помощью силы стало уже нормальной практикой. Достаточно вспомнить шквал негодования, обрушившийся на Россию после наложения вето на Резолюцию СБ ООН по Сирии 5 октября 2011 г., которая в случае ее принятия могла бы привести к повторению «ливийского сценария».

Главное, что вызывает возмущение наших западных «партнеров», – это те препятствия, неудобства, которые Россия, в ряде случаев совместно с Китаем, создает на пути «нового мирового порядка». Россия предлагает именно то, что может разрушить мировое господство Запада – «модель мощного наднационального объединения, способного стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом». Слова Путина о конкурентоспособности Евразийского союза «в индустриальной и технологической гонке, в соревновании за инвесторов, за создание новых рабочих мест», о способности этого объединения «наряду с другими ключевыми игроками и региональными структурами – такими как ЕС, США, Китай, АТЭС – обеспечивать устойчивость глобального развития» – тревожный сигнал для западных политиков.

События последних десятилетий, казалось бы, надолго закрепили гегемонию Запада в Европе, Центральной Азии, частично на Ближнем Востоке и даже в России. Однако, оказывается, этому может быть положен конец. Неолиберальная модель глобализации, ставшая фундаментом «нового мирового порядка», терпит крах. Об этом уже давно пишут и западные, и китайские, и российские ученые. Время пришло – и эти идеи формулируют политики.

«Новый интеграционный проект» важен для России, ее союзников и равно опасен для ее противников как возможность противостоять напору атлантизма, отстоять самобытность своей культуры, обеспечить национальную безопасность во всех ее аспектах. В современных условиях ни Россия, ни другие страны постсоветского пространства выжить в одиночку не смогут. Однако именно Россия, являясь одним из геополитических центров Евразии, обладающая самыми мощными в постсоветской ойкумене экономическими, военными и политическими ресурсами, может и должна стать отправной точкой возникновения новой архитектоники мира.

Однако следует помнить, что, изобретая будущее, необходимо иметь не только необходимые ресурсы и технологии для его осуществления, но и железную волю. Только в приложении колоссальных усилий «новый интеграционный проект для Евразии» действительно станет будущим, которое рождается сегодня.

«Будущее уже наступило»

Эти слова, сказанные австрийским футурологом и публицистом Робертом Юнгом в 1952 г., как нельзя лучше отражают современное состояние. Будущее рождается ежедневно и непосредственно зависит от вчерашних и сегодняшних наших действий или бездействий. Трагические ошибки и просчеты, допущенные страной за последние 20 лет, не могут не сказаться на будущем российской государственности. Учитывая нынешнее социально-экономическое состояние и геополитическое положение РФ, а также ситуацию в мире в целом, надо признать, что возможен любой негативный для нашей страны сценарий, но вовсе не означает, что нет места оптимистичным проектам. В сложившихся условиях возможны следующие варианты развития России.

Первый вариант – Стагнация. Этот сценарий краткосрочный, т.к. может продлиться всего несколько лет (от 2 до 5 лет) – до полного обнищания населения, разрушения инфраструктуры и ЖКХ, утраты военной, информационной, продовольственной безопасности и т.п. Стагнация – это естественный предвестник второго сценария будущего – полураспада страны.

Полураспад или дейтонский сценарий, т.е. фактический распад при юридическом сохранении целостности. Дейтонские соглашения в 1995 г. закрепили фактический раздел Боснии и Герцеговине на два самостоятельных образования – мусульмано-хорватскую Федерацию и Республику Сербску – под непосредственным и жестким контролем международного сообщества. Фактически, современная Босния представляет собой протекторам под управлением Совета по выполнению Мирного Соглашения и его главы – Высокого представителя, Сил по выполнению соглашения (СВС или НАТО) и Сил Европейского союза (СЕС или ЕВРОФОР). Рост сепаратистских настроений на фоне ухудшения социально-экономического положения, роста безработицы и инфляции может привести к хаотизации пространства России, что заставит ее обратиться за помощью к НАТО и ЕС. А далее – технологии уже обкатанные.

Третий вариант можно обозначить как – Цикл распада. Глобальный кризис станет детонатором распада глобальной системы, сопровождающийся перманентными и жестокими вооруженными конфликтами. Вследствие этого произойдет полный распад России, что, тем не менее, не означает конец российской государственности. Глобальный кризис, действительно, принесет множество опасностей, бед и трагедий, но в то же время он даст нам «пространство для вдоха» и шанс на удачу – как это уже не раз бывало в нашей истории. Россия выкарабкивалась из пропасти именно в моменты европейских и мировых кризисов – вторая четверть XVII, вторая четверть XVIII, вторая четверть XX веков.

Четвертый вариант я обозначила – Русский Черный лебедь, появление которого по времени может совпасть с глобальным кризисом. Концепцию Черного лебедя сформулировал известный финансовый аналитик Нассим Николас Талеб. Черный лебедь – это событие, которое не только аномально и непредсказуемо, т.к. в прошлом ничто его не предвещало, но обладает огромной силой воздействия.

Вариант Русский Черный лебедь, фактически, означает, Русское чудо. Оно может возникнуть, с одной стороны, как реакция на безвыходное положение, в котором может оказаться страна. Во-вторых, технологические, информационные, психологические (псисистемы) инновации, «по существу своему непредсказуемые» (К. Поппер), все чаще осуществляются именно российскими специалистами. Общеизвестно, что в России один из самых высоких уровней грамотности в мире – порядка 99,4%. Именно в интеллектуальном потенциале России заложен ее прорыв. Однако этот прорыв необходимо простимулировать: политически и экономически. Должны быть в корне пересмотрены механизмы налогообложения, распределения и перераспределения; изменены принципы организации системы образования и здравоохранения. А главное, политическая элита должна для себя решить – продолжать «бежать за поездом» и встраиваться в западный проект или строить будущее своей страны.

В этом случае именно государство должно стать главным двигателем развития, «руководство страны должно программировать текущие, оперативные и перспективные задачи, иными словами, должно разработать целостную концепцию развития государства, его будущее место в мировой системе. Для государства стратегия развития заключается не в узко экономических рамках, но выходит на уровень политики, культуры, общественной жизни в целом». Стратегия развития обязательно должна учитывать продуманные долговременные цели и задачи государства, а также направления вложения тех средств, которые имеются в его распоряжении и предназначаются для достижения поставленных целей. Другими словами, чтобы чудо случилось, его надо хорошо подготовить. А для этого нужно выполнить несколько условий.

Во-первых, нужно стремиться к беспощадно честному знанию о себе, о своей стране, об интересах и целях глобального окружения. Во-вторых, нам нужно научиться работать только на себя, а значит, на свою страну, и так, чтобы испытывать чувство самоуважения и гордости. В-третьих, главным и единственным вектором развития должен стать императив – «моя страна должна быть и должна быть всегда». Только в этом случае западные сценарии можно будет выбросить на свалку истории, и дверь в будущее для России останется открытой, потому что мы сами будем изобретать свое будущее. 

Новый комментарий

 

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив